Л. Эндрюс – Король Вечности (страница 55)
– Таков порядок вещей. Если Король Вечности бессилен, значит, у повелителя больше ничего нет.
Взглянув на пустой трон, я прониклась сочувствием к Бладсингеру. Ему пришлось в одиночку нести бремя правления своим королевством и драться за то, чтобы не прогнуться под чужими неодобрительными взглядами.
Он практически лишен права иметь… кого-либо.
У Эрика могли быть любовницы, которые подарили бы ему наследника, чтобы разделить тяготы целого мира, но мог ли король отдать кому-нибудь свое сердце? Потаенные страхи или душевные невзгоды? И чем больше я узнавала об отношении приближенных к королю, тем сильнее ненавидела их.
После произошедшего Селин не давала мне подходить к тронному залу, вместо этого показывая балконы, многочисленные коридоры и неухоженные сады.
Сады были разбиты на террасы, расположившиеся на четырех этажах. На некоторых площадках находились беседки, окруженные цветущей крапивой. На других росли травы и колючие плоды. Верхний этаж за пределами покоев Эрика был окружен каменными стенами, единственными воротами, ведущими на нижние террасы, и зарос сплошными кустарниками и странными деревьями, похожими на ивы, с голубыми листьями, которые, казалось, светились при лунном свете.
Меня больше привлек уютный сад на нижнем этаже, разбитый неподалеку от личной королевской бухты.
Прогуливаясь среди диковинных папоротников, пахнущих мятой, и деревьев, на которых росли странные сливы с желтой кожицей, я наслаждалась медленным, мягким плеском волн.
Селин прошла почти двадцать шагов впереди меня, прежде чем заметила, что я остановилась и опустилась на колени перед диким кустом с атласными черными листьями.
– Ты ведь любишь почву, верно? – Она захихикала.
– Я думала, что все в Королевстве Вечности находится под водой. Поэтому удивительно видеть так много… земли.
– Мой даж всегда объяснял мне, что различные королевства фейри – это две стороны монеты. Любую из сторон можно подбросить вверх.
Как только я обнаружила сады, то стала проводить в них большую часть времени. Магия ярости горела диким огнем, отчаянно желая соединиться с этой новой землей, с этой неизвестной почвой. Учитывая, что король постоянно был занят, я не знала, как получить разрешение, да и, откровенно говоря, даже не стремилась его просить.
Моя кровь раскалялась, пока я обнимала увядшие цветки, заставляя их вспыхивать яркими красками и источать сладкие молочные ароматы.
Я покорила разросшиеся, хаотично свисающие лианы. Магия связывалась с самыми глубокими слоями почвы и неприхотливыми растениями. Мой отец повелевал земле разрушаться и искривляться, а я приказывала ей жить. Это было что-то вроде передачи энергий. В обмен на магию земля предлагала мне свою живительную силу, давая тем самым возможность использовать хаос как можно дольше.
Целыми днями, проведенными в террасных садах, Селин сидела со мной и болтала о жизни на корабле, пока я работала. Вскоре я уже громко смеялась с ней, как когда-то с Мирой. Даже рассказала ей об Алексии как новом офицере Рэйфа, о Сандере, склонном к постоянному обучению, о Джонасе и его ревнивых женщинах.
– Однажды одна из его подружек узнала, что он провел ночь с другой, – начала я. – Она проникла в спальню к этой девушке и отстригла ей волосы. Затем, воспользовавшись знакомством с дворцом его семьи, она пробралась в покои Джонаса и оставила волосы на его подушке. Прямо посреди ночи. Я никогда не видела этого человека настолько тихим и бледным.
Я усмехнулась и дотронулась до хрупкой лозы с розовыми лепестками, похожими на безмятежный рассвет.
Селин протянула мне совок с землей.
– Как ее казнили?
– О, ее не казнили, просто запретили появляться во дворце. Думаю, мать и отец Джонаса потешались над этим два дня. Жаль бедную девушку, но наша мастерица эликсиров, или мастерица зельеварения, смогла приготовить отвар. Волосы быстро отросли и стали еще гуще, чем прежде.
Селин бросила на меня скептический взгляд.
– Женщина напугала королевского принца и осталась жива?
– Она не представляла никакой угрозы, и Джонас сам на нее нарвался. Мы не ходим по округе и не убиваем людей, Селин. – Я сделала паузу, чтобы смахнуть выступивший пот со лба. – Тебе рассказывали о нас эти бредни? Что мы убиваем всех подряд?
Она задумалась на один вдох.
– Я родилась во время вражды между нашими мирами. Когда еще был жив лорд Харальд, он не давал нам забыть, как фейри из других земель расправились с Королем Вечности и пытали наследника. Каждую четверть луны мы устраивали так называемые кровавые пиры, и он повторял эти истории, разжигая в нас ненависть. Он выводил Эрика и… – Селин прервала фразу и покачала головой.
– Что? – Я смахнула землю с ладоней и встала перед ней в полный рост. – Что он делал?
– Он раздевал меня и заставлял людей смотреть на истерзанную кожу, любовь моя.
От раздавшегося неожиданно голоса я подпрыгнула, а Селин вздрогнула и закрыла глаза. В десяти шагах Эрик прислонился к арочной беседке, уставившись на нас.
Сердцебиение участилось, и далеко не от внезапности. Эрик обвязал голову платком, в ухе у него сверкало черное кольцо, а верхняя рубашка была расстегнута, открывая слишком широкую грудь.
Стоявший рядом с ним Ларссон подмигнул мне, а Тэйт не сводил глаз с земли. Его отцом был Харальд, мерзавец, принесший войну к нашим берегам. Эрик мог быть королем в то время, но он был еще юн, и, судя по всему, попал под власть мстительного дяди.
Черт побери, я не знала, что ответить, и просто таращилась, как дура, не в силах осознать всю чудовищность происходящего.
Король окинул взором сад. Он был исцелен лишь наполовину, но стал более ухоженным и здоровым. Кустарники выстроились аккуратными рядами, заросли сорняков и крапивы исчезли, а на их месте появились клумбы и пышные цветущие кусты.
– Ты проделала все это в одиночку? – спросил Эрик.
– Селин была со мной.
Она подняла руки.
– Я и пальцем не пошевелила, мой король.
– Сады выглядят почти так же, как когда-то.
– Почему ты пренебрегаешь ими? – спросила я, пожалев, что слова слетели с языка.
– Они не мои, – произнес Эрик ровным голосом. – Они принадлежали моей матери. Пойдем со мной, дорогая.
Я бросила быстрый взгляд на Селин, но она уже отдалилась на некоторое расстояние вместе с Тэйтом и Ларссоном.
Мы медленно прошли пару шагов сквозь цветущие кусты и замолчали на несколько вдохов.
– Ты избегаешь меня, – прервала я гнетущую тишину.
– Избегаю? Вовсе нет.
– Ну, разумеется, как глупо с моей стороны. – Я хрустнула тремя костяшками пальцев. – Мне не пришлось ужинать или спать в одиночестве только потому, что Селин и Алистер, которые, к твоему сведению, очень меня полюбили, –
– Я в этом не сомневался.
– Ты избегаешь меня.
– Думал, ты оценишь, что можешь поступать по своему усмотрению, без короля, дышащего тебе в затылок. – Эрик остановился и наклонил лицо ближе. – Но если ты скучаешь, я изменю свое решение.
Я сделала шаг назад, испытывая раздражение и легкий жар.
– Я прекрасно справляюсь сама.
Эрик довольно ухмыльнулся.
– Прекрасно. Но мне нужно поговорить с тобой кое о чем. О твоей магии, я хочу понять ее. Даже те стороны, о которых, по словам Нарзы, ты боишься рассказывать.
– Я… Я не боюсь.
Он коснулся рукой затылка и поджал губы.
– Узы, любимая. Я вижу, что есть вещи, которые тебя пугают, и я хочу увидеть их темные стороны. – Он посмотрел на пышущий жизнью сад. – По мне, он довольно яркий, но ты упоминала, что видишь пугающие вещи. Я хочу разобраться, чтобы лучше защитить тебя.
Учащенное дыхание сдавливало грудь, словно в нее попал клубок завязанных лент.
– Защитить от чего?
– Ты проявила себя как могущественная земная фейри, стала источником силы для трона, и эта способность привлекает всевозможные извращенные умы. Тот ублюдок, которого мы убили в Шонделле? Там есть еще пираты, подобные ему. Я видел, как ты сражаешься…
– И ты насмехался надо мной.
– Сьюэлл сказал мне, что у тебя улучшилась координация движений, так что я полагаю, ты имеешь в виду мою помощь. – Рука Эрика легла на мою щеку. – Я не буду утаивать от тебя опасность, не тогда, когда ты заслуживаешь ее услышать.
Бладсингер не относился ко мне как к хрупкому куску стекла, он велел дышать и принимать все хорошее наравне с плохим. Эрик позволил узнать страшную правду, смириться с ней и найти способ жить дальше, а не испытывать постоянный страх.
Лишь спустя мгновение пристальный взгляд и тепло его ладони помогли обрести опору и устоять на ногах, не позволяя нарастающему напряжению завязаться в тугой узел, а мысли о мрачных тайнах не заползли обратно в щели и трещины моего сознания.
– Люди всегда скрывают от меня темные истины, – прошептала я.
– Такого я себе позволить не могу. Только не в Королевстве Вечности. Ты будешь в большей безопасности, зная, какому риску подвергаешься, Певчая птичка. Точно так же разумнее, если я буду знать, на что ты способна. Я не смогу защитить тебя, если ты продолжишь что-то скрывать.