Ксения Васильева – Вера. Книга 2 (страница 18)

Разбойник повернулся на шум и издал сдавленный, испуганный вздох. Я быстро подошла к нему, чувствуя как воздух вокруг затрепетал от его ужаса. Разбойник рухнул на пол, распластав руки передо мной.

– Нет-нет-нет! – Его завывания эхом отражались от стен лачуги. – Все это ошибка! Я жертва обстоятельств. Я и против-то супримов ничего не имею! Это Мобрэй их отлавливает. Видели бы вы, какие деньги он за них предлагает, вы бы поняли меня. Всех этих денег хватило бы, чтобы перестать заниматься этими мерзостями. Я же вынужден, так себя вести, – молил он, не смея поднять на меня взгляд.

– Где я могу отыскать Мобрэя? – холодно спросила я, не обращая внимание на его стенания.

– Подумайте о козле, боднувшем льва, – быстро ответил несчастный.

Я кивнула.

– Теперь уходи, – приказала я. Разбойник не шелохнулся и лишь нервно сглотнул. – Прочь, – я махнула ему рукой, словно отгоняя приставучее насекомое.

Разбойник помедлил, внимательно изучая мое лицо, а затем внезапно сорвался с места и бросился вон из лачуги, исчезнув в темноте переулка.

Я медленно вышла за ним. Женщина, лежавшая перед дверью, пропала. «Козел, боднувший льва»… В воображении живо предстал образ почему-то черного козла, с длинными загнутыми рогами, на которых дугой был выгнут взлетевший в воздух испуганный лев. Ноги сами понесли меня вглубь лабиринта.

Судя по наводке, которая позволяла найти убежище Мобрэя, он ассоциировал себя с тупым бесстрашием. И если козлом, очевидно, был он сам, то кем был лев? Рай? Орден? Супримы?

Я шла по пустеющим улиц. Стены подземелья здесь были грубо обтесаны с покатыми углами и торчащими из земли острыми камнями. Свод стал ниже. Мне стало душно и тесно. Всю дорогу меня сопровождали глухие крики в темноте. Редкие путники, что попадались на пути, стали всерьез пугать меня своей наружностью.

Наконец, я остановилась в темном закутке, где не горели фонари. В стене здания едва угадывался контур низкой, неприметной двери. Если не знать о ее существовании, ее почти невозможно было бы заметить, проходя мимо. У двери терлась подозрительная компания. Легко одетых, с небрежно открытыми лицами. Головорезы заметив меня, обменялась короткими фразами и двинулась мне навстречу.

– Кто это тут у нас? – ехидно поприветствовал меня один из них. Вразвалочку приближаясь ко мне, он развел руками.

Я застыла на месте, смотря на них исподлобья.

– Я ищу Мобрэя.

– А я ищу любви… – ответил разбойник под громкий гогот своих спутников.

– Поберегите себя, мальчики, – раздраженно прорычала я.

Прикованные моим взглядом, они остановились и неуверенно переглянулись.

– Мне показалось или… – удивленно начал один.

– Мобрэй внутри, – резко оборвал его предводитель и отступил с моего пути. Остальные молча последовали его примеру и проводили меня взглядом до двери.

Подойдя ко входу в убежище, я обернулась, наблюдая, как удаляются мерзавцы.

В рассохшихся досках угадывался грубо вырезанный рисунок: козел, поддевающий льва на рога. Я дернула за ручку. Дверь была заперта. Обернувшись назад еще раз, удостоверившись, что никого больше не было рядом, я постучала. Послышались глухие шаги, и на уровне моих глаз бесшумно открылась деревянная заслонка круглого смотрового окошка. Мелькнул чей-то небритый подбородок.

– Мне нужен Мобрэй, – начала я. – Мне нужно вернуть из ада брата.

Тонкий рот недовольно причмокнул и исчез за створкой. Дверь тихо отворилась. Внутри было темно, ничего не было видно даже после тускло освещенной улицы. Я сделала шаг вперед.

– Дальше по коридору. Последняя дверь направо, – прозвучал низкий голос привратника.

Луч рассеянного уличного света пропал за запертой дверью. Некоторое время я привыкала к темноте и, вытянув руки, осторожно шла вперед. Когда мне стали различимы силуэты, я обнаружила себя в узком извилистом коридоре с множеством дверей, лавками и ящиками вдоль стен. Из-под некоторых пробивался свет, слышны были приглушенные голоса и смех. Петляя, несколько раз я натыкалась на проходы и арки, ведущие куда-то в темноту. Наконец, одна из дверей распахнулась, и меня ослепил свет. Я машинально прикрыла рукой глаза.

– Что за?.. – выругался голос перед моим носом.

Тень, упавшая на лицо, позволила мне различить очередного безликого разбойника в тряпках. Небрежно оттолкнув меня с прохода, он ушел в темноту коридора.

– Еще одна… – послышался недовольный голос. – Что надо?

– Вы Мобрэй? – спросила я, прищурившись, оглядывая маленькую грязную комнату. В обшарпанных креслах сидели двое головорезов. За широким столом, заваленным бумагами, картами и бутылками, сидел мой собеседник. В ответ он промолчал, лишь переведя тяжёлый взгляд на своих ребят.

– Что тебе нужно? – переспросил он, откидываясь на спинку стула.

– Я хочу вернуть брата. По Суду он попал в ад. Я слышала вы возвращаете души оттуда, – объяснила я. Стоило мне озвучить свою просьбу, как разбойники потеряли какой-либо интерес ко мне.

– 30… – озвучил цену разбойник за столом. Однако часть его фразы я не расслышала. Уже знакомый эффект указывал на то, что я встретилась с очередным новым термином.

– Что? – переспросила я.

– Я неясно выражаюсь? – раздраженно вздохнул он. – 30…

– Что это? – рассердилась я вслед за ним.

– Твою мать, монеты это, деньги, бабки. Новая душа, что ли? – заревел он. Я кивнула. Разбойник тяжело вздохнул, потирая переносицу.

– Я слышу количество. Но не валюту… или что там у вас?..

Разбойник устало взглянул на меня исподлобья.

– Что это? – спросил один из его молчаливых спутников.

– Какой-то термин, придуманный при ее пришествии, – сипло ответил другой.

Видимо, о валюте здесь слышали впервые. Сидящий за столом вновь испустил протяжный, раздраженный вздох. Подняв перед моими глазами крупную монету размером с фалангу пальца, разбойник несколько раз раздраженно проговорил ее название, не доступное моим ушам. Однако меня больше заинтересовал сам предмет. Монета, очевидно, была сделана из эфира, и переливалась уже знакомым перламутровым светом. Чей-то профиль был вычеканен на стороне, которой она была обращена ко мне.

– …самая большая из монет, черт возьми. Большая. Великая. Грандиозная. Магнус. Магнус, черт побери, ты слышишь? – тряс он монетой передо мной.

– Слышу, – сухо ответила я.

– Наконец-то.

– Но у меня нет денег, – я развела руками.

– Это не мои проблемы.

– Я могу их как-то заработать? Просто во всем раю я еще ни разу не сталкивалась как бы… с товарно-денежными отношениями, – растерялась я, осознавая абсурдность обсуждения деталей в подобной ситуации.

– В раю их и нет. Вместе этого статусы, – встрял сиплый головорез. Он поднял руку и указал пальцем на ладонь, на которой виднелся красный отпечаток семени жизни. Я опустила взгляд на свой желтый отпечаток на ладони. – Статус что-то дает… или забирает.

– Но вам нужны деньги? – развела я руками. – Где я возьму их тогда?

– Продай что-нибудь, – покачал головой разбойник за столом, устало потирая глаза. – Урок окончен, короче. Деньги в обмен на душу, ясно? Такие условия. Никаких скидок и «договоримся». 30 магнусов. Деньги вперед. И запомни: гарантий мы не даем. Что бы ни случилось, деньги остаются за нами. Потеряли след, или душу успели отправить на переработку – мы все равно получаем деньги, а ты забываешь сюда дорогу.

– Когда вы сделаете это?

– Мы сообщим, – коротко бросил он, не отрывая тяжёлого взгляда.

– Мне нужна конкретика, – попросила я. Разбойники переглянулись. – Я готова доплатить за срочность.

– На следующий переброс уже не успеем, – потянулся разбойник и почесал себе живот. – Хочешь быстрее? 90 магнусов за персональную доставку, – добавил он и вытянул ко мне открытые ладони.

Нервно почесав руку, я согласилась. Со мной попрощались до тех пор, пока я не найду деньги.

Я вышла на слабо освещенную улицу. Когда я проходила знакомым маршрутом, в темном переулке, кто-то поймал меня за руку и молил о помощи. Помня уловки, в которые попадала здесь сегодня, я вырвалась и прошла мимо. Но стоило мне сделать пару шагов, как мне стало непосебе. Я стала вести себя совершенно также, как местные жители, которых я корила за безразличие. Но что, если тому несчастному действительно нужна была моя помощь. Я вернулась к темному переулку, но никого не нашла. И так и ушла с тяжелым сердцем.

От того, что я знала куда иду, обратный путь показался мне короче. Катакомбы оставались позади. И чем ближе к Барьеру я приближалась тем, легче и веселее становилась окружающая атмосфера. Мне снова стали попадаться улыбающиеся и беззаботные люди, играющие дети. Радужный свет от мозаичного свода Барьера ознаменовал моё возвращение в верхние слои рая. Я поднялась на набережную, протиснувшись через старые кованые ворота.

В раю светило солнце, слышался радостный смех и пение птиц. Но меня не покидала какая-то тяжесть, словно я пропиталась ей, пока находилась в Клоаке.

Уставшая я вернулась домой. Казалось, прошёл ещё один бесконечно долгий, выматывающий день. Я легка на диван и снова, не раздеваясь, заснула.

Глава XI

– Вставай, страна огромная! Вставай на смертный бой! – проревел голос в моей голове. Я резко вскочила с дивана, не сразу понимая, что происходит. – Видишь, я ради тебя даже разучил эту вашу песенку! – расхохотался Вестник. Я злобно протерла глаза и села на край дивана, слушая как бешено бьется мое сердце. Голова раскалывалась.