Л. Эндрюс – Проклятие теней и шипов (страница 14)
Гурст явно остался недоволен, но не ему было спорить со славной традицией выставлять невесту на торги, как особо ценную побрякушку в коллекции королевской семьи.
– Конечно. Уверяю вас, моя девочка, я добьюсь встречи с вами при первой же возможности.
Пожалуйста, пожалуйста, боги, пусть он не добьется.
Как только Гурст вкатился в свою карету, мои плечи поникли, но Руне я улыбнулась:
– Я готова расцеловать тебя, сестричка.
– Не за что, – отмахнулась она и ехидно добавила: – Я его выставила только ради себя самой. Если герр Грей выберет для тебя такую гнилушку, мне придется отстранить вас от двора – я этому Гурсту и шагу не позволю ступить в Воронов Пик.
Пока Гурст распинался о своем имении, деревья окутали сумерки, и Руна оставила меня на попечение служанок – готовиться ко сну. Наконец-то у меня появилась возможность поговорить с Сив. Я украдкой посмотрела на домик Легиона и помрачнела: за окнами было темно и, очевидно, пусто. Мне ужасно не нравилось беспокойство, свернувшееся ежом где-то внутри, тогда как умом я все еще злилась на него.
– Небеса и Преисподние, – выругалась Мэви, закрыв дверь в мои покои. – Я думала, он никогда не уйдет.
– Тебе еще повезло, – проворчала Сив. – Я вообще стояла с подветренной стороны.
– Вам обеим повезло. А мне пришлось пережить поцелуй в щеку. В щеку!
Меня до сих пор передергивало, как будто под кожу заползло полчище мерзких тварей. Мэви рассмеялась, откидывая меха на моей кровати.
– Не забудь сообщить герру Грею, когда он вернется, что Гурст тебе не подходит.
Я глянула на Сив, пытаясь угадать ее реакцию на упоминание Легиона. Может, мне показалось, потому что я так всматривалась, но я готова была поспорить, что видела, как она вздрогнула.
– Интересно, это он после вчерашнего слег? – Мэви зажгла ночник возле кровати.
– Не думаю, – преувеличенно бодро ответила я. – Мне иногда кажется, что Легион не тот, за кого себя выдает. Он что-то скрывает.
Мэви нахмурилась, но не стала спорить.
– Пойду приготовлю ванну. Надо смыть с тебя этот день.
– Читаешь мысли.
На самом деле я просто хотела поговорить с Сив наедине. Когда Мэви скрылась за дверью, я немедленно воспользовалась моментом и в несколько шагов сократила расстояние между нами.
– Сив, я видела, как вы с Легионом разговаривали прошлой ночью. Он угрожал тебе? Что случилось?
– Ты видела… – Ее глаза расширились, но она покачала головой и сделала вид, что очень занята подушками на моей кровати. – Нет, ты не так поняла. Ничего не случилось. И он мне не угрожал.
– Но я видела твое лицо. И они достали оружие. Если он причинил тебе хоть какой-то вред, клянусь, я…
– Элиза, нет, – резко сказала она, разворачиваясь ко мне. – Просто он заподозрил меня кое в чем, вот и все.
– В чем?
– Сказал, что я слишком хорошо сражаюсь для крепостной. Забеспокоился, что мы с тобой так близки. Как только он понял, что ошибся, мы… ну, оставили все как есть.
– Так ты рассказала ему, как научилась сражаться.
Я поджала губы. В душе распускался бутон ревности – о своем прошлом Сив не рассказывала никому. Сив наклонила голову и вздохнула.
– Невелика история. Меня научил отец в детстве, еще до того, как я стала крепостной.
Какая-то мысль крутилась в голове, не давая мне покоя. Меня одолевало чувство, будто я не замечаю чего-то прямо перед глазами. Но Сив не стала бы лгать. Среди купцов Легион Грей, может, и имел вес, но я все еще была Квинной. Тем более в его отсутствие, когда можно было повесить на него какое угодно обвинение и не пускать больше на порог. Лисандеры не терпят людей, которые плохо обращаются с их крепостными. Она не стала бы лгать. Я должна была ей поверить. Если я не доверяла ей и Мэви с Маттисом, то не доверяла никому.
– Дай мне слово, что ты в порядке.
– Клянусь, – Сив слегка сжала мою руку. – Легион Грей… неопасен.
Позже, когда Мэви и Сив ушли спать, а я осталась обдумывать наш разговор, внутри у меня что-то непрерывно ныло. Я вспоминала, как напряглась Сив, как страх промелькнул в ее глазах. Как она процедила сквозь зубы слово «неопасен».
Легион тревожил мои мысли до глубокой ночи. Он был одновременно высокомерен и вежлив, заносчив и скромен. Похоже, я так отчаянно нуждалась в общении за пределами своего узкого круга друзей, что наивно верила любому, кто казался чуть лучше остальных.
Но мысль о том, что именно Легиону доверять нельзя, вводила меня в ступор. Она камнем лежала у меня на душе, пока голова не перестала соображать и я не провалилась в сон.
Не прошло и нескольких часов, как меня грубо растолкали. Когда глаза привыкли к темноте, я разглядела склонившуюся надо мной Мэви. Ее широко раскрытые глаза были полны ужаса.
– Элиза, проснись. Скорее. Надо спешить!
– Что случилось? – я откинула с ног одеяло из лисьего меха.
– Шшш, – Мэви поднесла палец к губам и замерла.
Кровь стучала в висках. Где-то вдалеке тишину ночи разрывали голоса. Крики. Я бросилась к окну и похолодела.
Стражники мчались по холмам к границам наших владений, навстречу густым клубам черного дыма. Ночь сошлась с огнем в непримиримой битве, и израненное полуночное небо полыхало кроваво-красными отблесками. Крепостные с криками бежали по саду и ныряли в подвальные люки главного дома. За ними будто гналась сама смерть.
– Мэви, – выдохнула я. – Что происходит?
Мэви со слезами на глазах сминала в кулаках полы своей рваной ночной рубашки.
– Подпольщики… Они в Нижнем Мелланстраде, повсюду. Люди говорят, они идут сюда!
– Что?
– Элиза, кто-то… кто-то из крепостных видел в лесу человека в красной маске…
Только не это. Земля чуть не ушла из-под ног.
– Кровавый Рэйф?
Мэви молча подобрала плащ, который я так и оставила лежать на полу кучкой ткани.
– Мы отведем тебя в подвалы. Если кто-то проникнет за ворота, ты будешь в безопасности.
Мысли о встрече с моим кошмаром разом поблекли. К горлу подступила паника совсем другого рода.
– Подвалы? Нет! Мы должны остаться и помочь.
– Элиза, – воззвала Мэви. – Ты Квинна.
– Точно, – прищурилась я, доставая из-под кровати деревянный сундук. – Представляешь, я тоже из мяса и костей, как и все остальные.
Мэви всплеснула руками, а я отвернулась к сундуку с оружием и приподняла крышку. Мать вопила бы на самых высоких нотах, если бы узнала. Ее драгоценная Руна уж точно и простого ножика в руках не держала, но я-то не позволила бы перерезать себе горло, не пустив своему убийце хоть немного крови.
Пока я надевала на плечо небольшой лук и отсчитывала пять тяжелых стрел, дверь распахнулась, и на пороге появилась Сив.
– Почему ты все еще здесь? – огрызнулась она. – Подвал скоро закроют – думаешь, твоя мать будет тебя дожидаться?
– Именно – не будет. Зачем прятаться, если всем плевать? Я лучше сделаю что-то полезное для тех, кто прятаться не может. Я иду в старую часовню. Там на колокольне самый лучший обзор на нижние кварталы.
– Элиза, – предупреждающе начала Мэви.
– Останьтесь здесь, – предложила я. – Спрячьтесь и не выходите, пока не убедитесь, что все успокоилось.
– Конечно, – скривилась Сив. – Только посмей еще раз приказать мне остаться в стороне, Квинна.
– Ладно, – я подавила ухмылку. – Мы будем стрелять. Возьми лук, Сивери. – Я приглашающим жестом указала на свою импровизированную оружейную, глядя на дрожащую Мэви. – Мэвс? Сосредоточься.
– Я-я-я иду с тобой, – покачала она головой.
Времени на споры не оставалось. Наши судьбы зависели только от нас. Я коротко кивнула, вручила ей нож, и мы вышли в коридор. Наши с Сив луки и короткий клинок Мэви против чудовища, способного покромсать нас троих с одного маху.
В доме стояла беспокойная тишина. Тусклый свет не омрачали тени, а тихие спальни – звуки, но опасность кружила по коридорам, и казалось, что за каждым углом прячется убийца с ножом.
На нижнем этаже отцовские стражники вытянулись возле окон и дверей. Другие плотным строем двигались к воротам. Их грудь перетягивали полоски черной кожи, к которым крепились ножны для кинжалов и топоров. На шлемах некоторые из них носили головы убитых оленей или медведей. Как воины моего прадеда – короля Элизея.