Куив Макдоннелл – Последние поручения (страница 63)
— Извини, что не оправдала твои хлопоты, но эта маленькая уловка двойного агента была раскрыта. Спасибо, что передал сообщение брату, ты сделал именно то, что мы хотели. Но, боюсь, то, что по твоему плану должно было случиться сегодня вечером, определенно не произойдет. Если я загляну в твою спальню, найду ли я там маленькую скрытую камеру? Готова спорить, так и есть, скользкий кусок говна!
Энто в замешательстве посмотрел вниз, почувствовав, как что-то закапало ему на штаны. Он понял, что это его же слюна из его же собственного рта.
— На самом деле, — продолжила Бриджит, — это еще не все. Нечто интересное обязательно случится, правда, не совсем так, как ты представлял, уж будь уверен…
Энто попытался встать. Мир завертелся вокруг своей оси.
Потом пришла пустота.
Он лежал на полу без сознания.
— Ты определенно облажался.
Глава сорок восьмая
Детектив-суперинтендант Сьюзан Бернс, или, как до сих пор настырно называл ее старший брат Кит, Малышка Сьюзи, припарковала машину у въезда в тупик. Девяностоминутная поездка до Мейнута оказалась предсказуемо адской. Она насчитала сорок семь случаев неосторожного вождения. При желании она могла бы заполнить каждую тюремную камеру в радиусе восьми километров людьми, которые считали, что правила дорожного движения придуманы для кого-то другого, но только не для них.
Отсюда она уже слышала музыку, доносящуюся из дома брата. Его двухквартирный дом был украшен таким количеством рождественских гирлянд, что его можно было заметить из космоса. Бернс сделала глубокий вдох. С минуты на минуту она будет вынуждена вступить в вежливую беседу с людьми, опередившими ее на четыре стакана. Ее невестка сделала несколько чрезвычайно толстых намеков на то, что к ним явятся друзья Кита по работе. Все они работали инженерами в Intel. Каждый раз ей приходилось улыбаться одним и тем же несмешным шуткам про то, как было бы неплохо иметь наручники в доме. Может, пора уже сообщить родственникам, что она лесбиянка?
Она не была лесбиянкой, но искушение использовать это как способ ставить окружающих на место иногда казалось непреодолимым. У нее имелась теория, что многие лесбиянки на самом деле вполне гетеросексуальные и счастливые одинокие женщины, которые не смогли вынести очередной неуклюжей попытки свести их с неким Найджелом, который когда-то катался на лыжах и болеет за «Эвертон»[68].
Протянув руку к заднему сиденью, Бернс взяла оттуда свитер. Она нашла его в секонд-хенде. Еще не хватало покупать это уродство новым! На этом конкретном уродстве был изображен северный олень с дико безумной ухмылкой. Если бы она встретила подобное существо в реальной жизни, она бы задержала его по подозрению в систематическом употреблении кокаина.
Бернс уже наполовину натянула свитер, когда раздался телефонный звонок.
— Господи, твою мать! Держи себя в руках, Кит, я уже иду!
Она просунула голову в горловину свитера. Звонил не Кит. На экране телефона высветилось совсем другое имя.
Она нажала на кнопку, чтобы ответить.
— Уилсон, если это касается твоих планов на отпуск, то мне очень жаль…
— Нет, босс.
— Окей.
— Мне только что звонил О’Мара с Пирс-стрит. Насчет Светланы Мэннис — женщины, которая работает в джаз-баре «Чарли». Сегодня в баре выходной, но она зашла, чтобы сделать сюрприз его владельцу Ноэлю Графо — подарить ему праздничный торт.
— Господи, только не говори, что…
— Он мертв, шеф. Они позвонили мне, потому что при нем нашлась моя визитка.
Детектив-суперинтендант Бернс потерла нахмуренный лоб:
— Причины естественные?
— Боюсь, что нет, босс. Сначала они подумали об ограблении, которое не задалось, но… Я сейчас туда еду, но О’Мара сказал, что, похоже, старика много били по щекам. Привязанного к стулу.
— Черт. Возможно, это простое совпадение?
На другом конце линии воцарилась тишина.
— Впрочем, — продолжила Бернс, — разве нам когда-нибудь так везет? — Она стянула дурацкий свитер. — Я сделаю несколько звонков. Сообщи, что обнаружишь на месте преступления.
— Да, шеф.
— Еще вышли отряд к дому мистера Макгэрри. Хочу узнать, не желает ли он зайти на позднюю беседу под глинтвейн.
— Да, шеф.
Она отключила связь, затем еще раз посмотрела на дом брата. Вздохнув, Бернс завела машину.
Глава сорок девятая
Веки дрогнули и открылись, уловив свет. Далекий свет.
Впереди он увидел дорогу, освещенную уличными фонарями, по которой медленно полз транспорт.
Потом заметил хлопья снега, падавшие на землю перед его глазами.
Затем немного с запозданием, но разум получил сообщение, которое кричало ему все тело.
Тело сотрясала дрожь.
Зубы стучали в голове, которая, казалось, была набита ватой.
Кстати говоря, голова чувствовала себя странно. Она мерзла. Кожа головы была…
Этого не может быть!
Затем в поле зрения появилась пара ног и женское лицо, склонившееся к нему с улыбкой. Бриджит Конрой.
— А вот и он! Пора вставать, проснись и пой! Ты скучал по волшебной рождественской стране чудес? Ну разве не прекрасен свежевыпавший снег? Из-за него все выглядит таким чистым, не правда ли? Я имею в виду в самом начале — пока снег не превратится в грязное говно на обочине. Возможно, тут можно было бы найти некую метафору жизни, но мне в лом.
Тело Энто постепенно собирало информацию. Причина, по которой было так холодно, заключалась в том, что он был гол. Абсолютно гол.
— Где я?
— И ты еще называешь себя настоящим дублинцем? Ты должен был узнать Феникс-парк. Хотя, по общему мнению, это одна из самых малопосещаемых частей города.
Он сидел на земле, на неприятной земле. Спина, похоже, была прислонена к стволу дерева. Что-то упиралось в задницу, в голые ягодицы. Веточки. Сосновые шишки.
— Что происходит… — пробормотал Энто и осекся.
Он поднес руки к лицу. К по-настоящему обнаженному лицу. Борода исчезла. Он поднес руки к голове. Волосы — все его волосы — исчезли. Он почувствовал что-то мягкое на лысой макушке. Он снял это и поднес к лицу. Его собственная шапка Санта-Клауса.
— Что за… Ты меня побрила? Сумасшедшая сука!
— Ну-ка! Следи за языком.
— Какого хера ты творишь? Это физическое насилие. — Ярость и холод наконец прояснили затуманенный разум. — Ты… ты накачала меня наркотиками!
— В самом деле? Видимо, ты исповедуешь в этом вопросе высокие моральные принципы, да?
Он попытался встать:
— Отдай одежду. Это не смешно.
— Ну, это вопрос скорее точки зрения. С того места, где стою я, очень даже смешно.
— Ты сумасшедшая…
— Имей в виду, я твоя единственная надежда на выход из затруднительного положения, так что давай скажи еще раз «сука» — и увидишь, что будет.
— Отдай одежду. Ты не имеешь права так поступать!
— Серьезно? А у тебя было право пытаться выставить меня своим маленьким скотским завоеванием? Было право накачивать Пола наркотиками и портить нам жизнь? Может, теперь у тебя есть право разрушать наш бизнес?
— Я позвоню в полицию. Ты сядешь в тюрьму.
Бриджит скорчила гримасу:
— Господи, это действительно испортит Рождество. Ладно, желаю приятно провести время в общении с природой.
Бриджит повернулась и пошла прочь. Теперь Энто увидел, что ее машина стоит примерно в шести метрах, укрытая темнотой.
— Подожди. Пожалуйста. Мне жаль!