Л. Шэн – Порочный ангел (страница 58)
И в это мгновение, лежа на старом грязном брезенте посреди леса в объятиях любимого парня, я наконец понимаю, что выживу, несмотря ни на что.
И что, возможно, этого будет достаточно.
Глава 25. Лев
Я сижу, уставившись на экран ноутбука и чувствуя, словно под кожей ползают змеи. Я весь дрожу, хотя на это нет причин. На мне толстовка, за окном градусов пятьсот, а во мне восемьдесят восемь килограммов чистой мускулатуры. И все же меня выворачивает наизнанку. Потому что я не могу заставить себя нажать на эту маленькую синюю кнопку. Ту самую, которая отправит мою заявку в Военно-воздушную академию.
Сегодня крайний срок подачи. Мой последний шанс. Я все внимательно заполнил, загрузил всю нужную ерунду: результаты стандартизированного теста для поступления, свои оценки, резюме – осталось только нажать кнопку отправки. Так почему же я не могу?
Именно вчерашняя ночь с Бейли придала мне сил, чтобы хотя бы
– Ты должен это сделать, – поощряет женский голос у меня за спиной, и я едва не подпрыгиваю до потолка. Я сижу на кухне. Папа у дяди Вишеса, поэтому я решил, что смогу несколько часов побыть один. Конечно, Дикси здесь. Она всегда здесь, на блюдечке с голубой каемочкой, на случай, если папа передумает и захочет, чтобы ему отсосали.
Ну ладно. Это несправедливо. Дикси хороший человек. Просто хочу, чтобы она положила конец недавно наметившейся тенденции совать нос в мои дела.
Я сворачиваю окно браузера и бросаю на нее косой взгляд.
– Понятия не имею, о чем ты.
– О крайнем сроке подачи. – Она достает из сумочки бальзам для губ в форме яйца и проводит им по губам. – Он ведь скоро?
– Сегодня, – ворчу я. Думаю, она уже видела сайт. Нечего теперь увиливать.
– Ты упустишь возможность, если не подашь сейчас. – Капитан Очевидность несется от двери к кухонному столу, и тут я замечаю, что у нее в руке держатель с двумя стаканами кофе из той невероятной пекарни неподалеку. Она пододвигает один ко мне через стол. – Ристретто, два кубика сахара, молока и сливок пополам. Я все правильно запомнила?
– Да. – Я подношу стакан к губам и отпиваю, с подозрением на нее глядя. Откуда она знает, какой кофе я предпочитаю?
– У тебя в кабинете есть жуткая стена с отпечатками моих пальцев, образцами слюны и записями с камер видеонаблюдения за мной? – Я прищуриваюсь.
Дикси мотает головой.
– Нет, нет. – А затем добавляет: – Я все храню дома. Я же не дилетант.
Я выдавливаю смешок.
– Ты брат Найта, а тот, кто важен для него, важен и для меня, – объясняет она.
– Вижу, мы подошли к слащавой части твоего визита. – Я откидываюсь на спинку стула. Мне правда пора прекращать вести себя с ней как придурок. Не ее проблема, что беспокойство за лучшую подругу пробудило во мне комплексы, вызванные тем, что я остался без матери.
– Я быстро. – Дикси с лучезарной улыбкой барабанит бордовыми ногтями по столу. – Как я уже сказала, ты должен подать документы. Твой отец поймет.
– Да черта с два, – фыркаю я. – Ты сама его слышала. Он сказал…
– Кого волнует, что он сказал? – перебивает она, удивляя меня до чертиков.
– Хм… тебя? – ухмыляюсь я.
– Это твоя жизнь, а не его. Тебе потом жить с последствиями. Уж поверь мне, бремя твоих решений всегда будет ложиться на твои плечи и больше ни на чьи. Я отказалась от сына, и теперь меня каждый день преследует боль от упущенных совместных мгновений.
– В последнее время дело не только в папе и Найте. – Я облизываю губы. Как же приятно с кем-то об этом поговорить. Дикси изучает меня взглядом, опустив подбородок. Она источает сдержанную сексуальность. Правда не понимаю, что с папой не так.
– Скажи мне, в чем, – просит она.
– Во-первых, в Бейли. Я должен за ней приглядывать. Пока она не ляжет в реабилитационную клинику, я не могу просто взять и уехать, зная, что она все еще принимает наркотики.
– Помощь другому человеку – даже тому, кого любишь сильнее всех на свете, – никогда не должна обходиться ценой собственной жизни, – просто говорит она. – Если ты подумываешь разрушить собственные мечты, лишь бы она смогла осуществить свою, значит, ты движешься в неверном для вас обоих направлении. Если бы Бейли правда была готова принять помощь, я знаю, что ей бы ее оказали.
Все, что она говорит, вполне логично, но Дикси не знает всей картины. Бейли пошла на такие же жертвы ради меня, когда я нуждался в ней больше всего.
– Я беспокоюсь, что кто-то сорвет все ее усилия. Кто-то вроде… – Я делаю щедрый глоток кофе. – Талии.
– Зачем ей это делать? – Дикси корчит гримасу.
– Она вроде как пригрозила, что сделает это, если я с ней расстанусь. Не уверен, какова тут конечная цель.
Воцаряется тишина. Слышно только биение моего сердца, пока эта хреновина пытается прорваться сквозь грудную клетку и кожу, чтобы сбежать в страну, в которой не действует экстрадиция, и там создать себе новую личность.
Дикси неторопливо кивает.
– Я прекрасно понимаю, почему Талия не хочет с тобой расставаться. Ты слишком выгодная партия, которую нельзя упускать. Но вернемся к первоначальной теме. – Она наклоняется над столом, постукивая пальцем по краю экрана ноутбука. – Ты назвал только возможные проблемы. Не реальные препятствия. Сейчас или никогда. Прими решение сейчас или сожалей об этом вечно.
Я безучастно смотрю на нее.
– Прекращай говорить цитатами из какого-то поганого фильма Hallmark.
– Ничего не могу с собой поделать. Их фильмы – настоящее спасение. Особенно праздничные. – Ее смех окутывает комнату, словно теплый луч солнца. Дикси встает. – Если нужно будет поговорить, ты знаешь, где меня найти. Пойду за ключами от отцовской «Феррари» 1964 года.
– Что-что? – ворчу я.
Я пытался подобраться к этой малышке с тех пор, как получил водительские права.
Дикси пожимает плечами.
– Он сказал, что я могу одолжить ее для открытого показа дома, который выставлен за тридцать миллионов долларов. Там гараж на крыше. Будет очень эффектно смотреться.
– Он разрешил тебе одолжить
– Не знал, что он такой подкаблучник. – Я смеюсь себе под нос.
– Все вовсе не так. – Дикси становится красная, как свекла. Даже дотрагивается до пылающей щеки, подавляя улыбку.
– Иначе и быть не может. Он не разрешает мне даже вытереть пыль в салоне. Фифи для него священна.
– Он просто хочет, чтобы я продала дом и получила комиссионные. Я уже присмотрела себе жилье и могла бы использовать бонус для первоначального взноса.
– Почему не попросишь у него взаймы? – хмурюсь я.
Ее лицо мрачнеет.
– Я ни за что этого не сделаю. Хватит и того, что я провожу с вами отпуска, летаю на частных самолетах и бываю в шикарных особняках.
Она слишком скромная себе на беду. Дикси делает кучу всего ради этой семьи. Она не какая-то иждивенка.
Я встаю и беру ключи от машины.
– Ладно. Я съезжу к Талии. Может, если застану ее врасплох, то смогу донести до нее, что меня нельзя шантажировать.
– Как романтично, – воркует Дикси. – Эй, ты так и не нажал на кнопку для подачи заявки!
Я делаю вид, что не слышу ее, и выхожу из дома.
Мое будущее может подождать. Я должен быть в настоящем ради Бейли.
* * *
– Просыпайся, соня. Ты сегодня долго спал. – Папа ставит поднос с завтраком на мою тумбочку. Я тру глаза кулаками. – Мне показалось, у тебя вчера был нездоровый вид, поэтому я не стал тебя будить, хотя сегодня утром была тренировка.
– Спасибо, – хрипло отвечаю я.
Папа топчется возле двери, поглядывая на меня через плечо, будто хочет что-то сказать.