Куив Макдоннелл – Странные времена: идеальный джентльмен (страница 53)

– Вообще-то я имела в виду ненормального в труселях и с ружьем, но да, конечно.

– Что ж, мистер Гибсон… – начал главный редактор, проигнорировав шпильку протеже.

– Пожалуйста, зовите меня Леон.

– Что ж, мистер Гибсон, – повторил Бэнкрофт, – я строго придерживаюсь правила сохранять официальный тон с тем, кого могу застрелить при малейшей оплошности. И уверяю, что непременно так и поступлю, если потребуется. А сейчас мы вместе зайдем внутрь, и оставайтесь все время у меня на виду. Любое резкое или подозрительное движение – вообще любое движение, которое я сочту отклонением от маршрута из пункта А, нынешнего местонахождения, к пункту Б, моему кабинету, – и вы превратитесь в поджаренный кебаб с чесночной начинкой. Все ясно?

– Да, – кивнул Гибсон.

– Тогда в путь.

Они молча направились к главному входу в церковь. Добровольный пленник, чья жизнь в одночасье рассыпалась прахом, понуро брел первым. Ханна со Стеллой следовали за Бэнкрофтом, который держал Гибсона на прицеле. Помощница редактора сильно сомневалась, что Чехов сработает так, как описывал начальник, но главное, что в это верил Леон.

– Мы обязательно все наладим, – дала слово она, оборачиваясь к Стелле.

– Что? – спросила та.

– Интернет. Будешь пользоваться вай-фаем. Обещаю. И обещаю в этот раз сдержать обещание.

– Не обижайся, Ханна, но ты очень странная, – рассмеялась Стелла.

Они подошли к главному входу и остановились.

– Нужно обсудить, как преодолевать лестницу, – объявил Бэнкрофт. – Вкратце: двигаемся очень медленно.

Когда Гибсон занес ногу над первой ступенькой, из глубин церкви послышался низкий рык.

– Что за… – начала было Ханна, но тут же осеклась.

Внутренние двери напротив входа, ведущие в печатный цех, который также служил жилищем Мэнни, распахнулись настежь, и оттуда вылетел по воздуху обитатель – совершенно нагой и, по-видимому, спящий. Зависший над телом разгневанный ангел, наоборот, бодрствовал. Дух-защитник вился над носителем струйками дыма, образующими фигуру прекрасной воительницы с крыльями. Ее лицо искажала маска ярости. Все четверо кинулись наружу, когда подруга Мэнни промчалась к проему главного входа и зависла там на границе своей территории, указывая на Леона Гибсона.

Он вжимался в землю как раз за пределами досягаемости разгневанного ангела, который скрежетал на разные голоса, будто тысячи терзаемых душ завывали откуда-то издалека:

– Скверна! Кощунство!

Обвитый полупрозрачными эманациями шипящей и рычащей подруги, Мэнни крепко спал, словно младенец в люльке, устав после длинного выходного дня. Длинные белые дреды свешивались вниз и парили в воздухе.

Ханна только сейчас поняла, что вцепилась в Стеллу, и отпустила ее, быстро уточнив:

– Ты в порядке?

– Да, – кивнула стажерка.

– Итак, – объявил Бэнкрофт, медленно поднимаясь на ноги. – Похоже, наш суровый арендодатель не желает впускать мистера Гибсона в качестве нового жильца.

Леон так и остался лежать на земле, дрожа как осиновый лист и с ужасом таращась на фантом. Кажется, от страха новоявленный вампир прикусил нижнюю губу, и теперь по подбородку стекали струйки крови.

– Что это было? – прерывающимся шепотом спросил Гибсон.

– Лучше не знать, – откликнулся Бэнкрофт. – Очевидно, вы ей не понравились.

– И что теперь делать? – поинтересовалась Ханна.

– Найдем понимающего хозяина квартиры с посуточной арендой, – предложил главный редактор, с любопытством разглядывая добровольного пленника.

– Серьезно? – фыркнула Стелла.

– А что? – возмутился Бэнкрофт.

– Дам тебе минуту, чтобы додумался сам.

– И до чего же там я… – Он резко замолчал и прищелкнул пальцами. – У нас же есть подвал.

– Быстро. – Стелла издевательски похлопала в ладоши.

– Никому не нравятся зазнайки.

– И ты живое тому доказательство.

Они прервали обмен колкостями, чтобы с тревогой взглянуть на дверной проем, откуда донесся новый шум. В этот раз это оказался просто громкий зевок голого растафарианца, который потягивался и протирал глаза. Он осмотрелся по сторонам и озадаченно спросил:

– В чем дело? Мы опять ходили во сне?

– Можно и так выразиться, – кивнул Бэнкрофт.

Глава 36

Окс резко проснулся. Такое часто происходило в удушающей жаре фургона, где к зловонию и неудобному положению добавлялось и бормотание Стэнли Рукера. Честно сказать, услышанное сильно тревожило. Но даже хуже, чем разговоры во сне, был запах его ног. Невероятный, бьющий в нос смрад позволял отчетливо понять, насколько неправильно сложилась жизнь, раз уж приходилось вдыхать столь сомнительный аромат. Окс проводил на переднем сиденье фургона уже вторую ночь, потому что по-прежнему не мог придумать, каким образом уладить ситуацию с братьями Фентон.

Вышеупомянутые причины не давали как следует выспаться, но Окс все же снова попытался задремать, лишь бы не видеть голого Стэнли. Зрелище явно не делало и без того малоприятный опыт терпимее.

– Вставай, вставай! – выкрикнул напарник, колотя ногой в спинку сиденья.

– Ладно, ладно! Уже проснулся! – проворчал Окс, бросая взгляд на приборную панель: на часах показывало всего полтретьего утра.

– Та штука сработала, – объявил Стэнли. – Быстрее, быстрее!

Окс посмотрел на лежащий рядом телефон, на котором было открыто отслеживающее приложение. Теперь, когда затих грохот ног по спинке сиденья, стал слышен тихий писк, оповещавший, что машина Дариуса Уильямса перемещалась.

– Понял, понял, расслабься.

– Расслабиться? – взвизгнул Стэнли. – Наша цель удирает!

– Мы можем видеть, где он находится, – попытался успокоить его Окс, показывая на мигающую синюю точку, обозначавшую местоположение Дариуса Уильямса, вернее, его внедорожника. – Не кипешуй, а то инфаркт схватишь. – Он передвинулся, садясь за руль.

– Эй, даже не вздумай! Ты не поведешь фургон.

– Нужно спешить, а тебе, Стэнли, нужно сначала одеться, – запуская двигатель, прокомментировал Окс.

Через десять минут напарники сумели отследить мигающую точку по карте и получить визуальное подтверждение, что в машине действительно находится Дариус Уильямс. Только тогда Стэнли немного успокоился. Он совершенно не доверял технологиям. После этого журналисты держались вне поля зрения объекта наблюдения, который иначе мог бы заметить их, так как ночное движение по плотности сильно уступало дневному. В конце концов Уильямс свернул вправо на дорогу, знакомую Оксу.

– Впереди будет Клифтонский заповедник. Я знаком с одним парнем, который выгуливал там собаку.

– С парнем? – переспросил Стэнли.

– А что, какие-то проблемы? – бросив на него взгляд в зеркало заднего вида, уточнил Окс.

– Нет, просто…

– Что?

– Не пропусти – цель остановилась.

– Наверное, заехал на парковку, – посмотрев на карту, предположил Окс, сворачивая на обочину.

Дорога, ведущая к парку, вилась через пригород, который выглядел совершенно обыкновенным и почти безлюдным в столь ранний час. Напарники несколько минут молча наблюдали за синей точкой на экране телефона. Она оставалась неподвижной.

– Похоже, Уильямс прибыл в пункт назначения, – наконец вздохнул Стэнли. – Давай, лучше добраться туда пешком.

Янтарные круги света от уличных фонарей указывали путь по тротуару. Хотя безоблачное небо и без того позволяло луне беспрепятственно заливать неяркими лучами мир внизу. Черная кошка замерла на дорожке перед журналистами, зашипела и убежала прочь.

– Что Уильямс тут забыл в такое время? – проворчал Окс.

– Уверен, он приехал, чтобы перепихнуться. Дело почти всегда сводится к этому.

– Может, в твоем мире так и есть, но у парня сногсшибательная красотка-жена сидит дома.

– Тебе-то откуда знать?