Куив Макдоннелл – Странные времена: идеальный джентльмен (страница 56)

– Ладно, ладно, – быстро сказал Стэнли. – Остановись. Пожалуйста. Давай обсудим всё как цивилизованные люди. – В отчаянии он взвесил возможные варианты действий, вернее, попытался придумать хотя бы один.

– Я уже сообщил, что именно меня интересует, – заявил мужчина с цветным лицом, еще чуть-чуть разводя ладони в стороны. – И не собираюсь повторяться.

– А-а! Ладно, я все понял! Я подрядился на небольшую работенку от «Странных времен».

– Что за работенка? – уточнил истязатель, усиливая растяжение так, что каждый мускул в теле Стэнли теперь вопил от боли.

– Я же рассказываю! Хватит! – взмолился он, не в состоянии даже утереть слезы, которые струились по лицу.

– О, я не планирую останавливаться.

– Дариус Уильямс. Проследить. За ним.

– Действительно?

– Пожалуйста! – выкрикнул Стэнли.

Он с отчаянием оглянулся на мучителя и за его спиной заметил тень движения. Затем что-то большое и тяжелое врезалось в затылок мужчины с разделенным на четверти лицом. Он тут же накренился вперед и скатился в овраг, на краю которого остался стоять Окс с каким-то бревном в руках, похожим на половину столба ограждения.

Спустя мгновение неведомая сила отпустила руки и ноги Стэнли. Он обессиленно наклонил голову, испытывая благословенное облегчение.

– Спа… – В эту секунду красный огонек над ним мигнул и исчез. – О-о…

Стэнли не издал ни звука, пока падал. Видимо, его тело расценило полет как улучшение ситуации по сравнению с предыдущим мучением. Похоже, полоса удачи еще продолжалась, и он приземлился на бессознательного истязателя. Но невезение также всегда сопровождало журналиста, поэтому его правая нога приложилась о камни и громко треснула. На этот раз он закричал.

В темноте подозрительные шорохи звучали особенно оглушительно. Потом его коснулась пара рук, и послышался голос Окса:

– Давай помогу. – Он наклонился над напарником, заметил бесчувственное тело мужчины в балахоне и побледнел: – Он ведь еще жив? Я его не прикончил, а?

– Ты беспокоишься об этом подонке? – недоверчиво поинтересовался Стэнли.

– Не хочу становиться убийцей.

На цветном лице незнакомца выделялись потеки крови. Ему разбил нос один из упавших сверху камней либо приземлившийся Стэнли. Несмотря на ранения, было видно, как вздымается и опадает грудь бессознательного мужчины.

– Он в порядке.

– Тогда быстрее валим отсюда, – поторопил Окс, пытаясь поднять крупного напарника. – Пока он не очухался.

– Моя лодыжка, – вскрикнул Стэнли. – Я ее сломал.

– Если твои вопли привлекут внимание приятеля этого весельчака, то сломанными наверняка окажутся и другие части тела, – пропыхтел Окс, смещаясь так, чтобы закинуть себе на плечо руку напарника, и помогая ему встать.

– Подожди секундочку. Я только… – Стэнли навалился на невысокого спутника, который пытался удержать его прямо, и со всего размаха обрушил левую ногу на пах мучителя.

– Полегчало?

– Немного.

Чтобы выбраться из глубокого оврага, потребовалось приложить немало усилий. И еще больше – чтобы отыскать дорогу к фургону почти в полной темноте, так как свет луны не проникал сквозь густую крону деревьев. Но самой сложной частью оказалась пытка мучительно медленным продвижением к цели, ожидая нападения в любую секунду. Организм Стэнли постоянно пробовал отключиться, и вряд ли можно было его за это винить.

Когда журналисты добрались до парковки возле железнодорожной станции, Окс прислонил напарника к ограждению и направился за фургоном сам. Преодоление вдвоем еще одного холма казалось непосильной задачей.

Стэнли заметил отсутствие внедорожника Дариуса Уильямса на парковке, но уже не сумел напрячь мозги и предположить, что это могло означать.

Спустя какое-то время Окс похлопал напарника по щекам, приводя его в чувство.

– Что?

– Ты вырубился.

Стэнли понял, что растянулся на земле. С огромным трудом маленький уфолог снова привел его в вертикальное положение и помог забраться на пассажирское место в фургон. Звук хлопнувшей с другой стороны дверцы и рокот двигателя донеслись до полуобморочного журналиста словно издалека.

– Эй, даже не вздумай, – окликнул его Окс. – Не отключайся опять. – И он резко вошел в поворот.

– Черт! – зашипел Стэнли от боли в лодыжке. – Полегче!

– Прости.

Недовольному пассажиру оставалось только крепко держаться и морально готовиться к новым мучениям, пока Окс безрассудно срезал углы, чтобы быстрее оказаться подальше от заповедника. Фургон поехал медленнее только тогда, когда свернул влево на главную дорогу.

– Так, теперь нужно доставить тебя в больницу.

– Зачем ты это сделал? – проворчал Стэнли и сам удивился неприкрытой злобе в собственном голосе.

– Что именно? – растерянно уточнил Окс.

– Зачем вернулся за мной?

– Ну… – Он не сумел облечь в слова очевидное.

– Я не просил тебя об этом! – Стэнли ударил ладонью по приборной панели. – Мне нужно улучшать карму, а не влезать в новые долги!

– Ты вообще нормальный? – Окс изумленно уставился на собеседника, отчего фургон вильнул. – Я только что спас тебе жизнь, неблагодарный придурок.

– Я об этом не просил.

– Невероятно, – покачал головой Окс. – Просто невероятно.

Глава 38

Эндрю стоял на самом краю крыши и упивался видом ночного города внизу. Зрелище было потрясающим. Улицы простирались под ногами, умоляя проявить к ним внимание.

Теперь он стал кем-то совершенно иным, сбросил старую кожу, избавился от ненужной уже личины Эндрю Кэмпбелла и превратился в мистера Реда – улучшенную свою версию. В самой глубине души он всегда считал себя хищником, но сейчас трансформировался в нечто большее, достиг высшей точки в цепи питания.

По зрелом размышлении, пожалуй, следовало задать пару вопросов тому наемнику, который так удачно постучал в дверь, прежде чем выпить его кровь, но голод и жажда иного рода – испробовать новые способности – толкнули на поспешный поступок. Что ж, и без того было ясно: кому-то захотелось убрать из игры лишнего участника. Они просчитались. Однако теперь важно подыскать правильную жертву, и именно поэтому мистер Ред поджидал того, кто принесет ему максимальное количество очков. Знаменитость – 100 баллов. Видео в качестве доказательства – еще 50. Плюс надбавка за общую сложность задачи и скрытность при ее выполнении.

Мистер Ред посмотрел на экран телефона, заметил появление новой точки и нажал на нее.

Так-так, что тут? О, как аппетитно.

Глава 39

Человеческий мозг, как подумалось Ханне, был во многих отношениях настоящим чудом. Взять хотя бы основные его функции: мышление, память, способность создавать такие невероятные вещи, как мороженое с шоколадной крошкой, самоконтроль при противостоянии искушению, чтобы не лакомиться мороженым с шоколадной крошкой на завтрак, обед и ужин. Бесспорно, все вышеперечисленное впечатляло, и это не считая великих достижений гениев, не говоря уже о необъяснимых явлениях вроде тех, когда пациенты с поврежденным мозгом приходили в себя, обладая недоступными им до того качествами: знанием иностранных языков, или внезапно обретенными навыками игры на фортепиано, или способностью целиком прочитать пользовательские условия любого программного продукта, не заработав при этом ужасной головной боли.

Так что да, в общем человеческий мозг был чудом в полном смысле этого слова. Но конкретно сейчас он причинял Ханне сплошные неудобства. Она чувствовала себя на грани изнеможения еще два часа назад, до вливания в кровь значительной дозы адреналина от встречи с настоящим вампиром, с клыками и всеми прочими атрибутами, который явился в редакцию просить убежища.

Он не смог сообщить никакой полезной информации, помимо своего имени, основных данных о себе и заверений, что никого не хочет кусать, невзирая на сильный голод. Когда Бэнкрофт решил пока не выдавать Леона Гибсона полиции и не пронзать его сердце покрытым чесночным соусом колом, главным приоритетом стало обеспечение гостя надежным убежищем – для его собственной и всеобщей безопасности.

Задачу осложняло то обстоятельство, что подруга Мэнни ясно дала понять: она не рада Гибсону на вверенной ее защите территории бывшей церкви Заблудших душ. Пришлось поместить его в подвале здания, куда дух не мог проникнуть, как ранее установили опытным путем. К тому же на добровольного пленника надели цепи из коробки с разными непристойными вещами, предположительно оставленной предшественником Бэнкрофта в его кабинете. К тому моменту Ханна слишком вымоталась от усталости и пережитого стресса, чтобы задавать вопросы, но все равно принесла с кухни пару резиновых перчаток, прежде чем коснуться хоть одного предмета из коробки.

Вид всхлипывающего Гибсона, который надевал на себя десятифутовые цепи и закреплял их к стене подвала под прицелом мушкетона Бэнкрофта, вызывал жалость у Ханны. Краем сознания она, конечно, понимала, что вампир способен на ужасные поступки, как покойный Филип Батлер, разорвавший глотку сторожу, однако в данный момент перед ней находился плачущий, перепуганный парень, выбитый из колеи своим превращением и не имеющий этому объяснения.

После всего пережитого Ханна наконец разрешила себе воспользоваться такси, забрела в квартиру, едва держась на ногах, и с трудом справилась с одеждой, после чего рухнула на кровать. На часах перевалило за полвторого ночи.

Именно в это время мозг Ханны, в прямом противоречии с требованиями остального изнуренного тела, принялся усиленно работать, пытаясь найти всему происходящему рациональное объяснение. Что значило появление Леона? Почему все – Основатели в лице доктора Картер, народец в лице их лидера, с которым беседовал Бэнкрофт, и Когз в лице, ну, самого Когза, обреченного говорить лишь правду, – в один голос твердили, что вампиров не существует? Что они представляют собой аллегорию. И вот теперь выяснилось, что их как минимум двое. Кто стоял за этим и почему? Нужно ли рассказать Стерджессу о неожиданном госте? Они обещали Гибсону не информировать органы правопорядка, но… А что но?