Лаблюк – Боги с Нибиру. После вчера 2 (страница 25)

Ему немного легче стало – на душе. Не чувствовал – внутри себя он тяжести, от зависти и недовольства, за столь великие – успехи брата. Тем более что согласился выделить, вблизи столицы – строящийся город тот.

– Вначале… и этого – мне хватит…

Моей столице станет. И много бед – вам, в Междуречье принесёт!

Неоднократно пожалеешь, ты об этом – Энки!

«Козла запустишь в огород», он – вспомнив старый оборот-пословицу, и улыбнулся. Не катаньём – мытьём добился! Желаю, чтобы вскоре прослезился, кровью умоешься!

Поверил! – Размечтался! – Я, будто изменился.

Никто – не обратил особого внимания на странную улыбку братца, решив, что улыбается от радости – желая счастья.

В этот момент – увидел, неожиданно – Саргона, прощённого великодушно – в честь дня рождения Наннара.

Обрадовавшись – жив Саргон остался, он – знаком показал ему, чтобы эмоций – тот не выражал, по поводу их встречи, кроме страха. Как будто – испугался, что встретились они. Но уходить не стал. Остался…

Предложенное Энки, на следующий день, согласовали члены ОПГ. – Для ануннаков и Энлиля, уехать с плато, согласившихся, к ним в Междуречье – выделили град строящийся. В составе государства, с правами автономии.

И, в этот день, шесть вертолётов – транспортных гигантов, отправились с Энлилем и Саргоном к горе Килиманджаро – на плато Кибо, за переселенцами – из ануннаков с хомо.

Энки, их молча провожал, с тоскою вспоминая – когда не ссорились с Энлилем и, не были разделены – соперничеством и раздором.

– Себя он – успокаивать старался. Если – оттуда не ушли, то этого – всего, что создано – здесь, не было.

Хотя…, он думал – о переселении, ещё до их конфликта. Но, не было бы оно трудным – физически и эмоционально. Всё делалось бы – хорошо продуманно, чтобы переселение для ануннаков, хомо – нетягостно происходило. Не так, как это – на самом деле было.

С бывшими хомо – контакта добиваться, пришлось им – дольше.

Благодаря тем трудностям, что выпали на долю, они быстрей – прошли путь эволюции, от хомо к гомо, чтобы людьми стать – в современном обществе.

Энлиль был удивлён, не все хотели ануннаки – с ним вместе с плато улетать, на неизвестное им место. Хотя, расхваливая – рассказал, что там им будет много лучше.

Они, о нём лишь знали, что впервые, когда-то приземлился – лидер бывший Энки – с десантом первых колонистов, примерно на том месте. Оттуда началась экспансия планеты. Туда он и вернулся, после исхода с плато, с командой – верных ануннаков. Где ими – установлены свои порядки.

Они с Энлилем – приземлились в Африке. Поэтому, там не были. И ничего о том не знали.

– Если там нравится Энлилю – не значит, что и нам – понравится, об этом – собираясь вместе, рассуждали.

– Тем более – придётся строить город, им вторили другие. Здесь – всё отлажено и слажено. Еды достаточно. А там – всё нужно начинать сначала, полный хлопот – рот и, невпроворот – много забот. И…, их порядки!

– Как вы решили, пусть – так будет, не возражал Энлиль. Это – ваш выбор. Никто вас не осудит. Неволить, уговаривать не стану – ехать со мной в СССР. Оставлю весь запас вам – продовольствия, охотничий и рыболовный инвентарь, хозяйственный, частично из лаборатории. Всё остальное – заберу. Сколько смогу.

Обижены – не будете, ни в чём. Простимся, как друзья мы – не навечно. Я не прощаюсь с вами. Считайте – это, расширением владений наших. Не поступаю – опрометчиво, беспечно. Подумав хорошо, я это делаю.

Вы, аккуратно разберите – комнату мою зеркальную. Я не закончил – с ней эксперименты.

Те, кто готов – со мною улететь, идите – собирайте вещи.

Старшим на плато – остаётся Анатас. Останутся – все зверолюди, бесы, нубийцы, хомо часть – для выполнения работ на плато, чтобы уклад привычной жизни не ломать. Вам будут, как и прежде – помогать. Тех – я не стану забирать.

Да и не надо.

Сборы – закончив и, отночевав в последний раз – в своих жилищах, переселенцы улетели – в Междуречье, где ожидали их – в Ниппуре. Совет коммуны с плато улетал – в полном составе. Энлиль – тех полномочия, и в Междуречье подтвердил. Он, не один – на новом месте, а со своими сотоварищами. Тем более, что автономию – он получил.

Их встретили – с цветами, радостными возгласами – встречающие ануннаки, на встречу прибывшие – с праздника рождения наследника Наннара.

Смотрители строительства Ниппура – высокомерно восседали в высоких резных креслах, смотря на нового властителя их города, с предубеждением и недовольством, одновременно – раздражённо. Каждый из них – им стать мечтал, но это место отобрал – брат властелина Энки, незаслуженно. Нежданно появившийся, без приглашения. Место престижное занял – без конкурса, по назначению.

Поднялись лишь, когда Энлиль с Советом своим (с плато), к ним ближе – подошёл.

– Наше почтение тебе – властитель города, старший по возрасту – негромко произнёс. Слава тебе – по жизни и, всегда – почёт! Позволь мне – передать бразды правления работами; поздравить – со вступлением тебя, от всей души – в властители и, городского повелителя. Мы – все, тебе подвластны, и подчинены.

Кого-то он напоминал Энлилю. Сразу не вспомнив, отмахнулся, решив, что ануннаков всех, не мог он помнить хорошо, особенно, ушедших с Энки с плато. Тех – было много.

Переспросил, будто ослышался:

– Вступлением меня, в какую должность…? – звучит мне, как-то – неприятно, будто в…, Энлиль – скабрезно усмехнулся. – Вступить придётся, раз так нужно.

Он подошёл к столу и, выбрав кресло, дал указание – освободить. Присев – надменно осмотрев старейшин, продолжил – дальше говорить.

– Бразды правления работами – передавать не нужно. Вначале должен буду – всё понять и изучить, что вы запроектировали, и что – добавить в генплан важно.

Пока буду вживаться – работы все остановить! По случаю рождения у Энки, Нинти – сына, приказываю – праздновать! И, не хитрить!

Всё остаётся, как и прежде. Руководители структур, все – остаются на местах. Пока – во всём не разберусь, и стану – при делах.

Когда понадобятся – сразу появиться, с огромной скоростью – ко мне. И пусть – никто не вздумает – ослушаться! На голову того – мой гнев обрушится. Кто дерзкий, пусть рискнёт. Увидят все, как для него – мгновенно всё изменится.

– Наш штаб строительства, от резиденции твоей – невдалеке, правитель города, ответил старший ануннак по возрасту и званию.

– Я – господин властитель города, Энлиль поправил анунннака. С сегодняшнего дня – при обращении ко мне, все добавляйте – господин властитель. Вам, всем – понятно это?

Что дальше – запланировали вы, по протоколу?

– А дальше – нашим протоколом, пир предусмотрен в честь рождения Наннара – сыночка властелина Междуречья, с Нинти – наш господин властитель города. Согласно Вашего приказа – праздновать. И заодно – Вас поздравлять – властитель города Ниппура.

Тогда, сейчас мы и приступим – к приятным действиям, по протоколу запланированным, приказ дал – радостно Энлиль – почувствовав себя – Властителем, сыном отца – с планеты Родина и, спутником – Воли и Разума, надежды – Повелителя.

Всё – в Воле Господа!

Он – безгранично счастлив был.

Выпив вина – на радостях, витая в эйфории – забыл о всех переживаниях и комплексах, давивших на него – со дня явления его в команде Энки, на Земле – по добыче металла золотого, для всем любимой Родины.

Прошло – немало времени с тех пор, но не исчезли до конца переживания. Нет-нет, напоминали о себе, как в жутком сне – кошмарном, воспоминания.

– Давно мне, нужно было – отделиться от братца, и править без указки и давления – самостоятельно, сделал он вывод и, внезапно – понял, что старший ануннак, смотревший на него с ухмылкой, не просто был – смотрящим за строительством Ниппура, а… это вечный странник лично – Оанн…, всё держит под контролем.

С ним – говорил недавно, в зеркальной круглой комнате – построенной, как подсказал ему – во сне. Для восприятия неверного пути, с целями – исправления, и продвижения по лестнице развития? Помочь «подняться»?

Оанн смотрел – со свойственной ему улыбкой, казалось – мысленно он, что-то говорил. Энлиль – услышал его насмешку:

– На плато ты отделался от Энки, уже испытывал – притоки эйфории, как в этот раз. И, что добился…? Прослезился?

– Зануда! – Энлиль скабрезно возмутился. Тебе – испортить настроение, как здрасте! Ты появляешься и…, рядом – тошно.

– И исправляю – твои пути, пока не поздно – услышал голос – ясно. Иначе пропадёшь – в своём клубке эмоций и желаний, погрязнув в сладостях – мечтаний.

Правителем достойным – становиться помогаю. Давно понять ты должен – добра желаю. А ты меня – занудой обзываешь, и сам, от глупостей своих – страдаешь.

Ты многое – понять не сможешь, если – пытаться буду объяснять, вот и приходится – выёживаться мне…

Со стороны похоже – муха…, на большом стекле.

Энлиль почувствовал, что он опять – не прав. Убрал взгляд вмиг с Оанна и…, дерзко думать – перестал.

Он понимал, что в мире всё – не просто и, отвернуться – может, вновь всё – от него. И вновь не будет знать – жить, дальше – как ему, возможно.

Позвав Саргона, он спросил. – Страшно ли было – под землёй, в тюрьме? Понравилось ли быть в г..не? В вине быть лучше, как мне клялся? В тюрьме подземной, вряд ли – нравится? Не хочешь – возвратиться? При памяти? Рад, что со мною встретился? Или предать снова – пытаешься? Всё будешь доносить, если «приблизишься» или через решение?