László Horgos – Гармония Бешенства (страница 23)

Тыгла, одурманенный благоуханием, ударился в приятные воспоминания. Он познакомился с Татьяной Вячеславовной, очень давно, когда её ещё называли Грибуллина Танзиля Шаймарзановна. Танзиля была яркой блондинкой с серыми глазами и с достаточно европейским чертами лица. Волосы у неё были настолько блондинистыми, что сразу же возникала мысль о перекиси водорода. Роста в ней было сто шестьдесят пять или чуть больше, а весу килограмм пятьдесят. Фигура была вполне даже хорошая, ну а голос был в меру противный. Одевалась Танзиля исключительно по-европейски, а её юбки были такой длины, что все, кто её видел, сходились во мнении, что короче некуда. Кроме этих европейских замашек, были у неё и куда более серьёзные грехи. Танзиля очень любила красное вино, а ещё и с удовольствием жрала свинину. Чтобы не вызывать у окружающих когнитивный диссонанс, пришлось ей сменить имя, фамилию и отчество, а национальность уже отменили либерасты. Если с именем и фамилией всё было относительно понятно, то взаимосвязь между Шаймарзаном и Вячеславом Тыгле установить почему-то не удавалось, как он ни старался.

Очередной кошачий вопль поменял у Тыглы вектор мысли, и он задумался о национальном вопросе и своей роли в решении этого вопроса. Фамилия у Тыглы была Дахун, что наводило на мысль о гуцульских корнях. Слово Дах переводится с украинской мовы как Крыша, значит Дахун – кровельщик. Такая фамилия может быть и у русина, и у еврея с Галитчины, поди разбери их, кто есть кто. Царь Борис говорил, что он русский, а фамилия у него Ельцин. Хера-с два! Ельцун! Какой ещё к чёрту русский? Много их, таких-то русских типа Цвигун, Березун, Федун, Петкун и иже с ними. Для жителя Венгрии сама мысль о родстве с гуцулами или евреями не слишком приятна, особенно если это совсем не так. На самом деле эту чудную фамилию Тыгла унаследовал от очень далёкого предка, который вроде бы не был китайцем или монголом, однако довольно долго прожил в монастыре Шаолинь. Правильно следовало бы писать его фамилию в два слова, типа как Да Хун, что в переводе с китайского означает Большой Красный. На самом деле, Да Хун не было фамилией предка Тыглы, это было прозвище, ещё и укороченное. Его укоротили англичане, когда выдавали предку Тыглы паспорт. Полностью прозвище звучало как Да Хун Иба, что в переводе на русский, значит Большой Красный Хуй.

Тыгла тоже не было именем Тыглы, Тыгла было его прозвище, которое ему дали за некоторые особенности его характера. С прозвищем тоже была некоторая проблема. Венгерская буква É звучит вовсе не как Ы и не как Э, а как переходящее из Э в Ы. Некоторые русские уши слышат эту букву как Э, а некоторые как Ы, тут как кому слышится, но большинство слышит Ы, вот поэтому и получилось Тыгла, что соответствует венгерскому Tégla и переводится как Кирпич. Типа как Большой Красный Кирпич. На самом деле Тыглу звали Атиллой, однако для большинства населения России это не имело особой разницы, вот так Тыгла и привык к своему погонялову. Так оно проще, чем объяснять мудакам, что зовут его Дахун Атилла. Тыгла и всё на хуй. Дурацкая мысль продолжала развиваться и развилась в мысль о Российском Гражданстве. Воистину, более идиотскую мысль придумать сложно. За всю жизнь в России ни один мент не проверял у Тыглы документы, так на хуя ж это гражданство? Ответ очевиден. Чтобы было.

Известно, что фантазия российских бюрократов не ведает границ, особенно когда дело касается замены венгерских имён на русские, о чём, несомненно, знают все жители Закарпатья. Хоть Тыгла родился в Венгрии, а в Россию его занесло уже через Закарпатье, где он пробыл около месяца, но он прекрасно осознавал, через что ему придётся пройти, чтобы получить российский паспорт. Для начала начнут ему придумывать русскую фамилию, хотя могут и старую оставить, приняв её за еврейскую. Если же они догадаются, что фамилия китайская и звучит как Да Хун Иба, тогда-то тут имеют место быть вариации. Краснохуев или же Великохуйский? Собственно говоря, что хуй красный, не имеет решающего значения, ибо он у всех должен быть красный. Есть даже такая русская антинародная загадка: «Не болит, а красный». Значит, имеет значение лишь только размер. Еще мелькнула мысль, что могут китайскую погремуху сначала перевести на венгерский, как Duplafasz, и сделать Тыглу Дуплофосовым, или даже Дихлофосовым. Средство от тараканов и клопов, именуемое Дихлофосом, мадьяры почему-то переименовали в Duplafasz, что означает Двойной Хуй. Такое дурное название в полной мере соответствовало сущности этого чудесного препарата. Тараканов и клопов он не травил, зато хуй у владельцев этих реликтовых животный стоять переставал навсегда.

Хорошо, если Атиллу переделают, например, в Анатолия, но ведь могут же и Альбертом сделать. С отчеством тоже было не совсем гладко. Отца Тыглы звали Бела. Однако есть о чём призадуматься. Есть женское имя Белла, и иметь отчество Белович как-то совсем неприлично, но и превращаться в Дихлофосова Альберта Вениаминовича почему-то тоже не хотелось. Сука, блядь! Всю голову сломал, а так ничего не смог придумать дельного. Вот и нехуй тут думать! Трясти надо. Как-то же живут в России и Сергей Кожугедович, и Эльвира Сахипзадовна, и ещё многие другие исконно русские люди, и ведь нехуёво себе живут, ой как нехуёво, следует заметить. Дуновение ветра усилило чудесный аромат из нехорошей квартиры, что и привело рассудок Тыглы в относительный порядок. Конечно, если можно легко стать Вячеславовной вместо Шаймарзановны, то вопрос однозначно решён. Надо лишь самому себе выбрать нужное имя, и не сдаваться под натиском работников паспортного стола. Вот Тыгла решил, что будет он требовать до победного конца, чтобы ему выдали российский паспорт на имя Иосифа Виссарионовича Сталина. Так-то оно вернее будет.

Разрешив для себя важную социальную проблему, Тыгла плавно перешёл к проблемам сексуального характера и мысленно повернулся от Сталина к Танзиле, которую не видел уже больше года. Несмотря на то, что Танзиля нарушала многие законы Шариата, некоторые из рекомендаций Корана она выполняла даже тогда, когда стала Татьяной Вячеславовной. Она регулярно брила свою пизду и совсем не пользовалась нижним бельём. Бюстгальтер ей не был нужен по определению, а то, что через футболку просвечивают соски, её совсем не смущало, ибо если нет сисек, то пусть хоть соски просвечивают. Трусы Танзиля Шаймарзановна не носила даже во время менструации, пользуясь тампоном Tampax, ниточка от которого свисала ниже юбки, что выглядело весьма эротично и привлекало нескромные взгляды не только мужчин, но даже и некоторых женщин. Заповедь о многожёнстве Танзиля соблюдала не совсем так, как это подразумевал пророк Мухаммед, она почему-то отождествляла само это понятие с групповушками и ни одну из них не пропускала без уважительной причины. Для неё не существовало разницы между полигамией и полиандрией, да и лесбийские игры тоже не вредили её персональной морали и нравственности.

Было у Танзили две старшие сестры. Одну звали Наиля или Надя, а другую звали Гюльнара или Галя. Обе её сестры, в отличие от самой Танзили, уже вышли замуж, ибо не страдали столь тяжёлой формой нимфомании. Замуж они вышли за одного и того же нового украинца еврейского происхождения, принявшего Ислам по зову сердца во время его виртуального пребывания в афганском плену. Обе они спешно уехали жить к нему в город-герой Житомир, откуда регулярно приезжали в Москву, чтобы навестить мать, сестру, Тыглу, Габора, ну и всех других достойных жителей России. Танзиля категорически отказалась выходить замуж в Житомир, ссылаясь на неизбежный рвотный рефлекс, периодически возникающий у неё при виде непрофессионально обрезанного полового огрызка. Так уж случилось, что по этому вопросу у неё также возникли антагонистические противоречия с Кораном. Изучив на досуге Евангелие, несчастная татарская девушка однозначно для себя определила, что, приняв христианство, она станет грешить значительно меньше, нежели оставаясь мусульманкой. Как-то Христос не настаивал на ношении трусов и лифчиков, пизду брить не рекомендовал, но и не запрещал, а красное вино даже рекомендовал к употреблению. Оставалась только одна проблема с нимфоманией, но так это же – болезнь, а не грех. Болезнь следует лечить, надо будет пригласить к себе экзорциста, чтобы изгнал из неё бесов, а может быть, есть и иные варианты. Как бы решение было принято бесповоротно и окончательно, и тут в лоно Русской Православной Церкви устремилась ещё одна заблудшая овца.

Идти и креститься в одиночку, Танзиле было как-то уж боязно, и тогда она попросила Габора и Тыглу сопроводить её в Храм. В Храме было всё торжественно и чинно, но до того момента, пока церковный хор не задумал исполнить «Святый Боже». Земля закачалась у Тыглы под ногами, и изо всех щелей полезли зелёные черти, ужас охватил Тыглу, и он позорно сбежал из церкви, так и не дождавшись важного события в жизни Танзили Вячеславовны. Габор не бросил друга в биде, когда тот оказался в беде, и также вышел вслед за Тыглой на свежий воздух. Сама же Татьяна Шаймарзановна набралась мужества по самое некуда и с достоинством прошла весь обряд крещения. По выходе из храма она светилась как медный таз, и по лицу её было видно, что Батюшка ей понравился. Особенно ей понравилась его окладистая борода длиной ниже того места, о котором в церкви даже думать неприлично. Однако же, новоиспечённая христианка твёрдо была уверена в том, что к такой вот бороде должен прилагаться соответствующего размера посох. Не успела ещё покреститься, а в мыслях уже согрешила. Ну как тут быть?