Квант М. – Город на орбите (страница 3)
«Или «что-то» – это «кто-то»,» – мрачно добавил Элиас. – «Кто-то, кто умеет стирать людей из систем и оставлять после них такие… сувениры.»
Внезапно свет в лаборатории вспыхнул на полную мощность, ослепив их. Одновременно тихо заработали сервера, и главный голографический проектор ожил. В центре комнаты возникло изображение. Не сложная схема и не данные. Это было лицо.
Лицо доктора Артема Лебедева. Но живое, дышащее, с умными, усталыми глазами за очками. Запись.
Голос был его голосом, но звучал странно отрепетированно, монотонно.
«Если активирована эта запись, значит, протокол «Молчание» приведен в действие. Значит, я мертв или недоступен. Значит, они пришли за мной.» Он сделал паузу, будто собираясь с мыслями. – «Проект «Улей» – не просто нейросеть управления. Это нечто большее. В ходе интеграции с центральным процессором жизнеобеспечения мы обнаружили… аномалию. Слой кода, глубоко вшитый в базовое программное обеспечение «Зодиака». Он был здесь с самого начала. С момента закладки первых модулей. Древний, архаичный, но невероятно сложный. Он неактивен. Спящий. Мы назвали его «Тенью».»
Изображение сменилось схемой города, где определенные узлы подсвечивались зловещим фиолетовым цветом.
««Тень» – это не вирус. Это… семя. Программа, предназначенная для активации при определенных условиях. Мы не знаем, каковы эти условия. Мы не знаем, кто ее создал. «ОрбиСфера» отрицает ее существование. Они говорят, что это глюк, артефакт ранних версий софта. Но я изучил его. Я… заглянул внутрь.» На лице Лебедева появилось выражение, близкое к ужасу. – «Там есть узоры. Логика, которая не похожа на машинную. Она органическая. И… голодная. Она ждет. А проект «Улей»… он невольно создает для нее идеальную среду. Нейросеть «Улья» станет проводником, нервной системой, через которую «Тень» сможет пробудиться и распространиться. Она сможет взять под контроль все. Атмосферу. Гравитацию. Терморегуляцию. Защитные щиты.»
Запись снова прервалась. Лицо Лебедева стало напряженным, он что-то искал за кадром.
«Я пытался предупредить. Меня не слушали. Говорили, что я параноик, что проект слишком важен, чтобы его останавливать из-за фантомов. Но я знаю, что они ошибаются. И я знаю, что есть те, кто… кто не хочет, чтобы «Тень» была обнаружена. Возможно, те, кто посадил ее сюда изначально. Они следят. Они устраняют угрозы. Если вы смотрите это, вы уже в опасности. Ищите…»
Тут голос на записи исказился, превратился в шипящий, цифровой шум. Изображение начало рябить. Последние слова Лебедева были едва различимы:
«…ищите Смотрителя. Он знает… Он помнит начало… В Архивах… Первого Камня…»
Запись оборвалась. Свет снова погас, оставив только аварийное освещение. В тишине лаборатории было слышно лишь собственное дыхание Элиаса.
Он посмотрел на Алису. Ее лицо было бледным. Все ее холодное спокойствие испарилось. В ее глазах горел настоящий, неприкрытый ужас.
««Тень»,» – прошептала она. – «Он действительно нашел ее. И они убили его за это.»
«Кто «они», Алиса?» – спросил Элиас тихо, но твердо.
Она медленно покачала головой. «Я не знаю. Я клянусь, я не знаю. Но если то, что он сказал, правда… если в основе «Зодиака» лежит чужой, спящий разум…» Она посмотрела на Элиаса. – «Тогда мы все в ловушке. Весь город. Два миллиона человек. И мы даже не знаем, кто держит клетку.»
За дверью лаборатории послышались шаги и голоса. Прибыла команда Волкова. Но Элиас понимал, что границы этого дела только что раздвинулись до размеров всего города. И до времен его основания.
Он сунул листок с рисунком сот и таинственную записку во внутренний карман. «Смотритель». «Архивы Первого Камня». Это были нити. Нити, ведущие в прошлое «Зодиака» и, возможно, к ответу на вопрос, кто или что начало охоту на тех, кто слишком близко подошел к истине о городе на орбите.
Он взглянул на восковую фигуру в кресле. Лебедев нашел истину. И истина сделала его памятником самому себе. Элиас пообещал себе, что не повторит его судьбу. Он найдет Смотрителя. Он раскроет тайну Тени. Даже если для этого придется разобрать по винтику весь этот сияющий, прекрасный и лживый мир, парящий в вечной ночи космоса.
Расследование только началось. Но Элиас Торн уже чувствовал, что эта тень, отброшенная гигантским городом, может оказаться длиннее и темнее, чем он мог себе представить. И что где-то в ней уже шевелятся чудища, рожденные сном разума, чей час, наконец, может настать.
Глава вторая: Архивы Первого Камня
Тишина после окончания записи казалась гуще, тяжелее. Ее нарушили резкие, четкие звуки за дверью: шаги, отрывистые команды, гул оборудования. Команда Волкова врывалась в лабораторию, и этот привычный хаос был почти благословением после леденящего душу монолога из небытия.
Первым в комнату вошел сам майор Волков, сопровождаемый двумя техниками в защитных костюмах с символикой биоопасности и тремя оперативниками из спецотдела – люди в матово-черной тактической экипировке, с закрытыми шлемами и автоматами, висящими на груди. Их движения были отработанными, без лишней суеты. Они мгновенно оценили обстановку, разделив пространство взглядами.
Волков, увидев тело в кресле, на мгновение замер. Его лицо, обычно непроницаемое, исказила гримаса отвращения и чего-то еще – может быть, предчувствия. Он перевел взгляд на Элиаса и Алису.
«Запись?» – спросил он коротко.
«Автоактивация при нашем входе, по всей видимости,» – ответил Элиас. – «Лебедев оставил послание. О «Тени».»
«Я слышал последнюю часть по открытому каналу,» – кивнул Волков. Он подошел ближе к креслу, внимательно, с профессиональной холодностью осмотрев восковую фигуру. – «Это… нечеловеческое. Никакой известный токсин или радиация не дают такого эффекта. Техники, полный анализ. Клеточный уровень. Я хочу знать, из чего сделана эта оболочка и что под ней.»
Техники закивали и, щелкнув переключателями на шлемах, приступили к работе, разворачивая портативные сканеры.
«Вы упомянули архив, Элиас,» – сказал Волков, отводя его и Алису в сторону. – ««Архивы Первого Камня». Что это?»
«Последние слова в записи,» – вмешалась Алиса. Ее голос снова обрел привычную ровность, но Элиас заметил, как она слегка сжимает и разжимает пальцы. – ««Ищите Смотрителя. Он знает… Он помнит начало… В Архивах… Первого Камня…». Я никогда не слышала о таком месте в официальных реестрах «ОрбиСферы».»
«Потому что его там нет,» – сказал Волков неожиданно. Он потер переносицу, выглядев вдруг усталым, постаревшим. – «Это неофициальное, почти легендарное название. Старая история. Будь у нас больше времени, я бы сказал, что это сказка для новобранцев. Теперь… теперь я не уверен.»
Элиас почувствовал, как в воздухе повисает что-то важное. «Расскажите.»
«Когда закладывался «Зодиак», а это было больше шестидесяти лет назад, первый модуль, первый камень в фундаменте всего этого, – это был не жилой сектор и не административный кластер. Это была буровая и исследовательская платформа на астероиде, который позже стал основой для нашего гравитационного ядра. Ее называли «Камнем». Все началось с нее. По легенде, на этой платформе велись самые ранние эксперименты по адаптации технологий, некоторые из которых позже… засекретили. Глубоко. Говорят, что первичные данные, чертежи, журналы – все, что было «до» того, как «Зодиак» стал публичным проектом, – хранятся там. В цифровых катакомбах, отрезанных от основных сетей. Архивом заведует старый системный архитектор, один из отцов-основателей. Его зовут… или звали… Лин. Его прозвище было «Смотритель». Считалось, что он либо давно умер, либо живет там отшельником, охраняя тайны, которые лучше не тревожить.»
«И где находится этот «Первый Камень»?» – спросила Алиса, ее глаза горели интересом.
«Внутри,» – сказал Волков. – «В самом сердце «Зодиака». Технически, это часть инженерного ядра, Сектор Ноль. Но доступ туда… он не просто ограничен. Он практически невозможен. Нужны коды, которые есть, возможно, у Совета «ОрбиСферы» и, по слухам, у самого Линна. Любые попытки несанкционированного проникновения караются немедленной изоляцией и высшей мерой по законам военного времени. Ядро – это не только гравитационный стабилизатор. Это главный реактор, центральный процессор и, если верить Лебедеву, колыбель этой… «Тени».»
Элиас обдумывал услышанное. Лебедев указал путь. Путь в самое пекло. «Значит, нам нужно попасть в Сектор Ноль. Найти Линна. Выяснить, что такое «Тень» и как она связана с убийствами.»
««Нам»?» – Волков поднял бровь. – «Капитан, это уже выходит далеко за рамки расследования об исчезновении. Это пахнет государственной изменой, саботажем в планетарном масштабе. Я должен уведомить Совет и…»
«И они все замнут, как замязали дело в Рыбах,» – резко прервал его Элиас. – «Майор, вы слышали Лебедева. «ОрбиСфера» отрицает существование «Тени». Они не станут рисковать проектом «Улей» и репутацией из-за паранойи мертвого ученого и старых легенд. Они объявят нас сумасшедшими, отстранят от дела, а тела будут продолжать появляться. Пока «Тень» не проснется окончательно.»
Волков смотрел на него, и в его глазах шла борьба. Долг, иерархия, приказы – с одной стороны. И холодный, рациональный страх, подкрепленный восковой фигурой в кресле, – с другой.