Лада Зорина – Измена. Ты встретил моложе (страница 9)

— Слушай, мне тут предложение поступило…

— Какое предложение? — в голосе Алины тут же засквозила подозрительность.

— От коллеги. У нас на носу заключение очень крупной и очень важной сделки. Нас приглашают на неформальную встречу — пообщаться, пообтереться с будущими партнёрами. Потенциально долгосрочными, поэтому эта встреча крайне важна.

— Понимаю, — осторожно вставила она, хотя вряд ли, конечно, понимала, куда он на самом деле клонил.

— И, в общем. У меня есть два варианта, — он уже предвкушал её удивление.

Алину вообще было легко удивить и порадовать. Нежная провинциалка, перебравшаяся в столицу пять лет назад, до сих ор умудрилась не растерять своей наивности и восторженности.

— Я могу поехать в гордом одиночестве или в компании.

Она отозвалась не сразу. Закрыв глаза, он без труда мог представить, как на её красивом лице отобразилась работа мысли — вероятно, приправленная разочарованием, в котором она никому не стала бы признаваться. Алина до сих пор не чувствовал себя вправе считать его своим. Стеснялась и робела. И это лишь сильнее влекло его к ней.

— Ты… хочешь сказать, поедешь с супругой? Михаил, если это так, то ты не обязан ничего мне объяснять…

— Глупенькая, — усмехнулся он, довольный тем, что предугадал её реакцию. — Я могу поехать либо один, либо с тобой. Что выбираешь?

Глава 13

— Я?.. — её голос в трубке сейчас звучал едва слышно.

И ему нестерпимо захотелось оказаться с ней рядом, чтобы не только услышать, но и увидеть это удивление, насладиться им и в полной мере осознать, что это полностью в его власти — удивлять её и радовать.

Может быть, он так чувствовал потому что их встреча началась с удивления. Оказывается, до личной встречи Алина ничего не знала о Михаиле Воронове. Она потом сама признавалась, что рисовала его себе совсем по-другому и даже испытывала за свою неосведомлённость немалый стыд.

— Я ведь была одним из организаторов встречи, — оправдывалась она, пробежавшись своими нежными пальчиками по его груди. — И даже не удосужилась в интернет заглянуть. Знала только самую общую информацию.

Эффект неожиданности в итоге сработал в его пользу. Алина рисовала себе оплывшего мужика средних лет, скрывавшего недостатки фигуры за дорогой тканью пошитого на заказ костюма.

Откуда ей было знать, что отец одного из её студентов тщательно следил за собой, четыре утра в неделю начинал с тренажёрки и невзирая на статус солидного семьянина, не собирался соответствовать привычным шаблонам.

— Ты стал настоящим сокрушителем стереотипов, — шепнула она, доверчиво прижимаясь к нему и счастливо вздыхая после того, как он в очередной раз сумел ей доказать, что его очень рано списывать на скамью запасных. Тем более что с этой скамьи обычно уже никого никогда не выпускают.

Вот и сейчас он в очередной раз сумел её удивить и предвкушал её очевидные сомнения.

— Михаил, боюсь, выбирать не я должна, — ответила она наконец осторожно. — Мы ведь… мы же официально не пара. Только ты не подумай, что я тебе это в упрёк! Я просто к тому, что ты же не можешь на такую важную встречу приехать с какой-то девицей. Ведь меня именно так после этого все и назовут. Я… я не хотела бы. Слишком много рисков, ты же сам понимаешь.

Ну вот, опять она включала зануду-училку, которая докапывалась до каждой мелочи, до каждой детали. Неужели до сих пор не поняла, с кем её связала судьба?

— Алина, если я говорю, что выбор за тобой, я не шучу и не пытаюсь тебя впечатлить. Я не один из твоих студентиков, отчаянно пытающихся любыми способами добиться твоего внимания.

— Я это знаю, — печально отозвалась она, не оценив его сухой иронии. — Но… ты тоже должен понять. Михаил, для всех вокруг ты до сих пор женатый человек. И вдруг привозишь с собой на встречу какую-то незнакомку? Как это будет выглядеть?

Михаил поморщился. Стоило бы сразу догадаться, что она первым делом напомнит ему именно об этом. Об очевидном.

— Ты думаешь, хоть кому-нибудь там есть до этого дело? — усмехнулся он.

— А… а как же репутация? — недоумённо пробормотала она.

Её наивность и чистота порой немало его забавляли.

— Там, где водятся большие деньги, никому нет дела до твоей репутации.

Прозвучало, конечно, цинично, зато он говорил правду, а не пытался подыгрывать её непрактичной наивности.

— Извини за прямоту, но это лучше, чем пытаться придумать что-то, чего на самом деле нет. Это деловые партнёры, и моя личная жизнь будет интересовать их в последнюю очередь.

Алина помолчала, а потом сказала — тихо, но твёрдо.

— Хорошо. Я поняла. Может, это и так. Может, их она действительно не интересует. Зато интересует меня. Я никогда в мире больших капиталов не жила, и мне моя репутация важна, Михаил. Я и так ею рискую. Надеюсь, ты понимаешь.

Мягкая сила. Алина — сознательно или бессознательно — умела ею пользоваться, чтобы добиться желаемого. Но в случае с ним учитывать его планы, мысли и желания ей всё-таки приходилось.

— Понимаю, — ответил он твёрдо. — И не вижу никаких причин для беспокойства.

Алина вздохнула.

— Я могу задать бестактный вопрос?

— Ты любой вопрос мне можешь задать.

— Почему ты не едешь с женой? Она отказалась?

Этот вопрос ударил его по больному. Гранин ведь упомянул, что партнёры жаждут пообщаться не только с ним, но и со Светланой.

Чёртов фонд. Будь он неладен.

— Не отказалась. Она о поездке не знает. Ещё не знает, — поправился он. — Мы с ней об этом пока не говорили.

— Господи… — выдохнула Алина. — Михаил, тогда я вообще не вижу смысла обсуждать твоё предложение. Поговори сначала с женой!

Глава 14

— Алин, — нахмурился Михаил. — Вот уж не ожидал, что ты примешься мне разнарядку давать.

Ему такое своеволие не понравилось. И даже не столько потому что он считал себя стопроцентно ведущим в этих новых для себя отношениях, сколько потому что требование Алины уязвило его в самую совесть.

Справедливости ради — и об этом сейчас настойчиво бубнил ему холодный разум — он в первую очередь действительно должен был, хотя бы для проформы, сообщить о потенциальной поездке жене. В конце концов Гранин всё чётко по полочкам ему разложил. Нравилось ему такое положение дел или нет — уже десятый вопрос. Факты были непреклонны — Светлану хотели видеть на этой встрече. И даже не потому что она по-прежнему числилась его законной супругой. С ней хотели обсудить дела фонда и возможные перспективы сотрудничества в этой области.

Отмахнётся от этого сейчас в угоду своей внезапно вспыхнувшей страсти и… как его после такого можно называть серьёзным бизнесменом?

Чувства — отдельно, бизнес — отдельно. По-другому тут быть не могло.

И вот Алина сама тыкала ему в эту оплошность, да ещё и без особого пиетета.

— Хм.

— Что? — нервно отреагировал она на его хмыканье в трубку. — Ты со мной не согласен?

Он позволил себе непродолжительную паузу, чтобы ответить без спешки и не давать ей поводов думать, будто его эта ситуация всерьёз зацепила.

— Да вот думаю… если ты сейчас так строго мне за мои ошибки выговариваешь… что же будет потом?

Алина тоже помолчала. Наверняка обдумывала его прозрачный намёк на перспективу их отношений. Он надеялся, что её такой настрой скорее порадовал, чем насторожил.

— Знаешь, я пытаюсь далеко не заглядывать, — отозвалась она.

Ну вот просто сама предусмотрительность.

Видимо, он один в их паре не спешил осторожничать и сейчас пытался определить, в чью пользу был этот неожиданный перекос.

— Зря, — отрезал он, но углубляться в детали не стал. — Но ты права. Мне стоило самому об этом подумать. Это не значит, что я своё приглашение отзываю или что мой предстоящий разговор с женой что-то изменит. Но принципиальности и честности ради…

— Михаил не делай мне одолжение, — попросила она. — Ситуация и без того очень неоднозначная, а я чувствую себя коварной разлучницей. Я об этом тебе уже говорила. Мне совершенно не нравится эта роль, и я примерять её на себя не хочу.

— Я услышал тебя, — ответил он, не позволяя эмоциям просочится в свой голос. — И ты неправа, принимая эти слова на свой счёт.

— А как я могу их не принимать? — вырвалось у неё. — Ты же надеюсь, помнишь, что я преподаю у твоего сына. И с этим тоже нужно считаться. Александр никем иным меня теперь не считает.

— Тебе так важно мнение взбалмошного мальчишки, возомнившего себя твоим верным поклонником, который жить без тебя не может?

— Не нужно так, — в нежном голосе прорезались страдальческие нотки. — Не нужно, Михаил. Он твой сын.

И теперь все подряд будут ему этим пенять. Он об этом факте вообще-то и не забывал ни на минуту!

— Я не так своего сына воспитывал. Я не такой пример ему подавал.