Купава Огинская – Прирученное Бедствие II (страница 25)

– А такое возможно?

Я помнила, как Йен рассказывал, что один альс хотел покопаться у него в мозгах, но и представить не могла, что после такого можно остаться живым, относительно здоровым и даже немного в своем уме.

– Опытный целитель и толковый ментальный маг способны творить поистине чудесные вещи. – магистр откинулся на спинку клетчатого кресла. – Но эти двое не жильцы. После того как их миссия будет выполнена, установка убьет их. Прискорбно… прискорбно.

В его голосе не было и намека на сочувствие. Быстро забыв о незавидной участи альсов, магистр подался вперед:

– Что ж, раз вы не способны сопротивляться этой установке, давайте ее обманем. Для начала скажите, чтобы охранять то, что вам поручили, вы должна находиться в стенах дома или за его пределами?

Магистру понадобилось задать несколько осторожных, пространных вопросов, чтобы мы смогли выяснить, что вещь, которую они охраняют, находится в доме. На втором этаже.

– Почему сидим? – магистр обернулся ко мне. – Проверь комнаты наверху. Ищи тайник.

Я бы хотела возмутиться, но магистр, после небольшого допроса был совершенно обессилен и помочь мне с поисками никак не мог. Уже в коридоре я услышала, как он доброжелательно и весело просил у мистрис сделать ему чашечку чая.

Коридор второго этажа оказался коротким, всего с тремя дверьми и большой, низкой люстрой. У стены справа, рядом с единственной дверью из темного дерева, стоял комод на резных ножках.

С него я и начала свои поиски. Потом прошлась по коридору, наступая на каждую паркетную плашку, простучала стены и начала осматривать комнаты. Две из них оказались спальнями. Третья была обставлена как кабинет, хотя было видно, что этим местом давно не пользовались.

Мое внимание привлек массивный стол. Казалось, внутри него много свободного пространства, но открывавшихся ящичков было всего четыре и они не были такими уж глубокими. Стол выглядел так, будто хранил в себе кучу секретов и несколько минут я пыталась их разгадать, но мне это быстро наскучило. Я просто тратила время зря.

Когда-то я читала о таких тайниках. Они были популярны более полувека назад, но интерес к ним быстро остыл, так как мастера, создававшие столы, делали механизмы тайников слишком сложными. Порой, даже сам хозяин не мог его открыть, потому что забывал последовательность действий.

Покинув ненадолго кабинет, я спустилась вниз. В гостиную. Где магистр с удовольствием пил чай, а хозяева дома сидели на диване, смирно сложив руки на коленях и безучастно глядя в пол. Выглядело это жутко.

Я кашлянула.

– Простите, а у вас, случайно, топорика не найдется?

Магистр удивленно приподнял бровь, но велел даже не шелохнувшейся при моем появлении мистрис:

– Отвечай.

Та медленно кивнула.

– На кухне. В шкафчике под окном.

– Зачем тебе топор? – заинтересованно спросил магистр.

– Хочу кое-что вскрыть. – не вдаваясь в подробности призналась я, уже направляясь на кухню.

Топорик оказался небольшой, но увесистый и самое главное, он неплохо справлялся с уничтожением стола.

Сначала я взломала столешницу, нашла один тайник с древним, пожелтевшим и полуистлевшим любовным письмом, вероятно, принадлежавшим одному из первых владельцев этого стола.

Стальная шкатулка с узором в виде роз нашлась в следующем тайнике. К тому времени топорик изрядно затупился, а мои руки гудели от перенапряжения.

Бока шкатулки холодили разгоряченные ладони. Затаив дыхание, я откинула крышку и задохнулась от восторга. Внутри, на черной, бархатной подложке лежал кусок камня.

Чтобы убедиться в подлинности осколка, я опасливо коснулась его пальцем и сразу почувствовала, как он онемел. Сердце пропустило удар.

Я поспешно отдернула руку и захлопнула шкатулку.

– Оно.

Позволив себе несколько мгновений отдыха, я привалилась спиной к боку искалеченного мною стола и закрыла глаза.

Мы нашли второй осколок и на шаг приблизились к спасению столицы. И я собиралась в полной мере насладиться осознанием этого.

Но мой покой нарушил грохот на втором этаже и громкий приказ, отданный сильным голос магистра:

– Защищать!

За этим последовал жалобный вскрик.

Я подскочила, не задумываясь о том, насколько это может быть опасно, вытряхнула из шкатулки камень себе на ладонь – всю руку до самого локтя тут же прострелило болью. Холодок от камня просачивался под кожу, скручивая мышцы.

Раньше, чем мои пальцы ослабли и разжались, я засунула осколок в карман, скрытый в складках платья и бросилась вниз.

Успела вовремя. Винс уже лежал на полу, остекленевшим взглядом глядя в потолок. Из шеи его торчал тонкий кинжал. Мистрис жалобно подвывая, пряталась за диваном, зажимая страшную рану на животе. Ее светлое платье потемнело от крови.

Разъяренная Аманда теснила магистра к стене, пытаясь пробить его магическую защиту оставшимся у нее кинжалом. Лезвие его было украшено вязью заклинания, что ярко вспыхивало, стоило только кинжалу столкнуться с сотканным из магии щитом.

Магистр выглядел встревоженным. Против заговоренного оружия, способного пробивать даже магический барьер, он был беззащитен.

Мне потребовалось не больше пары секунд, чтобы понять, что здесь творится.

Подхватив с пола опрокинутую жестяную банку, я бросилась к Аманде. Замахнулась.

И едва успела отпрянуть назад, когда кинжал резко сменил траекторию и рассек воздух там, где всего мгновение назад находилась моя голова.

– У тебя глаза на затылке? – с досадой спросила я, удобнее перехватывая банку.

– Неплохая реакция. – Аманда повернулась ко мне, полностью утратив интерес к магистру.

Я бросила на него быстрый взгляд и только сейчас заметила, что он тоже ранен. Пальцы, которые магистр прижимал к боку потемнели от крови.

– Вы серьезно не в состоянии справиться вот с ней? – спросила я с укором. Указав банкой на Аманду. Та перехватила кинжал и встала в боевую стойку, готовясь нападать уже на меня.

– На этот проклятый дом наложен запрет на применение боевой магии. – огрызнулся магистр. Он стремительно бледнел.

Наверное, мы должны были это предвидеть. Все же, раз защиту осколка доверили двум безобидным альсам, значит их должны были как-то подстраховать.

Аманда бросилась на меня, я спряталась за диваном, чудом избежав дыры в груди. Она не пыталась меня ранить или замедлить, Аманда хотела моей смерти.

И у нее были все шансы в этом преуспеть. Я, может, и была физически сильной, но драться не умела. В отличие от тренированной Аманды, которая со знанием дела размахивала кинжалом.

– Знаешь, а я-то думала, мы подружились. – сказала я, взвесив в руке жестяную банку. Она была легкой и большого урона нанести была не в состоянии. Но что-то делать нужно было. И, желательно, как можно скорее. Магистр уже не мог держаться на ногах и медленно осел на пол. Помощи от него ждать не приходилось.

Аманда не ответила. Она рванула к креслу, чтобы перепрыгнуть его и достать меня. И была снесена моим метким броском. Жестяная банка угодила ей в лицо и сбила с ног. Дезориентировала на несколько мгновений, за которые я успела отбросить кинжал под диван.

Драться холодным оружием я не умела, и были у меня подозрения, что я скорее себя порежу, чем ее.

Аманда спрятала лицо в ладонях, тихо постанывая.

– Ну и что с тобой делать? – я склонилась над ней, запустила пальцы в ее волосы и сжала, приподняла ее голову, желая одним ударом вырубить ее. От Аманды тянуло горьким и едким запахом дыма. Я замешкалась, принюхиваясь. Ничего хорошего этот запах значить не мог.

Сразу вспомнился проклятый дом, в который отправились Йен и Кел. Даже если он загорелся, отсюда этого увидеть было нельзя…

Моей заминки Аманде хватило, чтобы прийти в себя. Она отняла ладони от лица. Нос был сломан по губам и подбородку текла кровь, в глазах стояли слезы.

– Ты пожалеешь, – хрипло пообещала она и пнула меня в голень.

Я рухнула на нее сверху. Аманда захрипела.

– Не разбрасывайся угрозами. – велела я, стараясь схватить ее за руки. Аманда остервенело крутилась подо мной, пыталась бить по ребрам, но ей не хватало места для нормального замаха.

Мы возились на полу, пока сверху на нас не упала тень. Мистрис Эдна возвышалась надо мной, с занесенной для удара кочергой. И бить она собиралась меня.

Магистр потерял сознание и его внушение развеялось. Я оказалась одна против двоих. И спасло меня от немедленного поражения лишь то, что Эдна была серьезно ранена. Одной дрожащей рукой она зажимала рану на животе, а другой попыталась опустить кочергу мне на голову.

Промахнулась, ударила по плечу, разорвала крюком платье, и подняла руку для нового удара.

Я скатилась с Аманды и по ее примеру, пнула мистрис в голень. Та неловко взмахнула руками и рухнула на пол. И я, и Аманда успели увернуться. Кочерга со звоном упала рядом.

Переглянувшись, мы рванули за ней. Вцепились в холодное железо. Аманда ударила меня лбом в нос и рванула кочергу на себя, но потерпела неудачу.

От боли перед глазами вспыхнуло и сразу же потемнело на несколько мгновений, но рук я не разжала. Во рту появился привкус крови.