L Veyron – Сердце спящей земли (страница 4)
Иара попросила показать переписные знаки.
На каждом доме была вырезана коронованная спираль с двумя дополнительными чертами. Западный сбор. В северной провинции.
— Мы не соглашались, — сказал староста.
— Знаю.
— Это вы остановили меридиан?
Люди ждали ответа. Оссар стоял у повозки, не касаясь оружия. Мирт уже осматривал детей.
— Я участвовала в его отключении, — сказала Иара.
— Значит, цена пришла к нам из-за вас.
— Дополнительную нагрузку назначил совет. Но если бы северный контур продолжил работать, цена оставалась бы у других деревень.
Староста медленно кивнул.
— Очень аккуратный ответ.
— Другого у меня нет.
Он показал на колодец.
— Тогда дайте полезный.
Иара открыла измерительный футляр. Государственные пластины она оставила в Эйрне. Теперь пользовалась медными нитями, изготовленными городскими мастерами. Они были менее точными, зато не связывались с Палатой.
След уходил на запад. Поток вкуса соединял деревню с линией, проходившей глубоко под трактом. Иара могла разорвать местный знак, но тогда нагрузка перешла бы к соседям.
— Нужно отключить весь участок, — сказала она.
— Сколько деревень?
— Не знаю.
— Сколько времени?
— До вечера, если найдём распределитель.
Староста посмотрел на почтовую повозку, на инструменты Келя и на дорогу.
— Комиссия вас ждёт?
— Да.
— А мы нет?
Иара закрыла футляр.
Они остались.
Распределитель нашли в заброшенной мельнице. Имперские мастера встроили его в старое водяное колесо и обозначили как аварийный регулятор. Механизм забирал слабые ощущения у двадцати трёх поселений, смешивал их и отправлял на запад. Каждая отдельная потеря казалась допустимой. Вместе они обеспечивали меру, достаточную для защитного купола над дворцовым кварталом.
Кель отключил привод.
— Можно разрушить, — сказал он. — Но совет пришлёт новый.
— Тогда сделайте так, чтобы было видно вмешательство.
Он снял внешнюю панель и перенёс шестерни наружу. Теперь распределитель нельзя было принять за часть мельницы. На главном валу Кель вырезал число подключённых домов.
Иара дописала: «Без согласия».
Жители собрались у шлюза. Она объяснила, что вкус может вернуться не ко всем и не сразу. Повреждённые следы восстанавливались хуже, чем временно отключённые.
— А если не вернётся? — спросила женщина с кружкой.
— Тогда Палата должна признать потерю и обеспечить помощь.
— Палата не приехала.
— Значит, признать придётся нам.
Мирт записал имена пострадавших. Не для сбора — для будущего суда и лечения. Перед отъездом староста дал им мешок хлеба.
— Он безвкусный, — предупредил он.
Кель отломил кусок.
— Хлеб хороший.
— Откуда вы знаете?
— По корке.
На третий день тракт стал подниматься, хотя карта показывала равнину. Тара проверила высоту по старым межевым столбам. Каждый следующий уходил в землю глубже предыдущего.
— Дорога наклоняется на запад, — сказала она.
— Земля движется? — спросил Мирт.
— Пока только меняет представление о ровном.
Кель установил на повозке два отвеса. Один отклонялся к меридиану, другой — к ближайшей линии живой ткани. К вечеру они смотрели в разные стороны.
Иара чувствовала удары всё сильнее. Западное существо не просыпалось в обычном смысле. Его сон становился активным. Под землёй сокращались огромные пласты, менялось давление воды, старые разломы вспоминали движение.
Ночью она не стала ложиться.
Оссар сидел у костра и чистил нож. Повреждённую руку он уже мог сгибать, но пальцы не удерживали тяжёлые предметы.
— Вы согласились слишком быстро, — сказала Иара.
— На что?
— Ехать с государственным преступником во второй раз.
— В первый раз я считал вас заключённой.
— Это должно было усложнить второй выбор.
Оссар убрал нож.
— В столице мне предложили вернуть звание. Нужно было подписать, что вы действовали по приказу Орста и разрушили северный меридиан ради мятежников.
— Вы отказались.
— Нет. Сначала попросил доказательства.
Иара ждала продолжения.
— Они показали мне готовые, — сказал он. — С именами погибших солдат, которых не существовало. После этого отказ стал простым.
— Простые отказы редко безопасны.
— Поэтому я здесь.