Куив Макдоннелл – Странные времена: идеальный джентльмен (страница 45)

– Ясно. Ну, по крайней мере вы теперь знаете, что в воскресенье телефон еще был при вас. Это поможет сузить круг поисков. – Получив в ответ только краткий кивок, Стерджесс достал из кармана свой несовременный аппарат. – Прошу меня извинить.

– Мне выйти? – Харпенден показал на дверь.

– Нет, это не займет много времени, – покачал головой детектив-инспектор. – Я всего лишь… – Он ткнул в экран, и пару секунд спустя внутренний карман пиджака собеседника начал вибрировать, отчего тот густо покраснел и явно смутился. – Вы только посмотрите, кажется, мне удалось обнаружить ваш пропавший телефон.

– Да… Нет… Я нашел его в…

– Небольшой совет, – прервал Стерджесс, подняв палец. – На вашем месте я бы перестал закапывать себя еще глубже. Такой умный человек, как вы, наверняка понимает, что обманывать офицера полиции при исполнении не самая лучшая идея.

Харпенден ничего не ответил, лишь нервно облизнул пересохшие губы.

– Конечно, я понимаю ваши опасения при виде собеседника в форме после малоприятных событий прошлого года, – прокомментировал Стерджесс.

– Разве так уже необходимо вспоминать о том инциденте?

– Вы имеете в виду обвинение в попытке изнасилования после того, как подмешали снотворное в напиток одной девушке, встреченной в ночном клубе?

– «Обвинение» – ключевое слово, – помрачнев, заявил Харпенден и откинулся на спинку кресла.

– Вне всяких сомнений, – согласился Стерджесс. – Хотя я просмотрел записи с камер видеонаблюдения. Выглядит не слишком хорошо. Даже инкриминирующе, вообще-то.

– Всего лишь небольшое недоразумение.

– Конечно, – не стал спорить детектив-инспектор. – Я поговорил с коллегой, который работал над делом. Похоже, жертва нападения отозвала заявление, хоть и после того, как ваша семья наняла частного детектива, чтобы разрушить репутацию пострадавшей. А затем, если верить слухам, откупилась от нее десятью тысячами фунтов с условием исчезнуть. По-моему, она сейчас находится в Австралии.

– Я не собираюсь это выслушивать. – Харпенден встал. – Кроме того, тогда мне приходилось тяжело. Несколько неудачных решений еще не определяют человека. Плюс я усвоил урок и даже посещал психолога, который помог принять себя, обрести настоящую любовь и найти нашего спасителя Иисуса Христа.

– Правда? – приподнял брови Стерджесс. – Поздравляю. Дам знать команде по розыску пропавших людей – они будут в восторге. И где же он все это время обитал?

– Если вы явились сюда, чтобы меня оскорблять, тогда можете связаться с моим адвокатом. – Харпенден повернулся к двери.

– Сядь.

– Что?

– Ты меня слышал. Сядь.

– С какой стати?

– Очень просто, – с легкой угрозой в голосе ответил Стерджесс. – Та девушка-секретарь – Ивонн, кажется? – выглядела весьма приветливой и сгорала от нетерпения узнать, зачем я здесь. Уверен, она любит посплетничать.

– Это запугивание, – едва слышно сказал Харпенден.

– А как тогда назвать получение матерью жертвы несостоявшегося изнасилования фотографий обнаженной дочери?

– Я не…

– Мне. Абсолютно. Наплевать. Ты же этому не помешал? Что, был слишком занят разговорами с Иисусом и не знал, какими способами твоя семья разгребает за тобой дерьмо? И да, я в курсе, на что способен твой папочка. Он может сколько угодно играть в гольф с главным инспектором полиции, но поверь, в случае со мной этот номер не сработает. Так что сядь немедленно, Кит, или в следующий раз, когда в радиусе пятидесяти миль от тебя какой-нибудь девушке подсыплют что-то в напиток, мои приятели из местных органов правопорядка первым делом придут к тебе в офис и начнут задавать неприятные вопросы.

– Разве вы сами никогда не совершали ошибок, детектив-инспектор? – падая в кресло как обмякший мешок, спросил Харпендер, утратив весь свой пыл.

– Совершал, и немало, – вздохнул Стерджесс. – Хотя и не такие. К счастью для тебя, я явился сюда не ворошить давние дела, а расследовать убийство. Ты же последний, кто общался с Филипом Батлером. Мне пришлось потратить свое время, чтобы приехать в чертов Лидс для беседы с тобой. Поэтому настоятельно советую прекратить уклоняться от ответов и побыстрее начать сотрудничать.

– Расследование убийства? Я слышал, что Фил покончил с собой.

Стерджесс чертыхнулся про себя, так как не планировал раскрывать карты, и проигнорировал вопрос, усиливая напор:

– Как вы с Филипом Батлером познакомились?

Харпенден на несколько секунд обхватил голову руками, прежде чем провести пальцами по струящимся локонам, откидывая их, и наконец заговорить:

– Ладно, я все расскажу. Мы встретились на курсах по пикапу пару лет назад.

– На каких курсах?

– Ну, по съему красоток, мастерству обольщения, – пояснил Харпенден с легким смущением. – Это обучение проходило в Лондоне. Нам рассказывали, как правильно общаться с женщинами.

– Учитывая, что случилось потом, надеюсь, тебе вернули деньги. Ладно, вы познакомились с Филом именно тогда?

– Да, – кивнул собеседник, откидываясь на спинку кресла и складывая руки. – Мы оба родом из Манчестера, вот и решили объединиться. Вдвоем с приятелем легче подкатывать к девчонкам.

– Ясно. После курсов вы с Филипом часто общались?

– Какое-то время да. Потом у меня появились проблемы, и мы отдалились.

– И почему же?

– Вы бы стали тусоваться в клубах, имея такую репутацию, как у меня? – сузив глаза, поинтересовался Харпенден.

– Мне сложно ответить, так как я никогда не совершал того, что сделал ты, – прокомментировал Стерджесс, понимая, что набрасывается на того, кто уже сотрудничает, но не в состоянии удержаться от ремарки. Его выводил из себя этот тип. – И всё же вы поддерживали контакт с Филом?

– Ну да, немного общались.

– Он когда-нибудь упоминал о своем желании изменить свою внешность? – продолжил допрос Стерджесс, переводя взгляд на птицу, которая сидела на дереве и смотрела на лодку в море.

– Пожалуй. Говорил, что отбелил зубы. Как-то обсуждал, не сделать ли пересадку волос.

– Понятно. Ничего более… радикального?

– Радикального? – с искренним недоумением повторил Харпенден. – Например?

– Неважно, – пожал плечами Стерджесс. – А мистер Батлер рассказывал о своей работе в «Мягких касаниях»?

– Немного. Ну, понимаете, он же тестировал приложение для знакомств. Само собой, эта тема всплывала в наших разговорах.

– И в каком же ключе?

– Мы оба были зарегистрированы там, – пояснил Харпенден. – Как и половина города. Конечно, и другими приложениями тоже пользовались. То есть чем шире закинешь сети, тем больше рыбы попадется.

– Понятно. А проявлял ли Филип интерес к оккультизму?

– Чему?

– Оккультизму. Магия, вампиризм и прочие подобные вещи.

– Нет, – рассмеялся Харпенден. – С какой стати Филу заниматься всякой ерундой для шизиков? Телки на такое не клюют.

– Ты бы удивился. Были ли у Батлера другие хобби или интересы?

– Это какие?

– Любые, – нахмурился Стерджесс, откидываясь на спинку кресла. – Предположительно, он не проводил все свое время, пытаясь подцепить на удочку беззащитных девушек.

– Послушайте, – вздохнул Харпенден, – чего не знаю, того не знаю. Кажется, он играл в мини-футбол и ходил в тренажерный зал. Это все, что я помню из наших разговоров.

– А как насчет книжного клуба? – уточнил Стерджесс, держа в уме утреннюю беседу с Шивон.

– Книжный клуб? – насмешливо фыркнул Харпенден. – Вы что, шутите?

– Нет.

– Фил постоянно трепался о том, как отстойно читать. Говорил, что кино и телевидение уже давно вытеснили книги. Он даже не заглянул в пособие по съему, которое рекомендовали на курсах. Не верю, что такой закоренелый библиофоб мог посещать клуб, где нужно обсуждать романы.

– Чужая душа – потемки. Я вот, например, недавно познакомился с бывшим клофелинщиком, который нашел Бога.

– Мы закончили? – холодно спросил Харпенден, сверля собеседника неприязненным взглядом.

– Мы закончим тогда, когда я скажу. Итак, были ли у Филипа другие приятели помимо тебя?