Лана Ларсон – (не) Подарок для дракона. Развестись и не влюбиться (страница 22)

– Да, твоё платье… – начала Лира, но не успела договорить.

Раздался неуверенный стук в дверь, после чего она сразу же распахнулась. На пороге стояла Мэйзи. Зареванная. В руках она держала моё розовое платье, которое неестественно свисало лоскутами.

Я подошла ближе, не сводя глаз с наряда.

Корсет был распорот, шелковая юбка состояла из отдельных лоскутков, а россыпь синих камней была полностью сорвана, оставив на ткани зияющие дыры.

Платье было полностью уничтожено.

Я смотрела на лоскуты, которые ещё недавно были произведением искусства, и чувствовала, как внутри всё леденеет. Мэйзи рыдала, стоя на пороге, не решаясь войти, словно боялась, что я обвиню её в случившемся.

Я быстро шагнула к ней, схватила за свободную руку и втянула в комнату, чтобы закрыть дверь от посторонних глаз. Едва мои пальцы коснулись её кожи, защита, оставленная Эргоном, пропустила служанку.

– Тише, Мэйзи, тише, – проговорила я, хотя мой собственный голос дрожал. – Рассказывай. Что случилось?

Мэйзи упала на колени, роняя остатки платья на ковёр.

– Я… я забрала его, Ваше Высочество! – всхлипывала она, размазывая слёзы по щекам. – Всё было готово, мадам Жизель успела его доделать, упаковала в защитный кокон… Я шла по коридору, по короткому пути, чтобы быстрее… А там они.

– Кто «они»? – спросила я, опускаясь рядом с ней и касаясь изорванного шёлка.

– Девушки. Трое или четверо, я не разглядела… Они были в масках. В таких, знаете, безликих, белых… Но они были с каким-то заклинанием, отводящим взгляд или стирающим память, я даже не поняла, кто это – служанки или леди!

Мэйзи затряслась, вспоминая пережитое.

– Они преградили мне путь, начали смеяться… Так жутко! А потом одна толкнула меня к стене, а другие выхватили из моих рук платье и достали ножницы. Обычные, портновские ножницы и начали резать платье. Рвали ткань, топтали её, смеялись, что «принцессе-нищенке» нечего делать на королевском балу. Я пыталась вырвать платье, звала на помощь, но никто не пришёл… Меня просто отшвырнули, как котёнка.

– Гадины! – прошипела Лира, материализуясь на спинке кресла. Её хвост яростно бил из стороны в сторону. – Я поначалу сбилась со следа, словно кто-то нарочно запутал меня, а потом не смогла учуять их магический след. Эти маски, чтоб их… Но тут и без магии понятно, чьих рук это дело. Лавена и её свора прихлебательниц. Только они могли опуститься до такой низости.

Я молчала, проводя пальцем по грубому разрезу на ткани. Это было не просто хулиганство. Это было послание. «Знай своё место». В том, что это была Лавена или ее фрейлины я тоже не сомневалась, но не пойман – не вор, как говорят у нас в народе. Она хорошо подготовилась, раз стерла из памяти служанки внешность нападавших и даже сбила Лиру со следа. Тут не обошлось без сыскной магии и ее личного фамильяра.

Но что уж теперь, порванному платью уже не помочь.

– Встань, Мэйзи, – тихо сказала я, поднимаясь и усаживаясь в кресло. Сил стоять не было. – Скажи мне честно, почему ты так не хотела идти за этим платьем сначала? Почему предлагала надеть старое?

Служанка поднялась, шмыгая носом и виновато опустив голову.

– Я… когда я шла к вам в первый раз, слышала разговор в коридоре прислуги, – призналась она. – Кто-то шептался, что «об этом позаботятся» и что вам не в чем будет идти. Я не знала, кто это был и что имел в виду, они ушли быстрее, чем я успела подойти к тому месту. Я испугалась, Ваше Высочество. Подумала, что если вы наденете старое платье, то они ничего не сделают…

Я закрыла глаза. Значит, охота началась ещё до того, как я узнала о бале. Лавена, узнав, что её помолвка с драконом расторгнута, решила уничтожить меня морально, прежде чем дядя успеет что-то предпринять. Она хотела, чтобы я либо не явилась на бал, нарушив приказ короля, либо пришла в старом наряде, став посмешищем для всего двора.

– Что нам делать, Ваше Высочество? – с отчаянием спросила Мэйзи. – До бала меньше часа!

Я посмотрела на часы. Стрелки неумолимо бежали вперёд.

– У меня нет другого платья, – глухо ответила я. – По крайней мере, такого, которое соответствовало бы уровню королевского бала-маскарада.

Мэйзи, словно очнувшись, метнулась к гардеробу. Я слышала, как она начала что-то искать, как застучали вешалки. Через минуту она вынырнула оттуда, держа в руках моё тёмно-синее бархатное платье. Оно было добротным, но старым, фасон вышел из моды ещё два года назад, а манжеты были слегка потёрты.

– Вот, – с надеждой воскликнула она, прижимая платье к груди. – Мы… мы можем его украсить! У меня есть ленты. И вашу брошь можно приколоть. Будет скромно, но достойно. Или… или вы можете надеть ваше серое платье, в котором вы были несколько дней назад.

Я посмотрела на это платье и мне захотелось заплакать. В нём я буду выглядеть как бедная гувернантка, случайно забредшая на праздник к господам. А то серое… оно безнадёжно испорчено после моего похода к Храму Вильяры.

Именно этого Лавена и добивалась. Унижения.

Я не любила менять наряды часто, к тому же не хотела злоупотреблять деньгами дяди. Не хотела, чтобы меня упрекали в растратах на себя любимую, поэтому платьев у меня было очень немного.

Но выхода не было. Я не могла не пойти. Это означало бы сдаться.

– Давай, – кивнула я, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони. – Готовь его. Я пойду в нём. Пусть смеются. Главное, что я не струсила.

Мэйзи, всхлипывая, принялась с помощью простой бытовой магии разглаживать складки старого бархата. Я сидела, глядя в одну точку, и в моей душе поднималась холодная, жгучая ярость. Я отомщу им. Всем им. И дяде, и Лавене, и тем девицам с ножницами. Я пока не знаю как, но я это сделаю.

Лира тоже насупилась и молчала, прекрасно «слыша», о чем я думаю.

Вдруг со стороны балкона раздался странный звук. Будто что-то тяжелое мягко опустилось на заснеженный пол.

Лира мгновенно насторожилась.

– Я проверю! – пискнула она и, приняв максимально воинственный вид, выскочила на балкон.

Я напряглась, ожидая нового удара. Может, теперь они решили забросать меня камнями? Или пустить в комнату летучих мышей? Но через секунду Лира вернулась. Вид у неё был крайне озадаченный и… довольный?

– Там коробка, – сообщила она, склонив голову набок.

– Какая коробка? – не поняла я. – Очередная гадость от Лавены? Дохлая крыса?

– Нет, – Лира фыркнула, подбежала ко мне и потёрлась мордочкой о руку. – От неё не пахнет крысами. От неё веет им.

– Им? – переспросила я, и сердце пропустило удар. – Ты имеешь в виду…

– Ну не короля же! – закатила глаза лисичка. – Иди, посмотри!

Я вскочила с кресла, забыв про Мэйзи и старое платье. Распахнув балконную дверь, я шагнула в морозные сумерки.

Ветер стих. Снег падал крупными, ленивыми хлопьями, укрывая парк белым пуховым одеялом. Было тихо и невероятно красиво, словно мир замер в ожидании чуда.

Посреди балкона, прямо на снегу, стояла большая, просто огромная коробка из белоснежного картона, перевязанная широкой серебряной лентой. Никаких следов вокруг не было, словно её принёс сам ветер.

Я медленно подошла к ней. Снег приятно скрипел под туфельками.

– Эргон… – выдохнула я, чувствуя, как тепло разливается в груди, вытесняя страх и обиду.

Вдруг высоко в небе, среди туч, что-то сверкнуло. Я подняла голову и увидела, как прямо на меня падает яркая звезда. Она летела, не сжигая воздух, а мягко планируя, оставляя за собой искрящийся шлейф.

Я инстинктивно подставила ладони. Звездочка коснулась моей кожи – она была не горячей, а тёплой и будто живой. В то же мгновение свет погас, и в моих руках остался плотный лист бумаги, свернутый свитком.

Дрожащими пальцами я развернула записку. На ней, выведенные мелким, стремительным и безупречно красивым почерком, горели всего три слова:

«Надень это, моя принцесса».

Я перевела взгляд на коробку. Руки сами потянулись к ленте. Она поддалась легко, соскальзывая вниз, словно живая змея. Я подняла крышку.

– Ах… – вырвалось у меня.

Я прижала руку к губам, не в силах поверить своим глазам. Внутри, в облаке тончайшей, едва светящейся бумаги, лежало… Нечто удивительное, по сравнению с которым моё уничтоженное платье казалось просто тряпкой.

Записка, едва я успела прочитать эти три слова, вспыхнула и рассыпалась в моих руках мельчайшими, тающими звёздочками. Магия. Чистая, красивая, драконья магия. Невероятная.

Я всё ещё не могла поверить своим глазам. Сердце колотилось где-то в горле, смешивая восторг с неверием. Осторожно, словно прикасаясь к святыне, я протянула руки внутрь коробки и подхватила невесомую ткань.

Платье выскользнуло из упаковки, словно облако тумана.

– Богиня… – выдохнула я.

Оно было белым. Ослепительно, безупречно белым. И при этом оно сияло. Ткань, казалось, была покрыта миллионами крошечных кристаллов, которые ловили скудный вечерний свет и превращали его в искры. Это платье жило своей жизнью, переливаясь, словно звёздное небо на рассвете.

Фасон был необычным, в Риольде такие не носят: смелый, но бесконечно элегантный. Открытое декольте, подчёркивающее шею и плечи, но не переходящее грань вульгарности. Рукава приспущены, обнажая ключицы и оставляя руки открытыми, а юбка, пышная и многослойная, ниспадала мягкими, тяжёлыми складками.

На первый взгляд ткань казалась однотонной, но, приглядевшись, я ахнула. По всему подолу и корсету шёл сложнейший белый узор – переплетение звёздных путей и едва заметных силуэтов драконов, вышитых шёлком по шёлку.