Лада Зорина – Измена. Ты встретил моложе (страница 27)

— Это ерунда, — ответила я своему отражению в громадном зеркале с мягкой подсветкой.

Я гипнотизировал себя взглядом, стараясь придумать достаточно веские поводы для отказа.

Завтра мне предстоит ещё несколько встреч, в том числе с представителями прессы, которых интерес ко мне здешних финансовых бонз вдохновил на предложение записать интервью. Умом я понимала, что отказываться не стоит — такая реклама нам очень кстати. А вот внутри всё равно всё сжималось — я не привыкла к такому пристальному вниманию, это во-первых. А во-вторых, не переставала думать о том, что направленные на меня метафорические софиты — дело рук Катаева.

К тому же он слишком лениво отрицал свою причастность к этой импровизированной промо-кампании. Вот совершенно не старался меня перебудить. Хотя, может, ему просто нравилось, как и любому другому представителю мужского пола, воображать себя эдаким спасителем.

В отличие от подруги, я с большим недоверием относилась к его вниманию. Поэтому разглядывала себя сегодня в зеркале особенно тщательно.

— И на что ещё, кроме перспектив что-то поиметь от сотрудничества с нашим фондом, он мог бы купиться? — пробормотала я своему отражению, скользя критическим взглядом по каждой мельчайшей шероховатости и морщинке.

— Тоже мне, роковая дама, — фыркнула я.

Как назло, в памяти тут же всплыл образ Алины — воздушного создания небесной красоты, из-за которого едва не подрались мой сошедший с ума муж и потерявший голову от любви сын.

И стоило вспомнить об этом, как я прикрыла глаза и помотала головой, чувствуя почти нереальность происходящего.

Я ведь даже Татьяне об этом пока не поплакалась. Не могла я убивать по пару часов на телефонные разговоры, когда дела требовали внимания. Возвращаясь в номер, я всё чаще садилась за отчётности и бумаги. Всё чаще созванивалась с помощниками и коллегами по фонду. Всё чаще консультировалась и всё больше пометок с дедлайнами делала в своём ежедневнике. Не было времени на личное.

Но вот Катаев… От него оказалось не так-то легко отмахнуться. Я уж молчу о том, что в списке деловых встреч после новогодних праздников он стоял у нас первым — исключительно в порядке очереди, конечно.

Я остановилась перед застеленной постелью, на которой разложила два комплекта — строгий деловой и чуть более вольный его вариант.

До новогодних праздников оставалось несколько дней, и я раздумывала, стоило ли чуть разнообразить свой исключительно суровый дресс-код.

— Ты, мать, с официозом, пожалуйста, не перебарщивай, — предупредила меня вчера на сон грядущий подруга. — Опять же, чем привлекательнее выглядишь, тем вернее эти толстосумы будут расставаться со своими пожертвованиями. В конце-то концов, ты там для чего? Чтобы обеспечить своему фонду всяческое процветание.

— Тань, знаешь, как это звучит?

Она знала, конечно, но притворилась, что понятия не имеет, о чём я.

— Как?

— Как будто я себя продаю.

— Здрасьте приехали! Извини за прямоту, Свет, но тебе ли сейчас, деловой, независимой женщине, в недотрогу играть? Бери от этой поездки всё, что только сумеешь. В этом весь смысл! Наплюй на всех и вся, кроме собственного дела.

— Мотивационный спикер из тебя что надо.

— Это ирония?

— Нет, я вообще-то серьёзно.

И вспомнив этот отрывок нашего разговора, я невольно перекочевала взглядом на второй вариант. Решила, что не совсем правильно

Хорошо, добавим в образ намёк на ожидание праздника.

И надо сказать, этот ход себя оправдал.

Шёлковая алая блузка с чуть более свободным вырезом стала моим счастливым талисманом сегодня — все три встречи прошли с большим успехом. А ещё я заметила, что у меня всё меньше интересовались вовлечённостью фирмы мужа в дела нашего фонда. Возможно, все вокруг уже изучили контекст ситуации.

Конференц-зал я покидала в откровенно приподнятом настроении, умудрившись отодвинуть от себя даже всё то безобразие, которое творилось в моей пока ещё семейной жизни. Тем более что с утра созванивалась с сыном, и он пока не успел выкинуть никакой глупости.

Сегодня я больше не предполагала никаких особых активностей. Все мысли, если уж начистоту, были о скором отъезде. Промаявшись с решением несколько дней, я всё-таки не отыскала для себя необходимости оставаться здесь на новогодние праздники.

Одно дело — деловая активность с перерывами на отдых, и совсем другое — полноценное празднование. Муж в качестве спутника на запланированных тут вечеринках, само собой, исключался. А больше…

— Добрый день.

Глубокий и низкий голос заставил меня затормозить и только потом уже вынырнуть из своих мыслей.

Передо мной высился Артур Катаев. Который, судя по его взгляду, тоже оценил алую блузку.

— Светлана, вы сегодня сногсшибательно выглядите.

Я невольно зарделась. Получать комплименты я давно разучилась, но это не значило, что получать их стало вдруг неприятно.

— Благодарю. У вас тоже долгожданный перерыв?

Он кивнул:

— Выпустили на пять минут. За три часа переговоров я всё себе отсидел. Даже, кажется, мозги.

Я невольно хихикнула и тут же сама себя отругала. Что за детский сад, ей-богу…

— Сочувствую. А я на сегодня полностью расквиталась.

— Так вы теперь вольная птица?

Ага, во всех отношениях. Но в ответ я не более чем кивнула.

И уже готова была, распрощавшись с Катаевым, отправится дальше, когда он спросил:

— Кстати, а какие у вас планы на новогодние?

Глава 42

— Кстати, а какие у вас планы на новогодние?

Чёрт. Чёрт же возьми! Я надеялась, что он никогда не задаст мне этот вопрос. Но мысль-то такая мелькала. Я и сама дивилась тому, что уже пару дней она не давала мне покоя. Подсознание будто предлагала мне на ней остановиться и хотя бы теоретически порассуждать, что я отвечу.

Но каждый раз я отмахивалась от неё, слегка поражаясь тому, что думаю о себе так самоуверенно. И с чего бы это Катаеву таким-то интересоваться? Ну ладно ещё всякие бизнес-проекты — можно понять. Но празднование Нового года — это уже куда более личная территория, а нас с ним едва ли можно было определить как знакомцев.

— Планы?.. — пробормотала я растерянно, подавив в себе желание куда-нибудь спрятаться от его пристального взгляда. — Да нет особенно никаких планов, если честно, я не предполагала… я не думаю, что останусь.

И я искренне не собиралась. Просто не представляла себе, как вообще сумею вписаться в атмосферу коллективного веселья, особенно на фоне всего того безобразия, что творилось в моей личной жизни.

— Это прискорбно, — Катаев даже не собирался скрывать своего разочарования от моего ответа. — Я не готов так скоро с вами расстаться.

Прозвучало как-то уж излишне собственнически, на мой взгляд. Мало ли к чему он не готов? Он понятия не имел, что творилось в моём метафорическом закулисье. А объяснять я не собралась — в конце концов, я здесь никому не планировала плакаться, исповедоваться и душу свою изливать.

— Мне приятно слышать, что наше с вами знакомство вдохновляет вас на дальнейшее общение, но празднование… Знаете, я привыкла отмечать Новый год дома, в узком семейном кругу.

На слове «семейном» я едва не подавилась, но ничего не могла поделать с внутренним сопротивлением. Всё во мне кричало, что нужно бежать. Общение с Катаевым уверенно сворачивало с безусловно понятной мне деловой территории в тени, среди которых я не готова блуждать.

Это лишнее напряжение, лишняя головная боль для меня. А мне сейчас и так хватает проблем. Добавлять к ним матёрого дельца с неясными намерениями я бы не согласилась.

— Не спешите с окончательным ответом, — попросил он на прощание. — Время подумать и передумать ещё есть. Возможно, вам тут понравится больше, чем вы предполагаете.

И в его взгляде мелькнуло что-то такое… не совсем мне понятное, но дрожь по спине у меня пробежала.

Почти домчавшись о своего номера, я закрыла за собой дверь и какое-то время стояла в темноту и тишине, прислушиваясь к биению собственного сердца.

Это что вообще такое? Самоубийственное желание усложнить себе жизнь до максимума?

Что я ему в итоге отметила?..

Пришлось поднапрячься, чтобы вспомнить свои последние слова. Кажется, пробормотала, что я подумаю.

— Да ты с ума сошла, — прошептала в трубку Татьяна.

— Спасибо большое, — сухо отозвалась я, растирая висок. — Я, Тань, вообще-то тебе позвонила, чтобы договориться о встрече. Думала, встретимся и решим, как отпразднуем Новый год. Если конечно, у тебя нет своих планов.

— У меня есть, — убеждённо отозвалась Татьяна. — В мои планы входило заставить тебя хоть на время отвлечься от своей санта-барбары и обратить всё внимание на себя, на то, что требуется тебе!

— Послушай, как я смогу отключить всё и окунуться в празднование, если Воронов тоже здесь? — огрызнулась я, но не с зла, а потому что и себе задавала этот вопрос.

— А он точно там остаётся?

— Да откуда мне знать? Я у него не спрашивала.

Я понятия не имела, что он собирается делать после всего, что стряслось между ним и его новой любовью. А ещё я не могла поручиться за то, что сын не выкинет какой-нибудь фортель. Александр уже доказал свою непредсказуемость. И уговаривать его смысла не было — чувства сейчас доминировали и ничьим уговорам не поддавались.

— Знаешь, а я на твоём месте наплевала бы. Да. Наплевала бы! Этот Катаев уже и так, и этак пытается тебя закадрить, а ты не можешь позволить себе позволить ему порадовать себя даже такой малостью, как внимание.

— Внимание, — хмыкнула я. — А я и не собираюсь позволять себе позволять ему ничего. У меня нет на это, как сейчас принято говорить, никакого ресурса. И знаешь, Катаев этот — слишком занятой человек, чтобы растрачиваться на такую бесполезную вещь, как внимание. Он явно будет ждать от своих вложений каких-нибудь дивидендов. А мне сейчас не до этого, Тань. Вот совсем не до этого! Не умею я так, на раз, переключаться.

— Вот что ты будешь с ней делать, — вздохнула подруга. — А устраивать унылые бабские посиделки тебя, значит, тянет. Это для тебя в самый раз?

Посиделки с Татьяной могли быть какими угодно, только не унылыми. Но переубедить в этом подругу я бы сейчас всё равно не смогла. Она чётко настроилась на то, чтобы уговорить меня никуда не возвращаться.

В тоге о том, что она меня дожала, я догадалась только когда на следующее утро уже даже без удивления столкнулась на завтраке с Катаевым. Он давно уже знал где я обычно пью свой утренний кофе, поэтому я ожидала, что мы встретимся ¬— он ведь хотел узнать мой окончательный ответ.

— Доброе утро. Разрешите?

В джентльмена он играл до победного.

— Доброе утро. Конечно, — я отхлебнула свой кофе, наслаждаясь краткими моментами удовольствия от замечательно сваренного напитка.

— Боюсь показаться вам настойчивым, но хотел поинтересоваться, вы не передумали насчёт своего отъезда.

Сегодня был день икс, между прочим. Деловые встречи подходили к концу. Те, кто не сбирался тут оставаться на праздники, примутся разъезжаться после обеда.

— Мне очень лестно, что вас так беспокоит мой ответ, — улыбнулась я, лихорадочно прислушиваясь к себе. — Я действительно думала…

— Доброе утро, — вонзился мне в спину ледяной голос мужа. — Мне придётся прервать ваш увлекательный диалог. Светлана, нам нужно поговорить.