Лада Зорина – Измена. Ты будешь страдать (страница 35)

С другой стороны, присутствие Дагмарова вызывало внутри нервозность, но я не могла бы назвать её неприятной. Меня скорее будоражило всё, что довелось пережить за последние дни, и скрывать это было очень непросто. Но пока удавалось.

— С моей стороны не будет никаких замечаний, — Дагмаров рассматривал чертежи. — Все пожелания учтены, как и все предыдущие правки. Проект выглядит отлично. Насколько я понимаю, остались мелочи, связанные с переоформлением и сверкой смежной документации?

Я кивнула, стараясь не задерживать на Дагмарове взгляд. Мне всё казалось, он истолкует это как то, что я на него откровенно глазею.

— Булат, извини, если мы слишком долго возились с проектом. Вроде бы и работы было всего ничего, а мы с ним, мне кажется, подзатянули. Можно было сработать и оперативнее.

Я подняла глаза на мужа.

Его комментарий был настолько необязательным, что я даже обидеться на него как следует не смогла бы. Видимо, чтобы принять хоть какое-то участие в разговоре и напомнить, что он вообще-то начальник, Кирилл и «похвалил» работу собственного отдела.

Ну и ещё, конечно, чтобы меня уколоть.

Как жалко всё это выглядело. И как всё-таки мелочно.

Да почему же мы сразу не замечаем таких вот откровенно неприятных черт в характере человека, с которым однажды решаем связать свою жизнь?..

Дагмаров взглянул на партнёра безо всякого выражения.

— Не думаю, что это уместное замечание. Твои сотрудники работали предельно добросовестно и компетентно. Тем более что вопрос был не в сроках, а в качестве работы. А у меня к её качеству никаких претензий нет.

Кирилл почувствовал себя неуютно, но при мне, конечно, не мог позволить себе потерять лицо, поэтому лишь пожал плечами и усмехнулся, хотя глаз усмешка и не коснулась.

— Ну, я просто знаю, что они могут работать и быстрее. Разленились в твоём офисе повышенного комфорта, — и сам улыбнулся своей неудачной шутке, потому что мы с Дагмаровым её проигнорировали. — Ничего. Скоро всё вернётся на круги своя.

И муж наконец-то взглянул на меня.

А я только сейчас осознала, что он ведь совершенно прав.

Все работы по проекту почти завершены. Уже через несколько дней я получу то, чего когда-то так страстно желала. Я вернусь в свой родной офис.

Я ведь так об этом мечтала. Так старалась поскорее расквитаться со своими обязанностями здесь, чтобы вернуться в знакомую обстановку, к своим прежним обязанностям и скромным масштабам.

Но я и представить себе не могла, что в какой-то момент пожалею об этом своём вроде бы естественном рвении.

Сейчас, сидя в одном кабинете с предателем-мужем и человеком, который до сих пор представлял для меня большую загадку, я с отчаянием осознавала, что не хочу никуда возвращаться.

И не могу не возвратиться. Потому что от этого зависело сейчас слишком многое.

Видимо, наступал тот самый момент, когда приходилось признать, что мне нужна помощь.

Мне нужно поговорить с человеком, который выслушает, поймёт и, возможно, даже посоветует, что делать дальше.

Без совета этого человека мне сейчас попросту не обойтись.

Глава 43

— С мамой решила на эту тему не общаться?

Я лишь невольно усмехнулась, поправляя покрывало на больничной койке сестры. Мы обе понимали, что этот вопрос — в высшей степени риторический.

Аня выглядела намного лучше, чем в нашу последнюю встречу. Всё-таки правильно подобранное лечение давало плоды. Уставала она уже значительно меньше, потому я и решилась на разговор. Иначе ни за что не стала бы досаждать ей своими проблемами.

Так я ей и сказала, на что старшая сестра нахмурилась.

— Вот за такие разговоры я бы с удовольствием на тебя обиделась, Оль. Я, конечно, понимаю, что волнения мне противопоказаны, но это совершенно не значит, что надо мной нужно трястись так, будто я хрустальная. Мы с тобой уже и не помню когда в последний раз о чём-нибудь серьёзном говорили, а соседки по отделению либо на разговоры не способны, либо переливаем с ними из пустого в порожнее. Всё об одном и том же.

— Тебе нужно восстанавливаться, Ань.

— А я чем, по-твоему, занимаюсь? Круглыми сутками только и делаю, что всякие процедуры, физиотерапия и так по кругу. Устаю уже от этого. А вот поговорить толком и не с кем.

— Тебе, кстати, Егор привет передаёт, — спохватилась я, оттягивая неизбежное. — Очень надеется, что скоро мы вместе в зоопарк пойдём. Боюсь, тебе от этой перспективы не отвертеться.

— И не подумаю, — фыркнула сестра, проводя пока ещё слабой рукой по одеялу. — К весне постараюсь худо-бедно встать на ноги.

— Это было бы замечательно!

Аня кивнула, будто бы для того чтобы подтвердить своё обещание.

— Только что-то энтузиазма в твоём голосе чересчур, — она прищурилась. — Будто ты его симулируешь.

Я собиралась возразить, но подавилась собственными словами.

— Оль, так что стряслось-то. Может, всё-таки прекратишь жалеть меня и расскажешь?

Понукать меня больше не требовалось. Я и без того слишком долго всё в себе таскала. Поэтому, глотая слова и заикаясь, рассказала Ане и о похождениях Кирилла, и о работе на новом месте, и о Егоре. О том, как жутко боюсь последствий нашего с мужем расставания.

Об одном только не упомянула — о поездке в клуб. Не смогла заставить себя рассказать ей об этом. Не уверена была даже, что нужные слова смогу подобрать.

— Сколько у тебя всего произошло… — пробормотала Аня и покачала головой. — И ты всё это время молчала. Жалела меня, значит?

— Ань, ну прости ты меня. Я ведь тогда ещё плохо соображала. Понять не могла, что буду делать дальше, — я вздохнула. — Да и сейчас ещё не понимаю. Поэтому и к тебе приехала. Хотя и не знала, решусь ли всё рассказать.

— Я рада, что ты всё-таки со мной поделилась, — со всей серьёзностью призналась Аня. — Но совсем не рада, что у вас с Кириллом сейчас всё так непросто. То есть…

Она помолчала, будто раздумывала, как вернее перефразировать:

— …то есть непросто — тебе. До Кирилла мне дела нет, раз уж он такой сволочью оказался.

— Сволочь или нет, но он оплачивает твоё лечение. Мы не можем просто так от этого отмахнуться.

— Может, и ну его тогда это лечение? — предложила сестра. — Неприятно мне очень осознавать, что я лечусь на деньги человека, который моей сестре изменяет и вдобавок ведёт себя просто по-свински.

Я замотала головой:

— Ань, даже не думай! Во-первых, деньги плачу я. Моя зарплата на оплату медицинских счетов уходит. Если уж так разобраться, это я у него сейчас на иждивении — могу позволить себе всё заработанное на тебя тратить. И с этим я как-нибудь разберусь.

В «разберусь» сейчас входило ежедневное обдумывание предложения Дагмарова. Попытки отыскать возможность сменить место работы так, чтобы не потерять сына. Но когда я посвятила в свои намерения сестру, она вдруг прищурилась.

— А этот Дагмаров… я смотрю, он всячески стремится помочь. Он что, такой филантроп?

Моё лицо потеплело от прилившей крови.

— Откуда мне знать?.. Он говорит, что ценит хороших работников. Вот и предлагал… работу.

И ещё кое-что. И вот уж тут я врать себе не могла — мои профессиональные качества там были совсем ни при чём.

— И на Новый год к себе приглашал, — с тщательно скрываемой улыбкой напомнила сестра.

— Ань, это совершенно… Не спеши, пожалуйста, с выводами. Он ведь не только нас приглашал.

— Ах, ну тогда да, конечно. Это всё сильно меняет, — ехидно отозвалась сестра. — Оль, да он же клинья к тебе подбивает. Разве неясно?

Ну не могла я притворяться, что не думала об этом! Особенно после поездки в клуб. Но дело-то в том, что если и подбивал, то от скуки. Возможно, захотел новизны. И я в этом была убеждена, потому что за последние несколько дней, минувших с нашей поездки, Дагмаров ни словом, ни взглядом не напомнил мне о произошедшем. Будто этого и не было.

Очень скоро и я усомнюсь, что это произошло на самом деле. Смогу убедить себя в том, что во всём виновато не на шутку разыгравшееся воображение.

— Ань, всё не так, как ты думаешь. Мы с Дагмаровым… мы люди с разных планет. Разным воздухом дышим.

— Ага, разным, — сестру совершенно не впечатлил мой аргумент. — Настолько разным, что он уже и дышит-то неровно.

Я невольно усмехнулась. Как мне всё это время не хватало её боевого настроя, прямоты и юмора…

— Оль, я тебе вот что скажу, — сменила она тон на серьёзный. — В твоей ситуации сделать что-то самой… ну, не выйдет. Нет у тебя ни связей таких, ни денег, ни возможностей. Без чужой помощи тут не обойтись. Уж прими это как данность. Но ты слушай себя. Делай, что считаешь правильным, пусть тебе пока и кажется, что ты просто не знаешь, что делать.

— Тут ты права, — пробормотала я. — Понятия не имею…

— Приготовься бороться. Вот что я тебе скажу. Бороться, даже если придётся переступить правила.