Квентин Тарантино – Киноспекуляции (страница 58)

Версию «Мелник меня заставил» не поддерживает исполнительный продюсер фильма Джон Милиус. Через три года после выхода «Хардкора» в прокат я спросил Милиуса об этом фильме. Он описал его в таких словах: «Прекрасный сценарий превратился в паршивый фильм». И всю вину возложил на режиссуру Шредера. Когда я спросил Милиуса, почему тогда Шредер ссылается на решения студии, Большой Джон ответил: «Никто его не заставлял ничего менять, он все сделал как хотел».

Тогда я поверил Милиусу. Но сегодня я верю Шредеру. Да, я верю в то, что студийный босс вынудил его превратить «прекрасный сценарий» в «паршивый фильм».

Но я считаю, что Шредер все равно виноват.

Он виноват в том, что использует типичную трусливую отмазку режиссеров, пытающихся прикрыть свой провал словами «студия заставила».

Как будто нельзя было отказаться.

Но тогда бы не было фильма.

Ну и ладно.

Кому понравится тратить три месяца жизни на испорченную версию своего фильма? А потом всю оставшуюся жизнь оправдываться или биться в корчах при каждом просмотре, как Шредер в своем режиссерском комментарии?

Когда я добрался до Шредера, я сразу предупредил его, что первая половина фильма мне нравится, но, что касается второй, тут я очень строг и к ней, и к нему.

Он написал в ответ: «Вряд ли вы можете быть строже, чем я сам».

Дом смеха [116]

(The Funhouse, 1981, реж. Тоуб Хупер)

Знойным душным техасским летом 1973-го, за четыре недели, на смешные деньги, с группой из местных техасцев, режиссер Тоуб Хупер заморочился и снял один из лучших фильмов на свете – «Техасскую резню бензопилой».

Я до сих пор считаю «Техасскую резню бензопилой» одним из самых совершенных фильмов в истории кино. Совершенных фильмов очень мало. И это нормально, потому что в искусстве кинематографа совершенство не может быть самоцелью. И все-таки, когда оно достигается (зачастую случайно), это большое событие.

Мне не удалось увидеть «ТРБ» во время первого проката в 1974 году. Тогда я еще не мог ходить на такие фильмы без сопровождения взрослых. Дело не в том, что мама запретила мне смотреть этот фильм. Просто она не хотела идти на нечто под названием «Техасская резня бензопилой». (Она не ходила и на матчи по рестлингу, так что я не видел ни Джимми «Суперфлая» Снуку, ни Бобби Кэша.) Я посмотрел фильм два года спустя, когда New Line Cinema купила на него права и выпустила в повторный прокат двойным сеансом с потрясающим итальянским джалло Серджо Мартино под названием «Торсо».

Но сейчас я хочу не погружаться в бесконечный разбор совершенства «ТРБ», а обсудить следующие работы мистера Хупера. «ТРБ» была штукой настолько уникальной, что он при всем желании не мог бы удержаться на таком уровне.

Неудивительно, что следующий фильм Хупера, «Съеденные заживо» (с участием Невилла Брэнда и голодного крокодила), поначалу сочли разочарованием. Но в 1980-е, когда многие увидели его на видеокассетах, репутация фильма среди поклонников жанра начала расти. Конечно, это не «Техасская резня бензопилой», но как дешевая пугалка фильм вполне эффективен. Действие по большей части происходит в одной локации – хилом отеле на краю болота. И Хупер великолепно использует эту копеечную декорацию. Невероятно ржачный Невилл Брэнд играет отмороженного маньяка Джадда, владельца отеля «Старлайт». Главная местная достопримечательность – огромный крокодил, которым Джадд пугает туристов. Однако больше всего хозяин любит убивать своих гостей, особенно сексуальных девушек (хотя что они забыли на этой помойке – на такой коварный вопрос фильм ответа не дает), а потом скармливать крокодилу их тела. Напряжение нарастает, когда в отеле останавливается странная супружеская пара с семилетней дочерью (Мэрилин Бёрнс из «Техасской резни» и Уильям Финли из «Сестер» и «Призрака рая» выдают безумные роли, которые неплохо бы смотрелись в фильме Джона Уотерса). В конце концов крокодил съедает отца девочки и собаку, Джадд ловит и пытает мать. Девочке удается сбежать, бешеный псих Джадд гонится за ней, чтобы в результате упокоиться навек в крокодильем брюхе.

В фильме привлекательно сочетаются по-настоящему жуткая, ядовитая атмосфера, сексуальная низкопробность, из-за которой фильм напоминает садистское порно начала 1970-х, и восхитительно вычурные работы знакомых потрепанных актеров с одутловатыми лицами.

Поклонники актрисы Кэролин Джонс (одной из самых крутых киногероинь 1950-х) будут поражены тем, как плохо она выглядит в этой картине. Однако в роли хозяйки местного борделя она удивительно точна и убедительна.

Роберта Коллинз, одна из моих любимых старлеток студии New World Pictures («Дом большой куклы», «Страсть за решеткой», Матильда-Гунн из «Смертельных гонок 2000»), на удивление серьезно играет проститутку, работающую на Джонс, и первую жертву Джадда. (Это самая удачная часть фильма.)

Ну и огромный, молодой, дерзкий Роберт Инглунд тут совершенно обалденен.

В отличие от «Калейдоскопа ужасов» Джорджа Ромеро и сериала «Байки из склепа», которые изо всех сил имитировали эстетику журнала EC Horror Comics, поделка Хупера воспроизводит злой юмор и веселую тошнотность этого журнала, даже особенно не стараясь.

Я увидел «Съеденных заживо» еще раньше, чем «Техасскую резню бензопилой»: в ту неделю, когда фильм крутили в Лос-Анджелесе (конечно же, в кинотеатре «Карсон Твин»), двойным сеансом с отпадной документалкой об оккультизме «Путешествие по ту сторону» с закадровым текстом Джона Кэррадайна. В фильме содержались якобы настоящие съемки экзорцизма (я не поверил, но смотрелось это весьма неплохо). Из рекламного объявления в газете я знал, что фильм о крокодиле снял тот же парень, что и «Техасскую резню бензопилой».

В тот день я пошел в кино с тридцатисемилетним типом, снимавшим комнату в доме моей мамы. Его звали Флойд*.

Нам с Флойдом понравились «Съеденные заживо».

Не потому, что это был хороший фильм. По нашему общему мнению, он был неплох для дешевого хоррора. В нем было несколько удачных моментов. Нам понравились актеры. Понравилась низкопробность. Особенно понравилась пугалка в стиле «Челюстей»: когда крокодил внезапно пробивает ограду и хватает Уильяма Финли. Но больше всего нам понравился Роберт Инглунд в роли похабщика и трахаря по имени Бак.

Фильм начинается прямо с места в карьер: мы видим бывалую Роберту Коллинз и Бака, расстегивающего джинсы, и голос Инглунда произносит за кадром: «Меня зовут Бак, и я король ебак».

Флойд повернулся ко мне в недоумении и спросил: «Что он сказал?»

Я повторил: «Меня зовут Бак, и я король ебак».

На этих моих словах Флойд расхохотался. А когда Флойд смеялся, невозможно было удержаться от смеха. Мы стали хохотать вместе. Не помню, когда я еще так долго смеялся в кино. Когда Бак повернул Роберту Коллинз, чтобы засадить ей сзади, мы расхохотались снова. Минут 20 (всю самую серьезную часть фильма) мы не могли остановиться. Как только один из нас прекращал смеяться и пытался взять себя в руки – скручивало другого, и мы катались со смеху еще минуты четыре.

Гаэль Гарсиа Берналь рассказывал мне, что такое же произошло с ним и Диего Луной на премьере «Однажды… в Голливуде» на Каннском кинофестивале – на той сцене, когда Брэд Питт говорит: «Не плачь перед мексиканцами».

Они смеялись так громко и так долго, что девушка Гаэля разозлилась.

В обычном кинотеатре зрители тоже, скорее всего, зашипели бы на нас с Флойдом. Но в полупустых грайндхаусах царила особая атмосфера равнодушия и апатии (в отличие от тех дней, когда туда набивался народ на хорошие боевики, – тогда все было ровно наоборот).

В конце концов мы успокоились и продолжили смотреть фильм. И с нетерпением ждали, когда снова появится Бак. Он появился минут 40 спустя. Как только мы увидели лицо Роберта Инглунда, мы снова начали ржать. Мы даже не придуривались, просто не могли остановиться. В общем, нам понравился не столько сам фильм, сколько процесс его смотрения. Всю дорогу домой мы хохотали, вспоминая реплику Бака.

Все это было еще за годы до «Кошмара на улице Вязов», но вскоре я стал замечать Роберта Инглунда в других фильмах: «Звезда родилась», «Большая среда» – и «Братья по крови» Роберта Маллигана (моя любимая из его ролей после «Съеденных заживо»).

Каждый раз я говорил Флойду: «Прикинь, я снова видел Бака!» (Флойд не мог запомнить его настоящее имя и называл его Баком.)

Стоит ли говорить, что у меня остались очень теплые воспоминания об этом просмотре «Съеденных заживо» в Лос-Анджелесе в 1976 году.

Потом Тоуб Хупер снял двухсерийную телеэкранизацию «Салемова удела» Стивена Кинга, которая получила восторженную критику, почти невиданную для телефильмов. Джудит Крист в TV Guide была вне себя от восторга, а телекритик Los Angeles Times написал, что это одна из лучших вампирских историй всех времен!

Я пропустил фильм во время первого показа, потому что в это время играл в спектакле (это было за целых пять лет до того, как у меня появился видеомагнитофон). Зато я прочитал не только эти рецензии, но и подробный обзор фильма в главном журнале для любителей хоррора – «Фангория».

На страницах этого журнала Джордж Ромеро сказал, что «Салемов удел» – его любимая экранизация Кинга. Он добавил: «Да, „Кэрри“ была хороша, но все же не так хороша, как книга». (Тут я не согласен. И сам Кинг тоже не согласен.) Актриса Мэри Уиндзор заявила, что Хупер – лучший из молодых режиссеров, с которыми она работала после Кубрика (она снималась у него в «Большом куше»). Она назвала его «Новым Стэнли».