Квант М. – Город на орбите (страница 2)
Путешествие через «Зодиак» всегда немного сбивало с толку. Из-за вращения города и сложной системы гравитационных компенсаторов не было ощущения движения в традиционном смысле. Поезд скользил по магнитному рельсу внутри прозрачного тоннеля, идущего вдоль внутреннего обода. За окном мелькали панорамы секторов: здесь – парковая зона с искусственными озерами и деревьями с биомодифицированными листьями, светящимися мягким голубым светом; там – промышленный кластер, где манипуляторы размером с многоэтажный дом собирали какие-то сложные компоненты в полной тишине; дальше – жилые массивы, террасы домов, утопающие в зелени вертикальных садов.
Сектор Стрельца был одним из престижных. Здесь жили топ-менеджеры, ведущие ученые, звезды развлечений, чье присутствие на орбите повышало статус всего предприятия. Кластер «Вершина» был его элитным ядром – комплекс апартаментов и приватных лабораторий, вмонтированных во внешнюю оболочку сектора. Из окон открывался не «внутренний» вид на другие сектора, а прямой, ничем не заслоненный вид на космос и планету внизу.
Лаборатория Лебедева занимала весь верхний уровень одной из таких «игл» – узких шпилей, выступающих за основное кольцо города. Лифт поднял их в полной тишине. Когда двери открылись, их встретили двое охранников «ОрбиСферы» в черной униформе и с импульсными винтовками нелетального действия на ремнях. Они кивнули Алисе, проигнорировав Элиаса.
Периметр был установлен перед массивной дверью из матированного черного металла. На ней не было ни идентификатора, ни панели управления – лишь гладкая, непроницаемая поверхность.
«Как войти?» – спросил Элиас.
«Биометрический ключ доктора Лебедева,» – ответила Алиса. – «Или мой экстренный доступ уровня «Омега». Но он оставил протокол. При попытке входа с экстренным доступом все чувствительные данные в лаборатории будут стерты безвозвратно.»
«Значит, нам нужен его ключ. Которого у нас нет. Отлично.»
«Есть другой способ,» – сказала Алиса. Она подошла к стене рядом с дверью и провела пальцами по почти невидимой панели. Голографический интерфейс вспыхнул в воздухе. Она быстро ввела последовательность команд. – «Доктор Лебедев был параноиком, но также и прагматиком. Он установил скрытый протокол для… непредвиденных обстоятельств. Протокол требует двух ключей: одного от «ОрбиСферы» – это я, и одного от городской безопасности – это вы. Совместная авторизация. Он не доверял полностью ни нам, ни городу.»
Элиас удивился. «Умный парень. Давайте.»
Алиса приложила ладонь к сканеру, затем поднесла свой девайс. Элиас, следуя ее указаниям, сделал то же самое со своим комлоком. Система что-то считала, анализировала, и на мгновение в воздухе замерцала сложная, вращающаяся фигура из светящихся линий. Затем дверь бесшумно раздвинулась, раскрыв темноту.
Запах ударил по ним сразу. Не химический, не запах разложения – слава разуму. Это был запах страха. Озон, запах горячей электроники, сладковатый аромат сильного седативного газа и… что-то еще. Металлический, медный привкус, висящий в воздухе.
Свет зажегся автоматически, но не полностью. Лишь аварийные бра вдоль стен загорелись тусклым красноватым светом, отбрасывая длинные, дрожащие тени.
Лаборатория представляла собой просторное помещение, разделенное на зоны. В одной части стояли стойки с серверами, их индикаторы горели тревожным красным или вообще не светились. В центре комнаты располагался главный голографический проектор, сейчас неактивный. По периметру стояли рабочие столы, заваленные схемами, компонентами нейроинтерфейсов, чашками с застывшим кофе. На одном из столов валялся разобранный комлок, его внутренности аккуратно выложены, как органы на операционном столе.
Но самое странное было в дальнем конце лаборатории. Там, у стены, которая, судя по всему, была одним большим экраном, сейчас темным, стояло кресло, похожее на кресло пилота или оператора сложной системы. Оно было повернуто к ним спинкой.
Элиас почувствовал, как по спине пробежали мурашки. Он знакомым движением расстегнул кобуру у бедра, где находился компактный импульсный пистолет. Алиса тоже была настороже, ее девайс был теперь в руке, сканируя окружение.
Они медленно приблизились к креслу. Шаги гулко отдавались в тишине. Когда они обошли его, Элиас замер.
В кресле сидел человек. Вернее, то, что от него осталось. На человеке был простой серый комбинезон. Его голова была запрокинута назад, рот открыт в беззвучном крике. Но лица не было. Вернее, оно было, но словно размыто, стерто. Кожа на лице и на открытых участках рук выглядела странно – гладкой, восковой, абсолютно однородной, без пор, без морщин, без малейшей текстуры. Это было похоже на ужасно выполненную маску из силикона. Глаза были закрыты.
«Что, черт возьми…» – прошептал Элиас.
Алиса поднесла свой девайс к телу. «Жизненные признаки отсутствуют. Температура тела соответствует температуре в помещении. Трупное окоченение… необычное. Мышечные ткани аномально жесткие.» Она осторожно дотронулась до руки мертвеца. – «Кожа… это не кожа. Это какой-то полимер. Он покрывает все открытые участки. Как вторая кожа.»
«Это Лебедев?»
«Биометрическое сканирование невозможно. Эта… оболочка блокирует все сигналы. Но по телосложению, росту… похоже.» Она осмотрела кресло. – «На запястьях и лодыжках следы креплений. Его держали.»
Элиас огляделся. На полу, около кресла, он заметил странный рисунок. Не симметричный, не узор – скорее, брызги или потеки какого-то темного, почти черного вещества, давно засохшего. Оно было не похоже на кровь. Он наклонился, но не стал трогать.
«Смотри,» – сказала Алиса. Она указывала на главный проектор. На его корпусе, на уровне глаз сидящего человека, была небольшая, почти невидимая щель. – «Это нештатный модуль. Похоже на излучатель направленного действия.»
«Оружие?»
«Не в классическом смысле. Больше похоже на устройство для целенаправленной передачи данных. Или… воздействия на нервную систему.»
Элиас почувствовал тошноту. Это было не просто убийство. Это была какая-то процедура. Эксперимент. Наказание. Он не знал.
Его комлок завибрировал. Входящий вызов от Волкова. Он принял.
«Элиас, ты на месте?»
«Мы в лаборатории, майор. Лебедев… он здесь. Мертв. И это не похоже ни на что, что я видел раньше.»
Наступила пауза. «Опиши.»
Элиас коротко передал увиденное.
«Слушай внимательно,» – голос Волкова стал жестким, официальным. – «Только что поступил сигнал из архива городской безопасности. Автоматическая система сопоставления отметила сходство с непрофильным инцидентом трехмесячной давности. В Секторе Рыб. Исчезновение инженера-эколога, работавшего над системами рециркуляции атмосферы. Его нашли через неделю в техническом тоннеле. Состояние… частично совпадает с твоим описанием. «Восковая кожа» на лице и руках. Причина смерти тогда была определена как «острая нейрологическая недостаточность неясной этиологии». Дело было замято, списано на несчастный случай при контакте с токсичным реагентом.»
Ледяная рука сжала сердце Элиаса. Не одно исчезновение. Два. С промежутком в три месяца. И оба жертвы были не рядовыми гражданами. Оба работали с критическими системами города.
«Майор… это серия.»
«Да. И мы поняли это слишком поздно. Замкни периметр. Никого не впускай и не выпускай. Я поднимаю по тревоге спецотдел. И, Элиас…»
«Да?»
«Будь осторожен. Если кто-то охотится на тех, кто держит в руках системы «Зодиака», то твой новый напарник из «ОрбиСферы» может быть не только помощником. Она тоже может быть мишенью. Или… чем-то большим.»
Связь прервалась. Элиас медленно опустил руку. Он посмотрел на Алису, которая все еще сканировала кресло и странный излучатель. Ее профиль в тусклом красном свете был безмятежен, сосредоточен.
Он подошел к одному из рабочих столов, стараясь не смотреть на восковую фигуру в кресле. Среди бумаг его взгляд уловил что-то знакомое. Листок старой, аналоговой бумаги – редкая роскошь в цифровом городе. На нем была нарисована от руки схема, напоминающая пчелиные соты. В центре – стилизованное изображение мозга, опутанное сетью линий. И надпись, выведенная четким, почти печатным почерком: «СОН РАЗУМА РОЖДАЕТ ЧУДОВИЩ. НО КТО ВИДИТ СОН? ГОРОД ИЛИ МЫ?»
А ниже, уже другим, более неровным и торопливым почерком, словно добавленная в последний момент: «ОНИ УЖЕ ЗДЕСЬ. ОНИ НИКОГДА НЕ УХОДИЛИ. ОНИ ЖДУТ СВОЕГО ЧАСА. УЛЕЙ ПРОСЫПАЕТСЯ.»
Элиас поднял листок. Бумага была шершавой на ощупь, реальной в этом мире голограмм и симуляций.
«Что вы нашли?» – спросила Алиса, подходя.
Он показал ей записку. Ее глаза быстро пробежали по строчкам, и на секунду в них мелькнуло что-то, что Элиас не смог расшифровать. Не страх. Скорее… узнавание? Предчувствие?
«Это его почерк. Вторая часть… добавлена недавно. Возможно, в день исчезновения.» Она взглянула на Элиаса. – «Вы говорили с Волковым. Он сообщил что-то еще.»
Элиас колебался. Но она была частью расследования. И если Волков был прав, и она тоже в опасности… «Было еще одно дело. Три месяца назад. В Рыбах. Похожие обстоятельства.»
Лицо Алисы осталось невозмутимым, но ее пальцы чуть сильнее сжали девайс. «Я не знала.»
««ОрбиСфера» знала?»
«Не знаю. Возможно, нет. Или… возможно, информация была ограничена высшим руководством.» Она перевела взгляд на мертвого Лебедева. – «Он что-то обнаружил. Что-то, связанное с проектом «Улей». И это «что-то» его убило. И, возможно, убило того инженера в Рыбах.»