Ксения Власова – Чужой мир (страница 65)

– Да? – неопределенно откликнулась я. Близость Дайса путала мысли и подавляла контроль над телом: я ничего не могла поделать с мурашками, покрывшими спину, с сердцем, рвущимся в объятия к внезапному гостю, со ставшими вдруг сухими губами, которые приходилось облизывать.

– Да. Я буквально преследовал твою помощницу, то взывая к ее великодушию, то переходя к угрозам. В какой-то момент она дрогнула, и вот я здесь. В домике тебя не оказалось, но я вспомнил, с каким трепетом ты относишься к океану, поэтому пошел на шум волн. И не прогадал.

– Не прогадал, – вынужденно согласилась я.

Какое-то время мы молчали. Меня сковало странное смущение, я боялась шелохнуться и испортить момент. Я не знала, зачем Дайс приехал, мне просто было хорошо рядом с ним.

Солнце наливалось багровым цветом и плавно двигалось к горизонту. Его красные лучи прорезали таинственно мерцающие дорожки на воде, в отблесках которых мне чудилась улыбка Дайса.

– Зачем ты это сделала?

Я вздрогнула и продолжила изучать узоры на воде.

– Сделала что?

– Зачем выступила в суде и подставила себя под удар?

– Не знаю. Не хотела, чтобы тебя казнили. – Я как можно равнодушнее пожала плечами.

Видимо, Дайс ждал несколько иного ответа. Его глаза разочарованно вспыхнули, но сам он потянулся ко мне. Его ладони опустились на мои щеки и замерли там.

– Это была моя проблема. Не твоя.

Я не стала вырываться из нежного захвата, но фыркнула:

– Интересная постановка вопроса.

Губы Дайса чуть дрогнули в улыбке, казалось, моя реакция его согрела, но он тут же посерьезнел.

– Майя, обещай мне: ты больше никогда не сделаешь ничего подобного. Это я должен защищать тебя, а не наоборот.

– Зачем же тебе защищать меня? – глухо спросила я. Прикосновение его пальцев опаляло.

– Ты знаешь зачем. – Дайс почти дословно повторил мои слова в тот вечер, когда мы остались в номере вдвоем.

Я сглотнула, открыла рот, но не успела возразить: Дайс притянул меня к себе. Одна ладонь скользнула на шею, чуть поглаживая чувствительную кожу, другая осталась на щеке. Его губы мягко захватили мои и не позволили проявить инициативу. Он целовал так, словно просил прощения, так, словно боялся, что его отвергнут.

Мне потребовалась вся сила воли, чтобы оттолкнуть его. Уязвленная женская гордость не могла оставить все как есть.

– В прошлый раз ты говорил, что все это, – я мстительно очертила указательным пальцем небольшой круг, намекая на нас, – неправильно и невозможно.

– Я был трусливым идиотом, – горячо признался Дайс.

И я поддакнула:

– И эгоистичным идиотом. Ты совсем не подумал обо мне. Не спросил, чего я хочу.

– Прости, – виновато шепнул Дайс и снова коснулся моих губ коротким жарким поцелуем. – Ты дашь мне второй шанс? Обещаю, теперь я всегда буду прислушиваться к тебе.

– М-м-м… Мне нравятся твои аргументы, – выдохнула я. Его дыхание на моих губах будоражило кровь и возбуждало фантазию.

Секунду Дайс озадаченно смотрел на меня, видимо, пытался сообразить, какие именно аргументы я имею в виду, а затем счастливо рассмеялся и поцеловал меня уже по-настоящему. Мир покачнулся и рассыпался фейерверком красок. На меня обрушились лучи света, и, ступая по утопающей в солнечных бликах дорожке, я не боялась ослепнуть. Я тянулась к теплу, втягивала трепещущим носом весенний ветер, наполненный шумом зеленых крон, и смело открывалась в ответ. Я знала, после косого летнего дождя где-то за спиной расцветает радуга.

Утреннее солнце щекотало глаза, и, по-прежнему не открывая их, я перевернулась на другой бок и пошарила ладонью, ища Дайса. Простыня еще хранила тепло его тела, так же, как и подушка – едва уловимый запах, но рука ощутила лишь пустоту. Я мгновенно проснулась, села и подтянула ноги к груди. С напряжением осмотрела пустую комнату, потянулась к халату и накинула его, лихорадочно путаясь в завязках. И все ж полноценно испугаться я не успела: порог перешагнул Дайс. Поднос в его руках мелодично позвякивал, босые ноги шлепали по деревянному полу как-то абсолютно по-домашнему. Из одежды на нем были лишь узкие штаны, поэтому я немного подвисла, с жадностью рассматривая обнаженный торс, – мысль, что теперь могу заявлять права на его тело, а не краснеть, смущенно пряча взгляд, бодрила лучше кружки кофе.

– Доброе утро! – хрипловато поздоровалась я и улыбнулась, поймав легкий, почти невесомый поцелуй в висок.

– Доброе, – откликнулся Дайс. Приземлившись на разобранную постель, он сложил ноги по-турецки, поставил на колени поднос и спросил: – Майя, ты позавтракаешь со мной?

– Конечно! – с ноткой возмущения согласилась я. – Знаешь, какая я голодная? Я сейчас съем даже ту ужасную бурду коричневато-желтого цвета, которую вечно таскает мне Айю.

– Ты не поняла. – Дайс покачал головой и, закусив губу, повторил вопрос: – Майя, ты разделишь со мной завтрак?

После бессонной ночи соображала я медленно, очень медленно, но даже до меня дошел истинный смысл этого предложения. Ошеломленно обмякнув всем телом, я удивленно взирала на Дайса. Я не думала о том, какими будут наши отношения. Вероятно, подсознательно считала, что их придется скрывать и не сильно горевала по этому поводу. Честно говоря, общественное мнение никогда не заботило меня, и ради Дайса, его карьеры я готова была смириться с некоторым дискомфортом. Далеко я не загадывала. Наверное, поэтому я застыла при виде расставленной по подносу снеди с невысокой керамической вазочкой посредине, в которой робко алел цветок. Его красные лепестки были полуоткрыты и источали тонкий аромат.

– Я не знаю, как это делается на Земле, – Дайс не скрывал волнения, в голосе прорезалась несвойственная ему хрипотца, – поэтому прошу тебя стать моей семьей по правилам Цинфа. Ты примешь этот цветок и разделишь со мной трапезу?

– Ты предлагаешь… Предлагаешь… – я начала заикаться и никак не могла закончить фразу.

– Стать моей женой, – поймав мой взгляд, подсказал Дайс. – Я хочу, чтобы ты стала моей семьей. Хочу прожить с тобой всю жизнь, родить детей и воспитать их. Я мечтаю о двоих, но не откажусь и от троих. Я немногое могу дать тебе, но обещаю, в нашем доме всегда будут царить любовь и уважение. Я никогда не обижу тебя и защищу от любой опасности. Ценой жизни, если потребуется. К сожалению, – он вздохнул, – это все, что пока я могу предложить.

У меня закружилась голова. Дайс предлагал так много, но в его глазах плескалась горечь. Он думал, что я достойна большего и желал подарить мне то, что я заслуживаю. Глупый… Боже, как же я его люблю…

Я сморгнула выступившие слезы.

– Не могу, прости, – выдохнула я, и Дайс вздрогнул, как от неожиданного удара. – Ты разрушишь свою карьеру. Твои соотечественники никогда не простят союза с запятнавшей себя позором землянкой.

– Дело только в этом? – тихо спросил он.

– Что?

– Есть еще другие причины, почему ты мне отказываешь? – Дайс смотрел в упор, не отрываясь, и я неловко повела плечами.

– Это важная причина. Ее нельзя игнорировать.

– Хорошо, – задумчиво сказал он. – Я обещал прислушиваться к тебе и, если ты в чем-то колеблешься, я попытаюсь тебя убедить, но не буду давить.

От его слов у меня задрожали коленки, и я порадовалась, что сижу, иначе бы упала. В его позе, интонациях было столько мужской силы, которая не душила, но оберегала, что вся женская суть во мне закричала, требуя подчиниться. В конце концов, разве я мечтаю не о том же: о семье, детях, надежном плече рядом? Разве я не хочу каждое утро просыпаться с Дайсом и видеть его сонную улыбку?

Дайс поднялся с кровати, ненадолго вышел из комнаты, а затем вернулся, держа в руках тонкую книгу в твердой обложке, в которой я не сразу опознала записную книжку.

– Возможно, тебе кажется, что я не испытываю тех чувств, на которые ты вправе рассчитывать. Я не очень хорошо выражаю эмоции, мне сложно открыться. – Я вспомнила нашу полную нежной страсти ночь и пробормотала что-то невнятное. – Поэтому, – он протянул мне обернутый кожей, шуршащий листами прямоугольник, – я прошу прочитать вот это.

– Что здесь?

– Мой дневник. Я веду его давно, никому не показываю, только на его страницах я искренен. И… сделай мне одолжение, прочитай его. Хотя бы ту часть, где описаны встречи с тобой.

Я взирала на дневник с легкой паникой. Дайс предлагал соприкоснуться с частью его души, он протягивал мне настолько личную, даже исповедальную вещь, что инстинктивно захотелось шарахнуться в сторону. Я не была уверена, что готова к такой близости. В каком-то смысле это было даже интимнее секса.

– Я не претендую на какой-то ответный шаг с твоей стороны, – тихо сказал Дайс, видимо, заметив мои метания. – Я просто хочу, чтобы ты узнала меня, мои чувства и мысли. Прежде чем решишь дать окончательный ответ.

Голос отказал, и мне пришлось откашляться.

– Хорошо. Если ты считаешь, что так будет лучше…

– Я обязан попробовать. – Дайс улыбнулся, но по его лицу пробежала тень. – Я не отступлю, пока не испробую все способы. Но при этом буду честен с тобой.

Я нервно сглотнула и потянулась к дневнику. Дайс вложил его в мою ладонь и, нежно заправив мне выбившуюся прядь за ухо, быстро коснулся губами мочки. По телу пронесся разряд тока.

Я рассчитывала на продолжение, но Дайс лишь на мгновение зарылся носом в мои волосы, а затем резко встал и вышел из комнаты. Я осталась одна.