Купава Огинская – Прирученное Бедствие II (страница 6)
Глава 4. Водная лилия
В кабинете царила сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь шуршанием страниц. Дни становились все короче, и все раньше приходилось включать расставленные по помещению светильники.
От теплого, искусственного света, скудная обстановка приобретала вид уютный и приятный. Волосы Кела сияли расплавленным золотом, то и дело привлекая внимание.
Я постоянно отвлекалась и злилась на себя за это.
Художественная мастерская оказалась тупиком, но я не испытывала по этому поводу большой печали. Ведь нам удалось предотвратить большое ограбление.
Да и новая зацепка в лице барона Фейгла и его неожиданного наследника, не давали унывать…
Пока командор должен был собирать информацию на юного наследника и его мать, мы продолжали искать зацепки в газетах, которые могли привести нас к альсам, и информацию в книгах, что подсказала бы нам расположение усыпальниц забытых богов.
Кел сидел рядом на полу, как обычно. Я забралась с ногами на диван и привалилась плечом к Йену, найдя эту позу довольно удобной. Магистр одинокий, но далеко не несчастный, сидел за столом, среди древних книг, написанных на устаревшем наречие, прочесть которые мог только он. Каждый занимался своим делом.
Я просматривала сборник легенд, ни на что особенно не надеясь, когда взгляд зацепился за смутно знакомое название реки. Дернулась, к уже просмотренным книгам, желая найти ее упоминание…
Кел тихо ойкнул, когда я ударила его коленкой по затылку, в спешке пытаясь встать с дивана. Йен сдавленно охнул – ему я случайно заехала локтем под ребра.
Из-за излишней поспешности я была крайне неуклюжа. Пока Кел потирал голову, Йен ноющие ребра, а я тихо просила у них прощения, магистр смотрел на нас с видом уставшего взрослого, вынужденного возиться с детишками.
– Шана, ты что-то нашла? – спросил он, дав нам немного времени.
– Не уверена. – я еще раз перечитала заинтересовавшее меня предложение. Снова просматривать уже отложенные книги не хотелось, но я чувствовала, что где-то видела это название. И с ним было связано что-то важное. – Скажите, магистр, а вы не знаете, где находится река Цемхе?
Он удивленно приподнял брови, но ответил:
– Это старое название Тувьи. Во времена многобожия река носила имя богини, покровительницы водных потоков. После того как в империи начали поклоняться Всевышней, реке дали другое название, чтобы не оскорблять ее, упоминанием имени отринутой богини.
– Кажется, я догадываюсь, где может находиться одна из усыпальниц. – тихо произнесла я. Голос подрагивал от волнения и я никак не могла с этим справиться. – Тут… тут говориться, что усыпальницу устроили под водами Цемхи, и в память о почитаемой богине, высекли для нее статую невиданный, коронованной рыбы, отмечавшей вход в усыпальницу.
Кел нахмурился.
– Тувья длинная река, и, насколько я помню, нигде в столице нет такой причудливой статуи…
– Прошло много времени, – магистр привстал, глядя на книгу в моих руках. Он уже понял, к чему я веду. – Тувья за это время обмелела, берег ушел дальше…
Я не дала ему договорить, мне натерпелось сообщить о главном:
– В парке, за набережной, есть странный камень с короной. Никто не знает насколько камень большой, но он точно засел очень глубоко под землю. И из него кто-то вырезал корону. Это, своего рода, достопримечательность нашего квартала. Несса каждую весну, как только сходит снег, проверяет камень. Боится, что он исчезнет.
– В парке, – пробормотал Йен, – в свободном для посещения месте…
Я кивнула.
– Я бы на месте альса, которому нужно пробудить богиню Цемхе, просто поселилась бы неподалеку от парка и не привлекала к себе лишнего внимания.
– Простолюдином. В столицу постоянно кто-то приезжает на заработки, или за лучшей жизнью. Такие люди не вызывают особого интереса или подозрений… – произнес Кел. Он медленно поднялся на ноги. – Нужно узнать, кто поселился в близлежащих домах за последнее время.
– Это не проблема. Я много чего знаю о тех местах, а чего не знаю я, знают Лисса или Несс. Новости обо всех новеньких рано или поздно доходили до пекарни.
Сердце заходилось как сумасшедшее. Я не могла сдержать улыбку.
Вот оно, наконец-то, у нас появилась четкая цель.
Йен накрыл мою руку прохладной ладонью и только тогда я поняла, что стою, опираясь одним коленом о диван и сжимаю пальцами плечо Йена. Его глаза выцвели, вернув свой естественный цвет. В последнее время это случалось все реже, и я начала забывать, что маскировка Йена может слететь, если он перестает сдерживать эмоции.
Я склонилась, закрыв глаза Йена свободной ладонью.
– Возьми себя в руки. – велела ему. – Мне казалось, ты научился себя контролировать.
– Прости, Шани, ничего не могу с собой поделать. Сейчас ты была просто удивительно прекрасна…
Кел кашлянул, напоминая о себе. Я отдернула ладонь.
На Йена он смотрел с подозрением и уже собирался о чем-то спросить, когда в дверь постучали. Звук дверного молоточка, раздавшийся в тишине, показался мне зловещим.
– Наверное, прибыла информация по барону. – решил Кел. Это было обычным делом. Он направился в прихожую, на ходу пригрозив. – Нам нужно будет с тобой серьезно поговорить, Йенни.
Йен закатил уже совершенно обычные, светло-серые глаза, но огрызаться не стал.
Мы все замерли в молчании, пережидая привычный момент. Командор часто посылал стражника с необходимой информацией. Это всегда был один и тот же юноша. Тихий и робкий. Он негромко здоровался с Келом, передавал ему папку и уходил.
Замок щелкнул. Дверь открылась. И несколько мгновений ничего не происходило.
Потом послышался удивленный голос Кела:
– Командор?
– С дороги, лейтенант. – сильный и властный голос всем нам был хорошо знаком.
Магистр помрачнел, недоверчиво глядя в дверной проем. Его внушение исключало саму возможность того, что командор мог прибыть сюда лично.
Но тяжелые шаги приближались к кабинету. Это определенно был не Кел…
И все же, я до последнего момента не верила, что это командор. Даже когда он показался в дверном проеме, отказывалась верить своим глазам. Ведь значить это могло только одно – внушение было уничтожено.
Командор был зол. И немного удивлен, когда увидел магистра. Он быстро взял себя в руки, затолкал в кабинет Кела, маячившего за его плечом и зловеще произнес:
– Надеюсь, никого больше мне ждать не нужно и здесь все?
– Командор… – попытался что-то сказать магистр, но ему велели заткнуться.
– Для начала я хочу знать, что за демонстрация бессмысленной жестокости была устроена вами для моих людей в художественной мастерской «Лавия»?
– Что? – Йен подался вперед. – Что вы только что сказали?
Появление командора в этой квартире оказалось не самым шокирующим событием этого дня. Борк и его подельники были зверски убиты ночью. А ранним утром, группа, отправленная командором, нашла лишь остывшие трупы.
– В мастерской были найдены доказательства планирующегося ограбления. – командор смотрел в основном на Йена, изредка переводя тяжелый взгляд на меня. Но было заметно, что из всех нас, больше всего командор подозревает именно Йена. – Одного я не могу понять, зачем было сдавать, если вы все равно планировали их убить.
Йен искренне оскорбился.
– За кого вы меня принимаете? Этой ночью я никого не убивал. Гарибальд сможет это подтвердить.
– Кто? – непонимающе спросил Кел.
– Что? – ужаснулась я.
– А что такое, Шани? Ты сама разрешила мне делать все что угодно. К тому же, я его не убил. Мы побеседовали в теплой, дружеской обстановке. Он во всем раскаялся и просил прощения. И я уверяю тебя, Гарибальд жив. Ну… разве что некоторое время, не сможет пользоваться руками. И теперь уже едва ли когда-нибудь хотя бы посмотрит в сторону женщины. Но он точно жив.
Командор не сразу поверил Йену. Но, то ли внушение еще не до конца развеялось, то ли Йен был очень убедителен, в конечном итоге, командор все же смирился с мыслью, что убийства в мастерской не имеют к нам никакого отношения.
– Предположим, это правда. – он отошел к окну, привалился к подоконнику и скрестил руки на груди. – Тогда второй вопрос: что вы со мной сделали?
Мы не сговариваясь, в едином порыве посмотрели на магистра. Не потому что он единственный был виноват в состоянии командора, просто он лучше всех мог объяснить что произошло.
– Что ж, – магистр откинулся на спинку стула и переплел пальцы в замок, поверх раскрытой книги, которую недавно читал, – я расскажу, но вам это не понравится…
Магистр недооценил взрывной характер командора. Выслушал рассказ он не перебивая, с бесстрастным выражением лица. А после, все так же невозмутимо, рванул вперед…
Йен едва успел сдернуть магистра со стула, который в следующее мгновение разлетелся щепками. Кел вцепился в командора сзади, стараясь его удержать, Йен спрятал магистра за спиной, выставив вперед руки.
– Давайте успокоимся!
Я держалась в стороне. Тренированного мужчину, куда выше и тяжелее меня, я могла бы, разве что, придать огню. Вероятно, у меня даже получилось бы его сжечь, так как атаки от меня он едва ли ожидал. Но командор, несмотря на всю мою к нему неприязнь, не заслуживал смерти.
Прежде чем его удалось успокоить, кроме стула успели пострадать отломанный край стола, два разбитых светильника, пробитая насквозь стена и челюсть Кела. Несколько книг были разорваны и восстановлению не подлежали. По полу были разбросаны измятые и истоптанные страницы.