Купава Огинская – Прирученное бедствие I (страница 15)
Он задумался, оценивая свои возможности.
– В теории, мог бы. Меня этому обучали, хотя таланта к ментальной магии у меня никогда не было.
– Тогда, – я повернулась к нему всем корпусом. Заглянула в глаза, – давай внушим кое-что командору.
Ответом мне был нервный смешок.
– Шани, для тебя что угодно, но ты немного переоцениваешь мои силы…
Он осекся, задумался о чем-то. И неуверенно протянул:
– Хотя… если сломать ему ногу…
Меня начинала беспокоить эта его тяга ломать кости.
– Оставим это решение на крайний случай. Я помогу тебе. Возможно, справиться с внушением Кела не получилось, потому что я недостаточно его разогрела. Но командор мне не брат и его здоровье меня не волнует. Обещаю, я обеспечу командору мучение несравнимые с переломом.
Йен тихо рассмеялся, заставив меня замолчать. Он сидел спиной к окну и слабый свет, проникавший внутрь, сквозь приоткрытые створки и распахнутые шторы, окутывал его фигуру, путался в волосах и надежно скрывал в полумраке лицо. Я видела только глаза, светящиеся в темноте. Это очень мешало.
– Я сказала что-то смешное?
Он покачал головой.
– Мне нравится, когда ты такая безжалостная.
– Я ведь серьезно. Перелом ноги – слишком заметная травма, лучше будет ее избежать. А я…
– Это опасно.
На секунду мне показалось, что я ослышалась, но когда переспросила, Йес сказал то же самое.
– Это опасно. Даже если мы сумеем как-то проникнуть в дом командора и застанем его спящим, а с моим уровнем хоть как-то воздействовать на чужое сознание я смогу при условии, что человек находится в бессознательном состоянии… так вот, Шани, даже если мы сумеем выполнить все условия, всегда есть шанс, что человек проснется раньше, чем я завершу воздействие. И если это случится, меня, как наследника герцога Оркена накажут не слишком сильно. Но о том, что сделают с тобой я не хочу даже думать. Командор уже тебя подозревает.
Именно это и было главной причиной, из-за которой мы должны были хотя бы попытаться заставить командора с нами сотрудничать. Он обладал внушительными человеческими ресурсами, он мог узнать почти все что угодно. И отыскать почти кого угодно.
Из него получился бы крайне полезный союзник.
– Поэтому мы и должны попытаться. Если ничего не предпринять, слежка за мной продолжится. Это все только усложнит.
Йен устало растер лицо. Он не хотел соглашаться, но и найти достойную причину, чтобы отказать не мог.
– У тебя есть какой-то план? – спросил он через неполную мину, сдаваясь на мою милость.
– Плана нет, но есть идея…
Йен слушал меня не перебивая. Иногда кивал.
Глава 6. Наследник
Следить за командором пришлось Йену. Надсмотрщики, все так же занимавшие целый день столик в кофейне напротив, ограничивали мои возможности.
Пока я работала в пекарне и навещала по вечерам страдавшего от головных болей Кела, Йен изучал расписание нашей жертвы. И успевал заниматься своими делами. Об этом я узнала благодаря ежедневной газете – «Ваш Вестник», которую по утрам можно было купить за пол медяка.
Прижимистая Несс купила себе один экземпляр, заинтригованная скандальным заголовком. Качество печати Вестника оставляло желать лучшего. Смазанные буквы на сероватой бумаге обещали раскрыть все грязные тайны личной жизни некоего маркиза Оркена – младшего брата влиятельного и многоуважаемого герцога Оркена.
«Смертельный адюльтер. Последний вздох маркиза Оркена в объятиях куртизанки», гласил заголовок.
После того, как единственный сын и наследник герцога Оркена, вместе с семьей погибли при загадочных обстоятельствах, главным подозреваемым стал скандальный маркиз. Доказать его причастность к трагедии не удалось, но отношение общества к нему сильно ухудшилось. Из-за буйного нрава, несдержанности и заносчивости, маркиз часто становился главным героем скандалов. Поэтому никто даже не усомнился, что именно он стоит за гибелью юного Оркена. И сейчас, новость о его позорной смерти, многим казалась наказанием за былые грехи.
Лисса заглянула Несс через плечо, прочитала заголовок и вырвала газету из ее рук. Увернулась, когда Несса попыталась вернуть свое.
– Отдай!
Требование было проигнорировано. Быстро скользя взглядом по строчкам, Лисса присвистнула:
– Этому маркизу же лет сто, зачем ему целых три девушки в постели?
Несса все же смогла отобрать газету, встряхнула ее и строго произнесла:
– Мала еще, чтобы знать.
– Ты старше меня всего-то на два года, – фыркнула Лисса. Зимой ей исполнилось восемнадцать – она уже давно считалась совершеннолетней. И дважды успела со скандалом отвергнуть сватовство завидных, по меркам деревни, где жили ее родители, женихов.
Я, как самая старшая, скромно молчала, тихо поражаясь жестокости герцога и изобретательности Йена. Маркиза Оркена не просто убили, но еще и опозорили, прославив как безудержного, престарелого развратника.
Неверность маркиза стала главной темой дня. Об этом сплетничали постоянные покупательницы с разговорчивой Лиссой, и не постоянные – между собой, в ожидании своего заказа.
Ближе к вечеру в пекарню заглянули две леди – младшие дочери не самых влиятельных домов. Несса была уверена, что им, из-за низкого статуса, редко доводилось выходить в свет и посещения балов, званых ужинов или чаепитий, юные леди заменяли прогулками по кофейням и ресторациям столицы. И даже эти леди, изящно лакомясь десертами, тихо обсуждали недавние новости, смущенно хихикая и опасливо поглядывая по сторонам.
Маркиз Оркена был главной темой дня, ровно до восьми часов вечера, пока на тележке газетчика, на перекрестке улиц, не оказались свежие, еще теплые экземпляры вечерней газеты «Бессонница». Стоил он целый медяк, был выше качеством, чем Вестник и даже мог позволить себе несколько фотографий на экземпляр.
По нечетким черно-белым изображениям мало что можно было разобрать, но, тем не менее, это невероятное новшество многих приводило в восторг. В том числе и меня.
Времена зарисовок подходили к концу.
Заголовок на первой странице Бессонницы был не таким скандальным, как у Вестника, но все еще шокирующим.
Большую половину страницы занимала нечеткая фотография: старый, худой и сгорбленный старик стоял впереди, а за его спиной возвышался юноша… его фигура оказалась слегка смазанной, будто он не смог замереть на несколько мгновений, пока делалась фотография. Но даже так я узнала в нем Йена.
Ночью он избавился от маркиза, а вечером уже получил статус нового наследника герцога Оркена.
– Посторонись, милочка, ты тут не одна, – строго велела женщина преклонного возраста, оттеснив меня плечом. И я отмерла, прекратив гипнотизировать взглядом газету.
Мистрис, каждый вечер отправляла кого-нибудь из нас за свежим экземпляром Бессонницы – из всех газет столицы она читала только ее и сборник рецептов, что выпускался раз в месяц.
Этим тихим, пасмурным вечером идти за газетой выпало мне и, глядя на размытое лицо Йена на фотографии, я была этому рада.
Вернулась в пекарню я сразу с двумя экземплярами. Один из которых прижимала к груди и категорически отказалась давать хоть кому-то, опасаясь, что несдержанная Лисса или равнодушная Эмили могут помять фотографию с Йеном. У меня появилось первое и единственное его изображение и я планировала им дорожить.
Новость о наследнике они узнали после ужина, когда мистрис прочитала все интересующие ее статьи и оставила газету на диване в маленькой гостиной на втором этаже. Гостиная располагалась между нашими спальнями и комнатой четы Брэгдан, прямо над входом в торговый зал пекарни. Небольшая, уютная, со старым, но удивительно удобным диваном и двумя креслами. По вечерам, чайный столик, расположенный по центру комнаты, был заставлен чашками с чаем или молоком – как бы сильно Лисса не пыталась выглядеть взрослой, без стакана теплого молока заснуть она не могла.
Мистер Этан всегда первым уходил спать, оставляя нас наслаждаться чувством удовлетворения от хорошо выполненной работы, принесшей приличную прибыль. Ему на отдых требовалось больше времени, чем нам.
Этим вечером и мистрис не стала засиживаться. Она скоро покинула гостиную, оставив газету на милость любопытной Лиссы, которая тут же прибрала ее к рукам. Заняв место мистрис, она зашуршала страницами. Несса села рядом, с интересом вчиталась в статью о новом наследнике герцога Оркена.
Я уже знала, что там написано, но против воли испытала желание подсесть к Лиссе с другой стороны и присоединиться к чтению.
– Интересно, – вдруг сказала Лисса, всматриваясь в фотографию, – а он красивый?
Эмили, до этого почти дремавшая в кресле, оживилась. Подошла к дивану и присоединилась к рассматриванию фотографии.
– Точно молодой и высокий, – через несколько секунд произнесла она и потеряла всякий интерес к этой теме.
Лисса сокрушенно вздохнула, ее такой ответ не устраивал. Истории о бедных юношах, прошедших через многие беды, но в итоге получивших законную награду всегда заставляли ее сердце биться чаще.
А Йен для себя состряпал именно такую легенду. Трогательную, драматичную, но со счастливым концом.
Едва ли хоть одна девушка, которой посчастливилось прочитать историю о бедном юноше, сыне аристократа и магини, разлученном с родителями еще в младенчестве, смогла бы удержаться и не проронить ни единой слезинки.
Герцог постарался, чтобы даже тень не легла на его имя, или имя его погибшего сына. Поэтому, Йен стал плодом юношеской любви наследника великого рода и некоей молодой служанки, что волею судьбы, пробудила свой дар. Магиню, как и полагается, забрал совет магов, навсегда разлучив влюбленных.