Лана Ива – По Кроуфорду (страница 14)

Некоторое время мы молчали, наблюдая, как официант собирает со столиков пустые бокалы.

– Слушай, а он вообще… был изначально приглашён? – спросила я, бросив взгляд на подающего Джеймса. – Ну, на свадьбу.

– Да. Дима звал его просто как гостя. Ещё в начале, когда только список составляли.

– И он согласился?

– Нет, сослался на завал на работе, мол, «всё лето в операционной, времени ноль».

– Это так по Кроуфорду.

– В смысле?

– Его характерный почерк, – пробормотала я, вертя в руках полупустой бокал. – Постоянно отмазывается. То он «весь в делах», то «не высыпается». Он вообще мастер в искусстве избегать: людей, эмоций, разговоров. Он даже собственный день рождения не отмечает.

– Серьёзно?

– Ага. В прошлом году ему исполнилось тридцать, и он провёл весь день на работе. Как и в позапрошлом году. По словам Тео.

На моё тридцатилетие два месяца назад он так же не соизволил прийти. Но любезно отправил подарок курьером: огромный букет алых роз, бутылку красного вина «Шатонёф-дю-Пап» и заколку в красивой шкатулке из матового стекла.

Не просто заколку – настоящее ювелирное чудо из жёлтого золота в виде созвездия Близнецов с крошечными бриллиантами в местах звёзд. Настолько тонкая, изящная работа, что казалось, её создали на небесах, а не в ювелирной мастерской.

Такую вещь не выбирают наспех. Её выбирают долго. С мыслями о той, кому она предназначена. С намерением напомнить о себе, когда не можешь быть рядом. Коснуться, не касаясь.

Он знал, что я часто собираю волосы, особенно в жару. Он знал, что я люблю золото, хотя я редко носила украшения. Он знал, что я люблю символичные вещи. Он вообще, судя по всему, много обо мне знал. И почему-то это больше пугало, чем радовало.

– И как так вышло, что самый нелюдимый человек в мире согласился на роль главного шафера?

– По чистой случайности, – пожала плечами Никки. – Позавчера на обеде Дима заскочил в ресторан недалеко от клиники Джеймса и наткнулся там на него самого. Они разговорились. Джеймс спросил, как идёт подготовка к свадьбе, и Дима ему рассказал про брата. И – о чудо – мистер «У меня завал» вдруг говорит: «А давай я».

Я медленно поставила бокал на стол.

– Подожди… Он сам вызвался?

– Угу.

– После того, как сказал, что не может прийти?

– Именно.

– Поразительно.

– Думаю, он из-за тебя согласился.

– Он даже не знал, что я там буду, Никки.

– Ну, как минимум, он знал, что там будет одинокая и о-очень горячая главная подружка невесты.

Я округлила глаза:

– Это Дмитрий так про меня сказал?

– Нет, это я крикнула по громкой связи, когда Дима позвонил мне и рассказал, что Джеймс готов стать шафером. Чтобы он точно не передумал.

Я расхохоталась:

– Тебе крупно, просто КРУПНО повезло. Обычно после таких заявлений он сбегает, как вампир от солнечного света. – Я бросила взгляд в сторону Джеймса и прищурилась. – Подозрительно это всё. Джеймс Кроуфорд добровольно появляется на подобных мероприятиях либо по очень веской причине, либо… даже не знаю, что ещё может его туда затащить, если честно.

– Не пугай меня, ладно? У нас уже нет времени искать нового шафера!

– Ладно-ладно. Возможно, ему просто захотелось… повеселиться?

Ну конечно. Скорее Земля с орбиты сойдёт.

– Мне всё равно, почему он согласился. Главное – что этот красавчик теперь с нами.

Я усмехнулась, допила остатки коктейля, а затем поднялась на ноги и двинулась к корту.

– Ты куда?

– Попробую реанимировать твой вечер и вернуть тебе жениха. Эй, парни!

Оба обернулись. Дмитрий чуть улыбнулся, а Джеймс взглянул на меня так, будто я только что вторглась в какое-то мужское святилище. Ну простите.

– Дмитрий, ты невесту давно видел? У неё сейчас нервный срыв случится. Пора бы тебе вернуться к ней, а то скоро вместо мячей в ход пойдут головы твоих родственников.

Он рассмеялся, оставил ракетку и пошёл в сторону засиявшей Никки. Джеймс остался на корте, глядя на уходящего друга, как на предателя.

– Кажется, ты остался без партнёра, Джей-Джей, – улыбнулась я, беря в руки ракетку. – Сыграешь со мной до пяти побед? Без геймов и сетов, просто: не отбил – проиграл. Проигравший выполняет любое желание победителя.

– Хочешь унизиться на глазах у всей тусовки?

– С чего ты взял, что я унижусь?

– Ты весь вечер не держала в руках ничего тяжелее маргариты и сигарет, точнее – четырёх маргарит.

– А ты откуда знаешь? Следил за мной?

Он усмехнулся:

– Трудно было не заметить одинокую пьющую сталкершу. Не надоело следить за мной?

– Я не следила за тобой, только за твоей упругой задницей.

– Уверена, что сможешь тягаться со мной? Дмитрий проиграл мне все партии – и он к тому же был абсолютно трезвый.

– Не переживай, я не пьянею от коктейлей. К тому же овчинка стоит выделки.

– Ладно. И что будет, если выиграешь ты?

– Ничего криминального. Ты отведёшь меня на ужин в какой-нибудь хороший ресторан, где честно ответишь на один мой вопрос. Любой вопрос.

Джеймс скривился. Очевидно, моё желание ему не понравилось.

Он подошёл ближе и, чуть склонив голову, спросил, глядя мне прямо в глаза:

– В чём твой план? Надеяться, что я отвлекусь на твои ноги и промахнусь? Чтобы потом выяснить, как я женился втайне ото всех? Это тебя интересует?

Я улыбнулась:

– Расслабься, милый, меня не интересует твой неудавшийся «тайный брак».

– Тогда что ты хочешь узнать?

– А ты проиграй – и узнаешь.

– И зачем мне соглашаться на это?

– Потому что ты можешь выиграть. И тогда я выполню любое твоё желание.

– Ты правда хочешь ответов? Какой бы горькой ни была правда? Это твоё желание?

– Да, Джеймс.

– Окей, это будет быстро. Но если выиграю я – а я выиграю, Кейтлин – то ты никогда ничего не узнаешь. Ты прекращаешь играть в Шерлока и оставляешь меня в покое, больше не задавая глупых вопросов. Согласна?

А дело приняло крутой оборот.