Лана Март – Пепел иллюзий (страница 2)

Тогда я передал информацию оппозиционному политику, надеясь, что его влияние поможет мне добиться какого‑то результата. Я и сейчас четко помню его слова:

– Я не могу сделать ничего, – сказал он с горечью. – Секта Художников – требует, чтобы я сдал тебя. Я должен отдать тебя им, чтобы спасти своих внуков.

Политик оказался честнее многих, он признался, что должен отдать меня Художникам, чтобы его внуки могли выжить. Но он не до конца верил в честность художников, потому что они никогда не возвращали заложников. Поэтому он мне дал не только шанс сбежать, но и средство, потенциально способное нейтрализовать реагент Парабеллума, который должны были выпустить в атмосферу Астарты климатические станции. Что это, как не везение?

Убегая из поместья политика, я попал в общину Натураликов. Потому что мой авиамобиль подбили. Натуралики попытались использовать меня в своих целях: я должен был взломать коды защиты правительственного груза. Но отпускать меня они не собирались, старейшины Натураликов хотели отдать меня Художникам в обмен на кое‑какие услуги. И тут поворот: сами того не подозревая, старейшины селят меня в дом единственного в общине, который не потерял понятий чести и совести, к Винсу Риву. И встреча с Винсом вновь все меняет. Я как сейчас помнил слова Винса и наш диалог с ним:

«– Почему ты мне рассказал о планах Совета общины? – спросил я тогда Винса.

– Потому что подло молчать и ничего не делать, зная о том, что может случиться с человеком. Моя совесть мне этого не позволит? – ответил мне Винс.

– Но ты меня не знаешь, – возразил я с удивлением.

– Никто не заслуживает попасть к Художникам. Даже если ты не очень хороший человек, то все равно я не могу промолчать, – убежденно ответил мне Винс».

А потом он в полном соответствии со своими убеждениями закрыл меня собой. Вряд ли он думал о том, что делает. Скорее, надеялся, что приспешник планов старейшин просто не станет стрелять в него. Но Винс ошибся, и эта ошибка стоила ему жизни. Так я лишился единственного друга. Конечно, я уничтожил того, кто это сделал.

Смерть Винса так меня поразила, что я не смог поступить иначе и полетел на Астарту вместо него. Винс собирался остановить катастрофу на Астарте, или, хотя бы предупредить её жителей. Возможно, я тогда поддался эмоциональному порыву, но я чувствовал, что должен Винсу. Он хотел поступить правильно. И я фактически исполнил его последнюю волю, решил довести до конца то, что он не смог. И в тот момент это было правильным для меня.

Я присвоил личность Винса себе и сел на космический корабль, следующий к Астарте, вместо него. В пути я решил посмотреть его личные файлы, мало ли что, а я ничего не знаю о его жизни. И тут очередная информационная бомба взорвалась в моей голове: Винс оказался мне дальним родственником и у нас, как оказалось, была любимая сестра. Вернее, она ему была родная, а мне – потому что ей так приказали. Это была та самая Сандра из корпорации «Грэйнвальт», которая фактически сдала меня Художникам. Она меня почти убила, и не ее заслуга, что я сумел выбраться. И она была сестра Винса, для которой он хотел заработать денег на побег. Это было ударом под дых.

В тот момент, имплант уже не работал, и эта информация вызвала у меня непередаваемое чувство горечи и обиды. Я ненавидел всех тогда. И не мог понять, почему Сандра мстила именно мне, ведь я ничего не знал о судьбе ее брата и не был виноват в том, что случилось. Она же знала, что я считал ее родной сестрой и очень важным человеком. Но она холодно и расчетливо сдала меня Художникам, вместо того, чтобы рассказать обо всем мне, и я бы придумал, как решить проблему. Я в этом уверен. Я бы мог обменять ее жизнь на что‑то из своих изобретений. Сестра свела со мной счеты за своего настоящего брата, в проблемах которого я был меньше всего виноват. Всё это дало мне много часов неприятных для меня размышлений. Я с удовольствием не знал бы этого. Но жизнь есть жизнь.

Когда я прилетел на Астарту, то практически сразу столкнулся с неприятным типом по имени Итан Норвуд. Это был мой начальник. И по совместительству, как потом выяснилось, глава операции по ликвидации угроз Парабеллума на Астарте. Сетланс успел скачать часть материалов о готовящемся геноциде на Астарте с электронной почты журналиста Майка Хоста. Но Сетланс не успел получить всю информацию, она была стерта правительственными агентами Парабеллума. Поэтому на Сетлансе не знали к чему готовиться. И, отправляя Итана Норвуда, Сетланс поставил ему очень расплывчатую задачу. Искать непонятно что, и предотвращать непонятно что, и непонятно как.

Итан имел не только нужный опыт, но и хорошую возможность для создания легенды. За несколько лет до этих событий на Астарте, сестра Итана вышла замуж за гражданина Астарты. Для легенды Итана это и было использовано: он опытный инженер, решил сменить место жительства и переехал к сестре на Астарту, прошел собеседование в компанию «Астарта‑бриз» и занял должность начальника отдела. Но Итан, несмотря на весь свой опыт, не мог найти следов заговора.

В общем, Итан Норвуд не поверил в то, что я Винс Рив и решил, что я и есть тот шпион Парабеллума, который должен устроить провокацию на Астарте. Но доказать этого он не мог, поэтому следил за мной и портил мне всячески жизнь, чтобы я сам убрался с Астарты. А я искал настоящих шпионов и ждал ход Парабеллума. Я понимал, всё, что я могу противопоставить планам Парабеллума – это свой талант хакера. Я должен был это остановить. Потому что я сам находился на Астарте и мог погибнуть вместе со всеми. И действия Итана мне скорее мешали, чем помогали. Но в тот день, когда Парабеллум начал действовать, без Итана я бы не справился. Времени катастрофически не хватало. Да и на пятой климатической станции возникли проблемы. Код деактивации, почему‑то не срабатывал. Я остался взламывать коды станции, чтобы каким‑то иным образом отключить ее, а Итан ушел с моим прибором, который я получил от политика Дилана Брайта. Этот прибор должен был обезвредить реагент в резервуаре. Я не имел представления, подействует ли это вообще. Но мы должны были использовать все шансы. И прибор справился.

А потом Сетланс и Астарта, совместно с межгалактическим сообществом начали расследование того, что задумал и почти осуществил Парабеллум. Под смертный приговор попала и наша с Винсом сестра – Сандра. Я думал, как поступить. И в итоге оплатил ее побег и устройство на новом месте. Я отдал долг, и за себя, и за Винса. Потом я сам себе удивлялся, почему так поступил, но не находил объяснений. Ведь мне хотелось ей отомстить. И она получила свой приговор в суде вполне заслуженно. Но было какое‑то «но» во всем этом. Я не смог позволить ей умереть. Но и знать ее больше не хотел.

Итан видел, на что я был способен и поэтому сделал мне предложение, от которого я не смог отказаться. Сетланс в лице Итана пообещал мне защиту от Художников, новое лицо и новую работу. Я принял это предложение легко. Оно полностью меня устраивало. Имплант, который меня беспокоил, был удален из моей головы. А в обмен я отдал последнюю оставшуюся у меня биомаску, которую забрал при побеге от Художников. Ученые Сетланса до сих пор пытаются понять, как она создана, но пока безуспешно.

Итан стал моим начальником. И задания я получал от него. Со временем я проникся к нему некоторым доверием, и мы стали приятелями. Иногда мы вместе выбирались на рыбалку, которую очень любил Итан. Он пристрастил к этому и меня. Это были хорошие моменты, когда я стоял с удочкой у озера, то каждый раз думал, что сейчас моя жизнь нормальна и полностью меня устраивает. На рыбалке мы часто обсуждали то, что никогда не смогли бы обсуждать в стенах нашего учреждения, где мы оба работали.

С момента тех событий на Астарте уже прошло пять лет. И я не жалел о том, что я попал на Сетланс.

Глава 2

На берегах озера Сарган раскинулась рощица, где высокие, стройные деревья с мягкой листвой, перешептывались между собой. Это место для меня создает особое ощущение силы и укрытия. Деревья, раскинувшие свои ветви, как надежная защита, и свежий воздух напоминают о том, что природа дает возможность перезагрузиться.

Тёплое сияние костра на берегу озера отражалось в воде, создавая иллюзии огненных спектров, танцующих на поверхности водной глади. Итан и я, в очередной раз, выбрались на рыбалку. Это место было идеальным.

Мы оба молчали, погруженные в свои мысли, пока Итан не прервал тишину.

– Как твоя новая пассия? – в вопросе Итана чувствовалась ирония. Он знал, что в последнее время я много времени провожу в компании одной очаровательной девушки.

– Мои пассии – это мои пассии. Почему тебя это волнует? Мы никогда не обсуждали личные отношения, – я подбирал слова, так как вопрос касался моей личной жизни, а я не люблю обсуждать свои личные дела даже с Итаном. – Стоит напомнить, что её зовут Кира.

Вопрос Итана стал причиной появления в моей голове ярких образов Киры. Она была яркой личностью, что сразу же притягивало внимание окружающих. У неё были длинные темные волосы, симпатичное лицо с большими глазами. Она знала чего хочет, и, что самое главное, умела получать это с легкостью, как будто жизнь – это танец, а не борьба. Думаю, что эта лёгкость меня и зацепила. Я не мог себе этого позволить, а она могла.