Курьяна Соколова – Двое суток в Нарве (страница 6)

А ведь хочу… разве нет?

«А если вдруг?» – мелькнуло тихо, без паники.

«А если да?»

Я почувствовала, как внутри что-то сжалось – не от страха, а от волнения. От того, насколько это возможно, как это близко, как это не кажется катастрофой. И тут же – тепло. Там, внутри. От его семени, от его тела, что всё ещё было во мне, от его руки на талии, от его дыхания, совпадающего с моим. От ощущения, что он не просто пришёл – он остался.

Я вздохнула глубоко и тихо, позволяя себе почувствовать. В животе ощущалась тяжесть, пульсация и остаточная дрожь от оргазма. Я знала, что утром немного вытечет, и чувствовала, как его сперма будет стекать по внутренней стороне бедра. Этот момент будет странным и сладким, почти вызывающим.

«Я всё ещё держу тебя внутри. Даже когда ты спишь», – мелькнуло в голове.

Я вспомнила Макса. Как тогда, в юности, он учил нас с Лиссой. Мы лежали вдвоём, потом втроём, ничего не боялись. Даже тогда не было этого ощущения. А сейчас…

С Нэссом всё было иначе. Не просто ярче, глубже. Теплее, опаснее, реальнее.

Я прижалась к нему сильнее, уткнувшись лбом в его шею. Его кожа была чуть влажной и пахла нами, чем-то интимным и родным. В этом запахе было нечто, вызывающее тепло. Ощущение, что всё в порядке, что я на своём месте.

«Может быть, это не так уж и плохо?»

Мысль не испугала меня, а наоборот, показалась горьковатым шоколадом на кончике языка. Внутри – лёгкий толчок. Предчувствие.

Я вспомнила, как он смотрел на меня перед тем, как войти. Как будто видел меня не только телом, но и глубже, душой. Как он прошептал «моя девочка», как держал, как вошёл, как отдался не в меня, а мне.

Я лежала, чувствуя, как моё тело расслабляется, но внутри всё ещё дрожало. Не от страха, а от того, что всё было правильно. Он всё ещё был во мне, и это было самым правильным ощущением в мире.

Я почувствовала, как его рука слегка сжала мою талию, будто даже во сне он не хотел отпускать. И я не хотела.

Может, утром стоит выпить таблетку. А может, подождать? Может, позволить себе немного помечтать?

Нарва молчала за окном. Город спал. Как и он. Только я ещё не спала, потому что впервые не боялась. Впервые допускала «если».

Я снова вдохнула его запах, прижалась, сжалась и наконец позволила себе провалиться в сон. Не прячась, не убегая, а оставаясь.

С ним.

С собой.

С этим чувством.

Глава 2. Утро первого дня

Курай.

Утро началось с лёгких поцелуев. Его губы скользили по моей шее, спускались к плечу и возвращались обратно. Я чуть выгнулась, не размыкая век, и тихо замурчала, как довольная кошка. Тело уже отзывалось на его прикосновения, хотя сознание ещё дремало.

В низу живота ощущалась лёгкая стянутость. За ночь следы нашей страсти успели вытечь и подсохнуть, оставив тонкую плёнку на губках и волосках. Едва я пошевелилась, как почувствовала эту хрупкую, но все равно, неприятную корочку. Но даже так – это был след его присутствия. Я внутренне сжалась, ощущая лёгкое покалывание и тепло. Чужое. Моё.

Его руки скользнули по моей талии, поднялись к груди. Ладони мягко обхватили соски, пальцы осторожно играли с ними. Я тихо вздыхала, наслаждаясь неспешными, тёплыми прикосновениями. Мои губы растянулись в сонной улыбке, тело расслабилось.

Пальцы Нэсса спустились ниже, к животу, слегка царапая кожу. Затем остановились на лобке. Он медленно провёл по волосам, чуть закручивая их. Его интерес к моему естественному виду всегда восхищал меня, начиная с нашего первого секса. Нэ брезгливостб, не удивление. А именно восхищение. Этой лаской он как бы заявлял: «Ты настоящая».

– Всё ещё витаешь во снах? – услышала я его тихий, насмешливый голос. Но не ответила. Мне не хотелось окончательно просыпаться. Его прикосновения и голос, эта нежнасть от прикосновений сквозь дрему. Они были лучше любой реальности.

Но внезапно обоняние вернуло меня в реальность. Запах свежесваренного кофе пробился сквозь остатки сна. Густой, терпкий, знакомый. Я втянула носом воздух и почувствовала, как в стремительно вырываюсь из сна навстречу новому дню и новым ощущениям.

Открыла глаза. Передо мной стоял Нэсс. Его волосы были растрёпаны, на губах играла лукавая улыбка. В одной руке он держал чашку кофе, другой продолжал скользить по моим бёдрам.

– Доброе утро, – сказал он, наклоняясь ближе.

Я обняла его за шею и притянула к себе.

– Доброе, – прошептала я, чувствуя его запах. Смесь своей кожи, нашей ночи и чего-то тёплого, пряного. – А кофе для тебя или для меня?

– Для нас, – усмехнулся он. – Но если ты продолжишь мурлыкать, придётся забыть про кофе.

Я улыбнулась шире, провела рукой по простыне и посмотрела на него. Его взгляд обжигал. Он скользил по моему лицу, груди, животу. Простыни впитали запах и жар нашей ночи. Его взгляд, казалось, помнил каждое движение.

Пальцы Нэсса продолжали мягко скользить по моему паху. Я видела, как в его глазах зажглась знакомая искра. Это уже не флирт, а предвестие новой волны.

– Ты меня отвлекаешь, – прошептал он, опускаясь губами к моей шее и груди.

– А ты сам виноват, – выдохнула я, выгибаясь под его прикосновениями. – Кто начинает утро с таких ласк?

– Я? Виноват? – приподнял бровь Нэсс, отрываясь от моего соска. – Ты такая красивая утром. Я не мог устоять.

Его ладонь мягко сжала мою грудь, дразня соски. Я тихо застонала, наслаждаясь его прикосновениями. Тело откликалось на его ласки. Я поддавалась. И снова думала: каково это – быть в нём всё утро, всю жизнь?

– Нэсс, – тихо сказала я. – Кофе остынет.

– Мы успеем, – его голос стал хриплым. Он отпустил грудь и скользнул вниз, лаская мою пещерку. Клитор отозвался судорожной дрожью.

Он был нежен, но точен. Его пальцы знали, где искать. Я позволила ему поиграть с внутренними стенками влагалища. Он проскользнул внутрь неторопливо, с лаской, почти с почтением.

Но я не позволила ему полностью утянуть меня в этот водоворот страсти. С усилием вывернулась, села и выхватила у него чашку.

Тёплая горечь обожгла губы. Кофе был идеален. Как и этот момент.

– Видишь? Я спасла его от твоей настойчивости, – сказала я, наклоняясь к его ключице и оставляя поцелуй. Его кожа была горячей. Пахла мной. Пахла ночью.

Он усмехнулся, наклоняясь ко мне.

– Ты думаешь, что можешь меня остановить, Курай?

Его пальцы снова начали скользить по моей коже. Я знала: он умеет доводить до грани, но не отпускать.

– Только попробуй… – начала я, но мой голос дрогнул, когда его язык скользнул вдоль моего уха. Я выгнулась, зажмурилась. Его дыхание разлилось по моей коже.

А кофе так и остался на тумбочке.

Остывая.

Как всегда.

Его пальцы скользили медленно, словно растягивая этот момент. Он гладил мою складку легкими, почти невесомыми движениями, будто вспоминая, где ночью я задыхалась сильнее всего.

Моё тело дрогнуло, когда он чуть усилил давление. Я выгнулась, инстинктивно сжав бёдра, но он раздвинул их коленом, удерживая меня. Его глаза встретились с моими, тёплые, живые, полные затаённой глубины. «Я знаю, куда иду», – говорили его глаза.

Поцелуй был долгим, тягучим, с привкусом кофе и солоноватым ароматом ночной страсти. Он поднял мою ногу, провел ладонью по внутренней стороне бедра, вызывая мурашки под кожей. Его член коснулся меня ниже, горячий и пульсирующий.

Моё тело мгновенно откликнулось – легкий толчок тазом, безмолвное «да». Я хотела его внутри так, словно без этого воздух переставал существовать.

Первые миллиметры. Я всегда забывала, каково это. Каждый раз он входил, будто впервые. Горячо, с небольшим натяжением, как будто кожа погружалась в раскаленную воду. Он двигался медленно, почти болезненно-сладко, останавливаясь после каждого толчка, чтобы я могла привыкнуть к его глубине и размеру. Я обняла его плечи, выгнулась, подталкивая бедра навстречу.

– Нэсс… – прошептал он одними губами. Не вопрос, а просьба.

Когда он полностью вошел, я зажмурилась, впитывая его тепло всем телом. Вдох – выдох – стук сердец в животе.

Первая волна движений: медленная, тягучая. Он выходил почти до конца, затем входил снова. Каждое его погружение вызывало внутри искру, которая заставляла клитор дрожать.

Я почувствовала, как ногти впились в его спину, и он ответил, изменив угол. Теперь его головка скользила вдоль передней стенки, где чувствительность была невыносимой. Его губы захватили сосок, втянули, и я всхлипнула, срываясь на короткий крик.

Я качнула бедрами, требуя большего, и он понял без слов. Он сменил ритм: быстрый, медленный, глубокий, резкий. Всё тело натянулось, как струна. Пот стекал по его шее, капал на мою грудь. Воздуха не хватало. Мир сузился до наших движений и хриплых, сбивчивых дыханий.

– Ты… с ума сводишь… – вырвалось у меня хрипло. Я рассмеялась сквозь стоны, прижимая его ближе.

– Люблю это слышать, – пробормотал он и ускорил толчки.

Моё тело сжалось в тугой узел. Пульсация внизу живота нарастала, пока не превратилась в яркий взрыв, который выключил всё вокруг. Я выгнулась, ногти вонзились в его кожу, и оргазм накрыл меня – сильный, как волна, что ломает изнутри.