Куив Макдоннелл – Странные времена: предвиденные происшествия с бессмертными (страница 36)

— Простите, кажется, это прозвучало так, будто я осуждаю однополые отношения, — спустя минуту пробормотал Стерджесс. — Я имел в виду, что ваш муж слишком богатый и высокомерный, с моей точки зрения.

— Все в порядке, — ухмыльнулась Ханна. — Я все именно так и поняла.

— Я уроженец Манчестера в десятом поколении, — неуверенно сообщил Стерджесс, ненадолго утратив стальное самообладание и выглядя слегка растерянным. Следовало добавить, что это выражение лица ему очень шло. — У меня наследственные мозоли в отношении правящего класса на обеих ногах.

— И поэтому вы пошли работать в полицию? Чтобы иметь возможность засадить в клетку как можно больше важных птиц?

— Если бы причина заключалась в этом, то меня ждало бы серьезное разочарование. Наша система правосудия устроена таким образом, чтобы ловить исключительно… — Его горячую тираду прервал надсадный кашель Ханны. Отлично, похоже, она теперь еще и заболела. — Звучит не слишком хорошо. Хотите запить? — Стерджесс, не глядя, протянул руку к заднему сиденью и предложил пассажирке диетическую колу.

— Не надо, благодарю. Я в порядке. А вы, как посмотрю, большой поклонник? — Ханна показала на скопление пустых банок с этим напитком у себя под ногами.

— Можно и так сказать, — помещая колу в держатель, усмехнулся Стерджесс. — А еще у меня есть болеутоляющие таблетки, если нужно. — Он открыл бардачок, продемонстрировав целую мини-аптеку.

— Ничего себе!

— У меня ужасные мигрени.

— Да у вас тут, похоже, половина лекарств Манчестера.

— Ага. К счастью, у меня есть знакомые в наркоотделе. Они и снабжают таблетками. — Машина как раз остановилась на светофоре, Стерджесс повернулся к собеседнице, заметил ее широко распахнутые от ужаса глаза и рассмеялся. — Это была шутка.

— Ясно.

Их взгляды встретились, и Ханна неуверенно улыбнулась. Боже, неужели они теперь перешли к флирту? Этот человек всего несколько часов назад арестовал ее! Смущенная девушка отвернулась и принялась наблюдать в боковое окно за женщиной, которая в одной руке тащила тяжелую сумку с покупками, а в другой — ребенка в теплой куртке. Мальчишка со счастливым видом прыгал по лужам и, похоже, единственный на много миль вокруг наслаждался жизнью.

— Итак, ваш начальник — довольно необычная личность, — направил разговор в деловое русло Стерджесс.

— Какая плавная смена темы, — сухо заметила Ханна.

— Никогда не отличался хитроумием и способностью вести светские беседы.

— Хорошо, что вы не считаете это своими сильными сторонами, иначе могли бы попасть в большие неприятности.

— Как думаете, почему он так уверен, что смерть Саймона Браша не была самоубийством? — продолжил расспрашивать инспектор, сворачивая на улицу, где находился дом Мэгги.

— Мне кажется, дело скорее в раздражении на работу полицейских, которые сразу же предположили, что Саймон покончил с собой.

— К вашему сведению, я пока не делал никаких выводов, — спокойный голос Стерджесса звучал слегка обиженно. — А расследование веду именно я.

— Рада слышать.

— К каким заключениям пришел ваш босс?

— Боюсь, вам придется задать этот вопрос ему.

— Я пробовал. Прошло не слишком удачно, — вздохнул Стерджесс, сворачивая к дому Мэгги и глуша двигатель.

— Всегда можно сделать еще одну попытку. И зайти с другой стороны. Вдруг Бэнкрофт подобреет, если вы вернете его ружье, например, — предложение Ханны вызвало на лице инспектора недовольную гримасу. — Спасибо, что подвезли. Прошу прощения, что промочила вам сиденье.

— Ничего страшного, — заверил Стерджесс, а когда девушка напряженно улыбнулась и потянулась, чтобы открыть дверцу, добавил: — Я с ним встречался раньше, знаете ли.

— Что? — Ханна обернулась. — С Бэнкрофтом?

— Нет. С Саймоном. Вчера, на месте преступления в Каслфилде, где произошла другая необъяснимая смерть. Наверное, следовало обойтись с парнем чуть мягче.

— Вы же не могли знать, — едва слышно проговорила Ханна.

— Он… — Стерджесс неловко откашлялся. — Он сказал, что работает на вас… В смысле, на газету. И попытался сообщить мне свою дикую теорию по поводу загадочной смерти. Заявил, что у него есть свидетель, который заметил… — Инспектор снова замолчал и отвел глаза.

— Что-что?

— Понимаю, как глупо это прозвучит, но Саймон утверждал, что в смерти замешано сверхъестественное существо.

— И какое же?

— Разумеется, это полная ерунда.

— Конечно, — кивнула Ханна.

— Вот только… Если свидетель действительно существовал, то он мог знать что-то и о других смертях. Или чем еще занимался Саймон. Мне нужна эта информация.

— Послушайте, — вздохнула Ханна. — Он действительно не работал в газете. Не думаю, что кто-то из сотрудников в курсе, что затевал бедный парень.

— Понимаю. Что ж, спасибо за честность. — Стерджесс достал из внутреннего кармана пиджака визитку и написал что-то на обратной стороне. — Это мой личный номер телефона. Если вспомните хоть что-то, можете звонить мне в любое время дня или ночи.

— Хорошо, — проговорила Ханна, принимая визитную карточку и убирая ее в карман пальто, после чего открыла дверцу.

— Вы верите во все это? — спросил Стерджесс, когда девушка уже собиралась выйти.

— Во что?

— В то, что печатаете в своей газете. В сверхъестественное, — инспектор произнес последнее слово с таким видом, точно готовился встретить насмешку.

— Даже не знаю, — протянула Ханна. — Возможно, немного. Если говорить начистоту, то я проработала в «Странных временах» совсем недолго. А раньше не задумывалась о таких вещах.

— Да уж, прекрасно понимаю.

— В самом деле?

Стерджесс молчал очень долго, и Ханна решила, что ответа не последует. Она выбралась из машины и обнаружила, что ливень слегка утих и превратился просто в сильный дождь.

— Я не знаю… — донесся нерешительный голос инспектора, и девушка наклонилась, чтобы заглянуть в салон. Капли воды барабанили по крыше, поэтому пришлось прислушаться, чтобы различить следующие слова. — Во время расследований я повидал множество странных вещей. Потребуется немало времени, чтобы рассказать обо всех.

— Я бы с удовольствием послушала, — выпалила Ханна и покраснела от того, насколько откровенно это прозвучало.

— Конечно, почему бы и нет, — кивнул Стерджесс, после чего поморщился, открыл бардачок и достал баночку с таблетками. — А сейчас прошу меня простить. Кажется, приближается приступ мигрени.

Глава 25

Вера Вудворд резко проснулась и села.

В темной комнате вовсе не было тихо. Такой шум уже стал привычным за тридцать два года в основном счастливого брака. Деклан мирно храпел, окутанный пеленой глубокого сна. Некоторых из подруг ужасно раздражал этот звук, издаваемый их вторыми половинками, и они перепробовали все: вставляли себе затычки в уши, а мужьям подвязывали подбородки, надевали капы и подкладывали подушки с вибрацией. Но любые попытки обрести спокойный сон оказывались тщетными.

Вера же приспособилась к храпу, и теперь он ей вроде как даже нравился, успокаивал, дарил ощущение близости Деклана. Будучи женой и матерью, она постоянно тревожилась, и если бы могла, то заставила и обеих дочерей ночевать в ее спальне, чтобы всегда знать, где они находятся. Их с мужем заверили, что детей у них никогда не будет, но затем родились два маленьких чуда. Те, кто считают, что счастье и тревога не могут сосуществовать бок о бок, просто никогда не были родителями.

Одна из редких ссор между Верой и Декланом произошла тогда, когда он вынудил жену убрать из спальни шестилетних дочерей радионяню. Недавно им исполнилось четырнадцать. В прошлом году муж застал ее за просмотром сайта в интернете, где продавались плюшевые мишки со встроенными видеокамерами, и долго смеялся над гиперопекой Веры, а потом в тысячный раз попросил не беспокоиться так сильно. Она выдавила улыбку в ответ, но осталась при своем мнении. Деклан просто не мог осознать, что для тревог имелись основания.

Послышался легкий шум. Такой тихий, едва заметный, что можно было бы списать все на распаленное кошмаром воображение. Будильник на прикроватном столике показывал полчетвертого утра. Уже через три с половиной часа придется вставать, чтобы приготовить завтрак, отвезти детей в школу и заехать в ветлечебницу с Юпитером, чтобы сделать новые прививки, и только затем отправиться на работу. Следовало снова лечь, закрыть глаза и попытаться заснуть, но Вера знала, что проклятая тревога опять будет подкидывать одно дикое предположение за другим и скрестись на задворках сознания, не позволяя задремать, несмотря на усталость.

Поэтому сонная женщина осторожно села на постели, молча укорила себя за расшатанные нервы, но все же нацепила на ноги пушистые розовые тапочки с котятами и встала. Как же Вера ненавидела эти чудовищные шлепанцы! Однако это был подарок девочек на Рождество и приходилось их носить. Пару раз она даже оставляла лохматые недоразумения в коридоре в надежде, что Юпитер вернется к щенячьим привычкам и сгрызет тапки. Но пес так их и не тронул. Похоже, Вера слишком хорошо его воспитала.

— М-м… Хрм… Подай трубу на полдюйма… — пробормотал во сне Деклан и перевернулся на другой бок.

Вера улыбнулась. Она вышла замуж за мужчину, который грезил о сантехнических материалах.

Стараясь двигаться очень тихо, она прошла мимо спальни дочерей, затем, повинуясь внутренней потребности, вернулась и заглянула внутрь. Обе девочки крепко спали: Кира, как обычно, скинула одеяло и разметалась по всей кровати; Шивон же лежала так ровно и аккуратно, будто лишь притворялась дремлющей.