Кун Лю – Лелея Хуа Чжи. Том 1 (страница 5)
Вторая из невесток, госпожа Ци, из-за того, что ее муж был ребенком младшей жены, не имела в семье права голоса. Даже если бы у нее и было желание что-то предпринять, бабушка ни за что бы ей этого не позволила, да и другие жены семьи Хуа не позволили бы ей, госпоже из ветви, чей глава был рожден наложницей, возвыситься над ними. К тому же у нее и надлежащих способностей-то не было.
Третья невестка, госпожа Ся, среди жен сыновей этой семьи больше всех остальных любила поважничать. В обычное время она обязательно ухватилась бы за такую возможность показать себя во всей красе. Но сейчас, когда столь долгожданного законнорожденного сына их ветви только что забрала стража, когда неизвестно, сколько времени пройдет, пока все наладится, как она могла думать о чем-то таком.
Четвертую невестку, госпожу У, Хуа Чжи на самом деле очень высоко ценила. И происхождение, и кругозор – этим она не была обделена. Вот только…
Глядя на ее уже заметно округлившийся живот, Хуа Чжи горько усмехнулась. Если в обычное время еще можно было рискнуть, то и тогда бы самое большее, на что стоило рассчитывать, – так это то, что четвертая невестка давала бы ей советы, при этом сама оставаясь в тени. Но сейчас как она могла позволить беременной женщине подвергнуться такому давлению?
Огромный знатный род, чья история насчитывала множество лет. А как случилась беда, так не нашлось никого, кто мог бы взять на себя дело сохранения доброго имени их семейства. Да, можно было заметить, что мужчины рода Хуа не утратили былую славу предков, но вот женщины нынешнего поколения и правда оказались уж очень слабы. Все же слишком долго в этом доме царили мир и спокойствие.
Саму Хуа Чжи переполняли неясные чувства: в прошлой жизни ее вынудили стать черствой, жесткой, подобно железу. Девушка думала, что хоть в этой жизни сможет спокойненько дожить до старости, а теперь вновь…
Подведя младшего брата к матери, Хуа Чжи помогла той подняться, затем отпустила руку мальчика и шагнула вперед. Сердечко Хуа Болиня екнуло, и он поспешно окликнул ее:
– Сестрица!
Хуа Чжи обернулась и с улыбкой поглядела на него полными безысходности глазами:
– Присмотри за матушкой.
Хуа Болинь тогда еще не понимал всего того, что отражалось в этом взгляде, он лишь ощущал невыносимую тяжесть на душе. И только со временем, уже повзрослев, паренек осознал, что его старшая сестра тогда решилась взвалить на себя роль спасительницы, прекрасно понимая, какую цену ей, вероятно, придется за это заплатить. Тогда же он догадался, что ту давнюю тяжесть на душе он на самом деле ощущал из-за того, что сердце его болело за сестрицу.
Хуа Чжи протиснулась сквозь толпу, подошла к бабушке и опустилась рядом с ней на корточки. Встретившись с ней взглядами, она с нежностью спросила:
– Бабушка, вы мне верите?
Верит ли она? Почтенная госпожа подняла руку и погладила личико своей старшей внучки:
– Ты – потомок нашего рода Хуа.
Хуа Чжи кивнула:
– Тогда передайте мне на время право ведать делами нашего дома.
Почтенная госпожа молча быстренько окинула ее взглядом и с радостью обнаружила, что в глазах этой девушки не было и тени тех страха и смятения, которые так явно читались во взглядах остального семейства.
Схватив девушку за руку, почтенная госпожа сжимала ее все сильнее и сильнее:
– Хорошо, хорошо, хорошо. Женщин и детей, всех, кто стар и млад, – всю семью Хуа я вверяю в твои руки.
Хуа Чжи улыбнулась. Затем поднялась и обратилась ко всем присутствующим:
– У нас есть всего лишь один большой час[21]. Сейчас прошу всех вас вернуться в свои покои и собрать вещи. Забирайте все, что сможете унести. Для начала нам нужно покинуть это место.
Третья невестка нерешительно спросила:
– Покинув это место… Куда мы потом отправимся?
– Куда бы мы ни держали путь, сперва нам нужно уйти отсюда, – раздался звонкий голос Хуа Чжи. – Это резиденция высшего чиновника второго ранга ступени «цун». Дедушку разжаловали, и мы, соответственно, потеряли всякое право жить здесь.
– Отправимся в усадьбу, что к югу от городской стены, – подхватила почтенная госпожа. – Ее у нас не отнимут.
Никто из присутствующих так и не спросил, почему тот дом не станут изымать. Кто-то все-таки осмелился взвалить на себя эту ношу и принять такое решение, а женщины сего семейства, уже до смерти перепуганные происходящим, ныне лишь просто молили о каком-нибудь спокойном пристанище.
– Не забудьте захватить наколенные пластины и наручи, которые дедушка, отец и остальные мужчины надевают зимой. И действуйте быстро.
В подобный момент никто не посмел оспаривать, правильно поступала Хуа Чжи или нет. Главная госпожа взглянула на свою дочь и, увидев, как та кивнула ей, поспешно крепко схватила за руку едва было не отнятого у нее сына и отправилась с мальчиком собирать вещи.
Хуа Чжи обернулась и посмотрела на бабушку, которая уже успела подняться и оперлась на нянечку Су. По выражению лица женщины казалось, что она теперь немного успокоилась. Не дав внучке ничего сказать, почтенная госпожа махнула рукой:
– И ты тоже быстрее ступай собирайся. Ради нашей семьи Хуа я тоже все вынесу.
– Нужно оставить при себе способных людей, чтобы можно было спланировать нашу дальнейшую судьбу, бабушка. Эта партия еще не сыграна, это не исход, определяющий целую вселенную. У нас еще есть шанс переломить сложившуюся ситуацию. – Хуа Чжи слегка поклонилась и вместе с несколькими служанками быстрыми шагами покинула сию комнату. Два часа – это и правда было совсем немного.
Почтенная госпожа, прикрыв глаза, внезапно рассмеялась:
– Раньше я никак не могла понять, почему почтенный господин пренебрегал воспитанием других своих одаренных внуков, но так горячо любил Чжи-эр. Разве она не была всего лишь послушным ребенком? Так подобных девушек и во многих других семьях немало имеется. И только теперь я, кажется, наконец все поняла. Мой супруг ничуть не ошибался, это я не смогла тогда ее разглядеть.
– Верно, и я раньше не замечала в старшей барышне такой смелости и решительности.
– Пойдем, помоги мне вернуться в свои покои. Времени у нас осталось совсем немного.
Едва достигнув собственного двора, Хуа Чжи тут же принялась раздавать указания:
– Вытаскивайте все вещи и делите на пять кучек – каждая из нас возьмет по одной. Постарайтесь захватить как можно больше одежды на каждый из сезонов. Насчет остальных вещей: если сочтете их нужными, то тоже берите.
Войдя в покои, каждая из девушек взялась за порученное ей задание. Няньцю принялась расспрашивать, пока упаковывала вещи:
– Нас будут обыскивать на выходе из резиденции?
– Да не должны. Они уже и так весь дом осмотрели. А если станут бросать камни на упавшего в колодец[22], то только навлекут на себя гнев вдовствующей императрицы.
Баося вдруг осенило:
– И то верно! Женщин рода Хуа спасла именно императрица-мать. Если они примутся нас обыскивать, разве это не станет проявлением с их стороны неуважения к ее величеству?
Хуа Чжи подошла к внутренней части бабучуан[23]. Шкафчик оказался открыт, а по книгам было видно, что их уже кто-то просматривал – вероятно, проверяли, не спрятали ли там серебряные бумаги. А рядом на полу валялись еще два тома.
Она отыскала в шкафчике три книги и сложила их в свой узелок. Прекратив собирать вещи, она села и принялась обдумывать дальнейшие действия.
Дедушка с отцом вместе служили при дворе, занимая там чиновничьи посты в одном и том же ведомстве. Поэтому наверняка их прямо там, на месте, лишили официальных одежд и без промедления отправили в ссылку. А охрана внутренних покоев дворца как раз прибыла в резиденцию семьи Хуа для изъятия имущества. Обыск всего дома занял примерно пару часов. Если добавить к этому время до и после осмотра усадьбы, то дедушка с отцом, должно быть, провели в дороге уже четыре часа. Ей необходимо сделать кое-какие приготовления. Они не могли вот так просто уйти. На севере страны морозы наступали рано. К тому времени, как дедушка с отцом туда доберутся, уже наверняка похолодает, а ведь сейчас на них по-прежнему была лишь легкая одежда…
Потерев лоб, Хуа Чжи закрыла глаза и принялась все тщательно обдумывать. Она и не заметила, как быстро пролетело время.
Глава 4
Переезд в старую усадьбу
– Барышня, время почти вышло.
Хуа Чжи открыла глаза и, увидев в комнате лишь пять небольших свертков, недоумевающе посмотрела на четырех служанок.
Инчунь, придерживая свою хозяйку, повела ее к выходу и тихонько все объяснила:
– Крупные вещи заблаговременно вынесли из вашего дома.
Хуа Чжи более не стала расспрашивать девушку и направилась прямиком во двор своей матушки. У самого входа она столкнулась с младшим братом, который в этот момент как раз выходил из покоев матери.
– Сестрица! – Хуа Болинь быстренько подошел к ней и бросил на девушку нетерпеливый взгляд. Тревога в глубине его глаз заставила сердце Хуа Чжи сжаться в груди. Старший сын и наследник главной ветви их рода, с детства воспитываемый в достатке, не разрыдался, столкнувшись с такой бедой, как это сделали остальные дети. Одно такое поведение с его стороны уже выглядело весьма недурно. Вероятно, он еще и мать как следует утешил, пока та лила слезы. Раньше она непременно похвалила бы его, приговаривая, что ему, еще ребенку, не стоит взрослеть слишком быстро. Но сейчас она не могла позволить себе так поступить.