Лана Март – К счастью по карте (страница 69)
Все-таки было грустно услышать, что адвокат отправится в тюрьму.
– А ты знаешь, как Чжоу нашли нас? – продолжил Ишэн. – Он установил на мой телефон программу слежения! К счастью, ты и Цзюйлань целы и невредимы, иначе я… я… даже не знаю, что сделал бы. Каждый выбирает свой путь, и Чжоу Бувэнь свой выбрал.
– Он пощадил нас, – прошептала я.
– Твой жених тоже проявил к нему милосердие, но разве можно простить человека только за то, что он в последний момент не поднял на тебя нож?
Отвечать я не стала, но задумалась.
До сих пор несколько раз кто-то чуть не погиб, в том числе отец Ишэна, мой отец и Цзюйлань. Если бы последний не обладал сверхспособностями, то, скорее всего, погиб бы либо тогда на утесе, либо сегодня в море.
– Понимаю твои чувства, Сяо-Ло, но босс уже знает и тебя, и Ишэна, поэтому пощадил их. Иначе бы погиб не только старик Чжоу.
– Не переживай. Я не буду умолять Цзюйланя отпустить Бувэня. А тебе не влетит от бабушки за то, что легла спать и не помогла нам?
– Она уже вне себя от злости. – Лянлян похлопала меня по плечу. – Даже не представляю, какое наказание меня ждет.
Когда мы вернулись в квартиру, Виолетта и ее начальник уже были там.
– Бабушка, как вы смогли вернуться так быстро? – удивилась Лянлян.
– Нас посадили на военный самолет в сопровождении полиции. Естественно, мы приехали раньше.
– Как ты? – спросил меня Цзюйлань.
– В порядке. – Я поджала губы. – С тобой все хорошо?
– Да. Небольшая травма помогла с уликами.
Я поразилась, как он умеет обратить все себе на пользу.
– Полиция придет позже, и ей потребуется ваше участие в расследовании, – объявила Виолетта.
– А, хорошо.
Вдруг мне на ум пришли последние слова старика Чжоу, и я поменялась в лице.
– Что случилось?
Лянлян мгновенно поняла, что я не могу говорить, и обратилась к Ишэну:
– Пойдем в комнату.
Они тут же ушли.
– Бувэнь и Буянь знают про Цзюйланя… Что же делать?
– Ты об этом, значит, переживаешь! – Виолетта вздохнула с облегчением и рассмеялась. – Бувэнь – умный человек. Он понимает, что мотив и степень его вовлеченности в дело повлияют на окончательный приговор, поэтому свалит все на Чжоу-старшего. Будет утверждать, что они с Буянь ничего не знали, а просто действовали по приказу старика и никогда не хотели подвергать других людей опасности. Не волнуйся, благодаря адвокатской практике говорить ерунды он не станет. И Буянь хорошо защищена: она вообще ничего не знала.
– Но…
– Сяо-Ло, изменение чужих убеждений – нелегкое дело! Каждый год на «Ютьюб» появляются тысячи видеороликов, в которых приводятся свидетельства существования морского народа, но кто в это верит? Если господин Чжоу-младший скажет, что Регулус – тритон, я могу просто попросить пригласить психиатра для оценки состояния подсудимого и предложить, чтобы в тюрьме им с невестой назначили принудительное лечение.
– Бувэнь взял карту из зеркала в моем доме. Возможно, ее сделал тритон или русалка.
– Эта вещь… сейчас в нашей лаборатории. Твой друг детства получит исчерпывающий ответ, как только проведут экспертизу.
Я была рада – единственное существующее доказательство в надежных руках. Старик Чжоу и его приближенные погибли, а остальные не знают, почему он вообще нас схватил. Бувэнь выслушал дедулю и сделал свой вывод, который оказался верным лишь наполовину. В то время, когда он следовал за стариком, то наверняка хотел проверить правдивость услышанного. В результате попал под гипноз тритона раньше, чем увидел его.
Все еще есть шанс, что, когда бывший друг получит отчет из лаборатории, ничего не изменится и он до конца жизни будет сомневаться. Но, как сказала Виолетта, даже если тот скажет, что Регулус – представитель морского народа, кто в это поверит?
Если бы я не встретила Цзюйланя и ко мне кто-то подошел бы и сказал, что двуногий человек, выглядящий слишком нормально для того, чтобы быть тритоном, на самом деле и есть тритон… я бы только посмеялась и тихонько отошла сторонку, говоря себе, что лучше не провоцировать сумасшедшего, а побыстрее делать ноги!
Виолетта немного поколебалась и спросила:
– Регулус, когда мы прибыли, никто не пострадал – вы действовали очень мягко. Должно быть, загипнотизировали их свои пением?
– Виолетта, ты помнишь все, чему тебя учили! – улыбнулся Цзюйлань.
– Спасибо за комплимент, – натянуто улыбнулась женщина и обратилась ко мне: – Тогда не волнуйся. Некоторые русалки и тритоны умеют использовать свой голос как оружие, и Регулус самый искусный в этом деле. Пение в полнолуние затуманило разум тем людям, и у них останутся лишь спутанные воспоминания.
Вот оно что! Я испытала огромное облегчение и в то же время задалась вопросом: откуда Виолетта так много знает о морском народе и есть ли еще какая-то связь между ее семьей и жителями морских глубин? Взглянув на Цзюйланя, я подумала, что стоит спросить его, ведь в каком-то смысле Виолетта и остальные для него родственники.
Глава 18. Я разобралась в своих чувствах
Было уже начало десятого, когда я проснулась.
После завтрака мне позвонил Янхуэй и уже привычно назвал меня сестрой. Интересоваться причинами таких перемен я не стала, а просто приняла это как сигнал «давай поладим в будущем». Мы перекинулись парой слов, и он сказал, что папа хочет поговорить со мной, и передал трубку.
Разговаривая с отцом, я поднялась наверх и села на диван в приемной напротив пятиметрового панорамного окна. Теплый солнечный свет проникал в комнату, обволакивая и даря ощущение уюта. Глядя наверх, можно было увидеть голубое небо, белые облака и нескольких парящих черных ястребов.
Хотя мой отец только недавно перенес операцию, он был в хорошем настроении, а голос его звучал бодрее, чем до травмы. Нет худа без добра.
– Пап, обо мне не волнуйся, лучше не забывай о себе, ложись спать пораньше… Ага, все, пока!
Я отложила телефон и посмотрела на облака в голубом небе за окном, думая о бронзовом зеркале, доставшемся мне в наследство от прапрадеда. Зеркала больше нет, но против обмена на здоровье папы и семьи предки вряд ли стали бы возражать.
Цзюйлань поднялся по винтовой лестнице, неся с собой темно-коричневый ящик. Я оперлась на подлокотник дивана, тихо любуясь каждым движением мужчины. Широкие плечи и узкая талия, длинные ноги и подтянутые бедра, идеальный пресс и крепкие руки, а белая рубашка и черные джинсы лишь подчеркивали его сексуальность.
Наверное, я разглядывала Цзюйланя слишком уж откровенно, потому что жених заметил мой взгляд и напустил на себя безразличие. Он сел рядом со мной, не говоря ни слова.
– Когда женщины хвалят мужскую фигуру, они говорят, что у него «линия русалки». Знаешь, что это такое?
– Не знаю, – последовал короткий ответ, после которого на кофейном столике появилась шкатулка.
Собираясь пофлиртовать, я уже хотела подробно объяснить про «линию», но Цзюйлань взглянул на меня и спокойно сказал:
– Судя по названию, фигура русалки служит эталоном физической формы, и полагаю, тебя радует, что я принадлежу к этому народу.
Мой взгляд неосознанно устремился на его слегка расстегнутую рубашку, подтянутую грудь, плоский живот и плавные линии пресса…
Внезапно сердце в груди забилось быстрее, лицо вспыхнуло и кровь прилила к голове. Цзюйлань все еще невозмутимо смотрел на меня, словно ожидая услышать объяснение метафоры.
Я тут же отвернулась, не смея вновь взглянуть на него, не говоря уже о том, чтобы подразнить. Надо было срочно сменить тему, поэтому я заинтересованно похлопала по деревянной шкатулке на столике.
– Это подарок для меня? Такой большой. Что там?
К счастью, тело мужчины больше не туманило мой разум.
Он помог мне открыть шкатулку, не сказав ни слова, и оказалось, что внутри было бронзовое зеркало.
– Ты его выкупил?
– Нет, хотя думал об этом. Пока собирался, два брата Чжоу взяли инициативу на себя и сами вернули зеркало.
– Отцы Бувэня и Буянь, двое сыновей старика Чжоу?
– Да. Они надеются на мою благосклонность.
Я примерно поняла ход мыслей этих людей. По поведению Бувэня было видно, что старик к нему хорошо относился. Дети и внуки Чжоу-старшего знали, что жить ему оставалось недолго, поэтому подчинились старику и навели шороху. А после его смерти все закончилось бы естественным путем, но никто не ожидал, что именно так.
– Ты простишь их?
– Сделаю так, чтобы они были неспособны творить зло.
Вероятно, Цзюйлань имел в виду, что у них не будет достаточно денег и возможностей беспокоить нас вновь. Он хоть и давно не жил в этом мире, но во многом был гораздо расчетливее, чем кто-то вроде меня. Я не стала задавать ему больше вопросов и дала возможность решить все самому.