Лада Зорина – Измена. Ты встретил моложе (страница 28)

Глава 43

— Правда? — я обернулась и уставилась на Воронова с выражением искреннего удивления на лице. — Нам надо или тебе?

В голове тут же зазвенел тревожный звоночек, призывавший не устраивать сцену. У меня могли быть какие угодно претензии к мужу, но устраивать публичные разбирательства с озвучиванием взаимных претензий, если у Воронова вообще могли быть ко мне какие-либо претензии…

— Уверен, это в наших общих интересах, — снизошёл перефразировать муж. — Много времени не отнимет. Обещаю.

Это был такой демонстративный шаг навстречу. Прямо попросить уделить ему минутку внимания гордость, видимо, не позволила.

Но и тот факт, что он остался бы тут торчать, пока я не отреагирую, был неоспорим, поэтому я решила поскорее покончить с этим досадным инцидентом.

— Прошу прощения, — ответила я Катаеву. — Оставлю вас ненадолго.

— Без проблем, — Катаев откинулся на спинку стула и лениво наблюдал за сценой.

Воронова это, кажется, нервировало и раздражало, но я постаралась не фокусироваться на реакциях мужа. Они мне ни к чему и неинтересны.

Смирившись, я вышла вслед за супругом из пространства кофейни в широкий, залитый светом пасмурного зимнего дня коридор. Напротив нас тянулась панорамная стеклянная панель с волшебными видами на заснеженные лесные просторы.

Любоваться бы всей этой безмятежностью, вместо того чтобы решать очередную проблему…

— Что тебе нужно?

— Вы с Катаевым ну просто сиамские близнецы.

— Это вообще сейчас к чему? Ты для этого меня попросил о разговоре?

— Я поручил увеличить финансирование твоего фонда.

Так, значит, это была не хмельная бравада? Или Михаил до сих пор в должной степени не протрезвел.

— Зачем? Цель этой показушной стратегии какова?

— А я обязан тебе в этом отчитываться?

Заставить я его, конечно, не могла.

— Если ты заявишь, что тебе от меня нужно что-то взамен…

— Нет, — покачал он головой с таким видом, будто только и ждал этих слов.— Нет, Светлана, у тебя не получится выставить меня ещё большим монстром. Я не собираюсь с этого ничего получать. Если пожелаешь можешь даже совсем вымарать имя моей фирмы с ваших благодарственных рассылок, с вашей рекламы и вообще отовсюду. Это ничего не изменит.

— Воронов, мне кажется, с тех пор как ты связался со своим ангелком, у тебя словно мозг стал сдавать. Ты извини за прямоту. Но других объяснений я не нахожу.

— Ну а вариант с искуплением чем тебя не устраивает? — он бросил на меня мрачный взгляд исподлобья.

— Какого ещё искупления? Твоего искупления? А ты спросил, нуждаюсь я в нём?

— Твой фонд нуждается, — огрызнулся муж. — Ты не станешь отрицать, что этим деньгам твои коллеги быстро найдут применение. Вы ведь собирались новое помещение арендовать, разве нет?

— Надо же, — хмыкнула я.— А ты, оказывается, помнишь.

— Я всё помню, — он посмотрел мне глаза. И мне показалось, речь сейчас шла не только о фонде.

— Звучит почти угрожающе.

— Можешь иронизировать на эту тему сколько угодно. Но деньги ушли. В течение дня поступят на ваш счёт. Распоряжайтесь.

Я молча его изучала и в конце концов не выдержала.

— Что-то ещё?

— Да, — Воронов бросил короткий взгляд на витрину кофейни. — Ты остаёшься?

— В смысле?

Прежде чем я ответила, в голове мелькнула шальная мысль, не о грядущем ли разводе он сейчас говорит. Не подкуп ли это для фонда, чтобы не разваливать брак. Понятия не имею, почему именно эта мысль пришла мне в голову первой.

— Здесь. На праздники.

Само собой, с этим предположением я ошиблась.

— Теряюсь в догадках, зачем тебе понадобилась эта совершенно бесполезная информация.

Нет, это действительно забавно — всем вокруг было дело до того, что я решу по поводу своего возможного отъезда.

— А это что, какая-то великая тайна?

— Надеюсь, ты-то из своего отъезда тайны делать не будешь.

— А с чего ты решила, что я собрался уехать?

Мне даже не пришлось имитировать удивление.

— То есть как это? Ты собираешься оставить свою голубку праздновать новогодние праздники в одиночестве?

Ещё одна шальная мысль на мгновение сковала мой мозг — только бы Александр как-то не влез между ними. Я уже плохо соображала, что между ними всеми происходило. Не соображала и соображать не хотела.

Мне всё чаще и всё сильней хотелось оказаться подальше от этих разборок.

Воронов бросил на меня сумрачный взгляд.

— Само сбой, не собираюсь, — бросил он.

— Ну так вот этим будь добр голову себе и забивай. А не моими планами. Я с ними сама как-нибудь разберусь.

С божьей помощью.

— Понятно, — кивнул Михаил. — Тогда желаю счастливого нового года. И в новой компании, насколько я понимаю.

Конечно, он говорил о Катаеве. И я ничего не могла с собой поделать — румянец без разрешения опалил мои щёки, так что их защипало.

— Очень великодушно с твоей стороны, — я сложила губы в фальшиво-вежливой улыбке. — И тебе того же самого.

Воронов порывался сказать что-то ещё, но так ничего больше и не добавил. Метнув последний мрачный взгляд на вход в кофейню, развернулся и пошагал прочь.

Кажется, у него сегодня была запланирована ещё как минимум одна деловая встреча. После он наверняка вольётся в стройные ряды тех, кто отбывал из отельного комплекса.

Я огляделась, невольно гадая, кого же тут больше — тех, кто уедет, или тех, кто останется.

За свой столик с листавшим что-то в своём телефоне Катаевым я вернулась в лёгкой задумчивости.

— Всё прошло успешно? — поинтересовался собеседник, тут же погасив экран и отложив телефон на край стола.

— В целом, — я кивнула, не предпринимая никаких попыток расширить свой лаконичный ответ.

— Хорошо. Тогда скажите, вы обрадуете меня?

В ответ я ему улыбнулась, понадеявшись, что сделала это искренне.

Глава 44

— Гонишь! — Архипов таращился на него во все глаза. — Чё, реально? И карточку ему вернул?

Сашка чувствовал себя невоспетым героем, хотя ни за что бы сейчас в этом и не признался.

— Швырнул ему под ноги. Он её, конечно не взял. Так и валяется.

— Ну, уборщица-то твоя придёт, увидит и вернёт.

— Попрошу её, чтобы выкинула, — равнодушно ответил Сашка и бросил отсутствующий взгляд в окно.

— Слушай, ну ты, конечно, даёшь, — присвистнул Никита. — Я б так не смог. У меня если батя финансирование отрубит, то и всё. Деньги брать неоткуда. А твой стартап, выходит, кое-какие деньги приносит?

— Да он нормальные деньги приносит, — возразил Сашка. — Я сразу тебе говорил, что в нашем городе сервисов по доставке всё равно не хватает. Видишь? Я оказался прав.

— Не трави мне душу, — тоскливо отозвался Архипов. — Жалею теперь, что не вложился.

— Ты ж говорил, у тебя всё равно для первоначального взноса денег нет.

Друг поморщился.

— У бати б занял.

Сашка кивнул, в душе чувствуя рефлекторное сопротивление. Для него весь смысл заключался как раз в том, чтобы у отца не взять ни копейки. Именно благодаря этому он и получил возможность совершить тот эффектный жест, о котором мечтал.

Жаль, этим его мечты не ограничились. Другие было куда сложнее осуществить.

Проводив друга и пообещав до конца дня сообщить ему, что он собирается делать со своими новогодними, раз уж в город вернулся, Сашка достал телефон.

Он понятия не имел, захочет ли она с ним говорить. Но не мог не попытаться.

В мыслях мелькнуло сначала матери отзвониться. Но они вчера говорили, и он не хотел расстраивать её ещё сильнее. Мать наверняка начала бы пытать его вопросами, мол, что он собирается делать дальше.

Но Александр Воронов был опасен своей склонностью к импровизациям. И в ближайшем будущем не сбирался что-либо в своей стратегии менять. Он уже привык к тому, что самые отчаянные, но порой и самые эффективные идеи приходили ему в голову совершено спонтанно. Вот как та идея позвонить Алине Сергеевне именно в тот самый момент, как ей требовалось сбежать с той помпезной загородной конференции или что там у них проводилось сейчас.

— Добрый вечер, — поздоровался он, когда длинные гудки наконец оборвались её тихим «Слушаю».

— Зачем ты звонишь?

— Хочу ясности. Без неё заснуть не смогу.

Он понятия не имел, какая линия поведения будет правильной. Поэтому снова действовал наобум, прислушиваясь лишь к собственному сердцу. Для кого-то, может, глупо и незрело, но он хотя бы знал, что сердце у него есть. В отличие от его папаши.