Куив Макдоннелл – Странные времена: идеальный джентльмен (страница 44)

– О, – проговорила Стелла, ошарашенная тоном собеседницы.

– Извини. Просто… Ты должна понять: я стараюсь держаться в тени, подальше от всего магического. Мой муж и дети не знают о моих способностях, и мне бы хотелось, чтобы так и оставалось. Я избегаю любых контактов с народцем, скрываюсь. По крайней мере, так было до того, как тот маньяк нас похитил. – Вера взяла спутницу за руку. – Кстати, у меня до сих пор не возникало возможности поблагодарить тебя за спасение моей жизни. Если бы не ты… – Стелла застыла от неожиданности, когда собеседница быстро ее обняла и столь же быстро отстранилась. – Прости меня.

– Хватит уже извиняться, – неловко выдавила девушка. – Вы тоже меня простите за то, что подкараулила вас на работе. Я только… Мне надоело все время бояться. Надоело не знать, что происходит.

– Я понимаю, – вздохнула Вера, продолжив путь. – Хотя не думаю, что мне удастся помочь.

– Кто мы такие? – выпалила Стелла, чувствуя, как ускоряется пульс при звуке так давно терзавшего ее вопроса.

– Сложно ответить. Если говорить о том, кто я, то самое близкое определение будет «ведьма». Хотя нам и не нравится это слово. Сейчас в нашем кругу больше распространен термин «практикующий заклинатель», потому что «колдун» и «ведьма» зачастую используются с негативной коннотацией. Плюс многие гадалки и любители посыпать толченые травы вокруг унитаза направо и налево так себя называют. Но да, полагаю, суть от этого не меняется.

Вера остановилась на берегу пруда, и Стелла подошла к ней. Некоторое время они наблюдали, как несколько уток дерутся из-за куска хлеба, который бросил в воду маленький мальчик, пока его мать держалась сзади на случай, если ребенок потеряет равновесие.

– Тогда кто же я такая?

– Боюсь, я не знаю ответа на этот вопрос, – вздохнула Вера, поворачиваясь лицом к спутнице. – Когда ты… Когда твои способности вырвались на свободу в том кошмарном месте… Ничего подобного я никогда раньше не видела. Попробую объяснить понятнее. Такие как я, то есть заклинатели любого рода, мы все направляем магию. Ты же… Ты и есть магия.

– Кто может сказать, кто я такая?

– Детка, понимаю, почему тебе хочется это знать, – поморщилась Вера. – Честное слово, понимаю. Но от всей души советую не допытываться. Что бы ты собой ни представляла, это что-то невероятно могущественное. Увы, в нашем мире многие захотят тебя использовать.

– Но я должна выяснить, как контролировать свои способности, чтобы не причинить вред кому-нибудь.

– Понимаю. Уверена, тебе ужасно страшно, но вряд ли кто-то обладает информацией о том, кто ты такая. На твоем месте я бы оставила все как есть.

– В том и дело. Кто-то уже узнал обо мне и поставил ловушку в нашем здании, чтобы попытаться меня похитить.

– Что? – переспросила Вера, даже не стараясь скрыть страх.

– Ага. Люди, которые меня вырастили…

– Прости, детка, – прервала она Стеллу. – Пожалуйста, больше ничего мне не рассказывай.

– Но…

– Ты должна понять: если я узнаю слишком много, то стану опасной для тебя.

– Я вам доверяю, – тихо произнесла Стелла и сама различила умоляющие нотки в своем голосе.

– Напрасно, – пробормотала Вера, отворачиваясь. – Конечно, мне очень хотелось бы тебе помочь, очень-очень хотелось бы, однако у меня есть дети. В обмен на их безопасность я не колеблясь расскажу все, что знаю, если не будет иного выбора.

– Ясно, – проговорила Стелла, стараясь выглядеть сильнее, чем себя чувствовала, быстро вытирая рукавом слезы. – Я понимаю.

– Именно поэтому я и заявила мистеру Бэнкрофту, что не стану разговаривать с тобой. Что не смогу тебе помочь.

– Бэнкрофт приходил к вам? – ошарашенно уточнила Стелла.

– Да, – с удивлением подтвердила Вера. – Прости, я думала, что ты об этом знала. Он заявлялся ко мне домой пару раз.

– А-а.

– И я сказала ему то же самое, что и тебе сейчас: не нужно доискиваться до правды. Она может вам и не понравиться.

– Вам легко говорить, – прокомментировала Стелла. – Спасибо за уделенное время.

С этими словами она зашагала прочь.

Глава 31

Детектив-инспектор Стерджесс начинал ненавидеть переговорные комнаты. Он и раньше не слишком любил обязательные совещания в полиции Манчестера, но сейчас, освобожденный от этой тягостной повинности, постепенно приходил к выводу, что сами помещения вызывают не меньшее раздражение, хотя и не мог точно определить, в чем тут дело.

Отчасти, видимо, в картинах, непременно развешанных на стенах. Создавалось впечатление, что целое направление живописи было посвящено тем невыразительным пейзажам, которые не только выглядели совершенно безобидно на любой вкус, но и не отвлекали внимание от совещания, каким бы скучным то ни оказалось. Обычно изображалась лодка среди обширной водной глади. Иногда – дерево. В некоторых случаях – птица. Главный трюк заключался в полном отсутствии достаточных деталей или реалистичности, чтобы не позволить мыслям участника переговоров перенестись к мечтам о свободе и природе, без костюмов, галстуков и презентаций в PowerPoint.

В этой конкретной комнате совещаний на картине красовался схематичный рисунок сидящей на дереве птицы, которая смотрела на лодку в море поодаль. Стерджесс с трудом подавлял иррациональное желание сорвать изображение и разбить его на куски. Однако, хотя помещение и принадлежало крупной преуспевающей фирме, полотно было надежно привинчено к стене.

Он уже задумался, какой же низкий уровень самооценки должен быть у предполагаемого вора, чтобы покуситься на данную конкретную непрезентабельную картину, когда дверь в комнату распахнулась и внутрь вошел высокий, атлетически сложенный мужчина с довольно длинными волосами, довольно близко посаженными глазами и довольно большой щербинкой между передними зубами. Стильный костюм сидел на нем как влитой. Стерджесс никогда не видел изображения Кита Харпендена, но этого и не требовалось: выражение тревоги на его лице отчетливо давало понять, кто он такой.

Детектив-инспектор поднялся на ноги и показал свое удостоверение.

– Здравствуйте, мистер Харпенден, я офицер полиции Манчестера Том Стерджесс. С вами очень тяжело связаться.

– Простите, – нервно улыбнулся собеседник. – Я был на совещании.

– Именно так мне и сказали. Моя коллега звонила вам вчера, а я пытался поговорить с вами сегодня рано утром.

– В самом деле? – неискренне удивился Харпенден. – Извините, я потерял телефон.

– Сочувствую. Пожалуйста, присаживайтесь. – Они оба заняли места за столом друг напротив друга. Стерджесс достал блокнот и ручку. – Не возражаете?

– Нет, конечно нет.

– Благодарю. Буду с вами откровенен, у меня слишком мало времени, чтобы ездить в Лидс, особенно при учете вашего проживания в Манчестере, однако у полиции возникла срочная необходимость побеседовать с вами, о чем мы с коллегой ясно дали понять при попытках позвонить, оставив немало голосовых сообщений.

– Правда? – вздохнул Харпенден. – Что ж, как я и сказал, телефон потерялся. Воды?

– Нет, спасибо.

Собеседник налил себе стакан из стоявшего на столе графина слегка дрожащей рукой.

– Полагаю, вы уже знаете, чем вызвана наша встреча, – продолжил Стерджесс.

– Боюсь, что нет.

– Интересно. Что ж, мне жаль выступать гонцом, принесшим плохие вести, но Филип Батлер мертв.

– В самом деле? Ого, – покачал головой Харпенден, которому явно не светила карьера актера.

– Так вы об этом не знали?

– Ну да… Я что-то слышал, но… Не слишком поверил.

– Понятно. И у вас не возникло желания позвонить другу? Выяснить, правдива ли информация?

– Я… – Харпенден замялся. – Очевидно, что из-за отсутствия телефона мне это не удалось.

– Конечно, – улыбнулся Стерджесс. – Действительно, вы уже об этом говорили. – Он постучал себя пальцем по виску. – Память иногда меня подводит.

– Со всеми иногда случается, – выдавил ответную улыбку собеседник.

– Верно, верно. Итак, когда вы в последний раз встречались с Филипом Батлером?

– Кажется, несколько недель назад? – задумчиво надув щеки, выдохнул Харпенден. – Столкнулся с ним в пабе. Забыл уже, где именно. Моя память тоже не всегда работает идеально.

– Понимаю. А в эти выходные вы с ним контактировали?

– Э-э…

– Помогу вам: да. Вы получили от мистера Батлера SMS-сообщение.

– Правда?

– Правда, – отрезал Стерджесс. – И даже ответили на него. Полиция располагает вашими телефонными выписками.

– А-а, – протянул Харпенден, нервно ерзая на месте. – Точно, теперь припоминаю.

– О чем шла ваша переписка?

– Да о каких-то пустяках, – поджал он губы. – Если честно, я даже не совсем понял Фила, подумал, что он отправил сообщение по ошибке.