Ксения Смирнова – Шёпот леса (страница 2)

— Обещай, что будешь хорошо учиться, — бодро проговорила Агидель, похлопав подругу по плечу.

Дина хитро улыбнулась и произнесла:

— Обещаю, но и ты не отставай!

— Хорошо, — ответила Агидель, ощутив, как холодная капля упала на плечо, — ничего себе, какая большая туча!

— Поторопись домой, — произнесла обеспокоенным голосом Дина, потянувшись за объятиями.

Подруги наспех обнялись. Агидель помогла Дине затащить в салон чемодан и, дождавшись, когда автобус тронется с места, помахала рукой.

К этому времени некогда светлое небо полностью затянули хмурые дождевые облака, словно клубы черного едкого дыма. Порывы ледяного ветра своевольно гуляли по округе, взлохмачивая волосы. Ощутив неприятный холодок, пробежавший по спине, девушка потерла плечи. Ей было холодно. Ветер истошно завывал, словно одинокая собака, привязанная на цепь, и гнул до земли молоденькие березки, беспощадно срывая с ветвей листья.

Агидель побежала. Мелкие капли чаще застучали по листьям, подобно рассыпающимся по половицам сушеным горошинам. Где-то за лесом глухо гремел гром. Его раскаты сопровождались вспышками молнии. В такие моменты Агидель закрывала глаза. Она не верила ни в лешего, якобы заманивающего людей в дремучую чащу, ни в болотника, скрывающегося в топях и выползающего, как только путники подойдут ближе. Однако сейчас девушка изо всех сил старалась не смотреть по сторонам, чтобы не увидеть нечто необъяснимое, не поддающееся логике. Агидель понимала, что ее воображение разыгралась, однако… Колени немного тряслись, а сердце сильно колотилось. Агидель ловила себя на мысли, а вдруг те существа, о которых говорила Дина, действительно существуют, и рассказы о них — вовсе не вымысел?

Откинув за спину мокрые, прилипшие к плечам волосы, Агидель ускорила бег. Ее ноги заскользили по мокрой земле, отчего девушка пару раз чуть не упала, но, к счастью, она смогла удержать равновесие. По сторонам мелькали дома и деревья, тусклые огни и ослепляющие вспышки молнии, а капли так яростно барабанили по крышам, что, кроме шума дождя, Агидель ничего не слышала.

Об опасности грозы Агидель знала не понаслышке. Страх того, что в нее может попасть молния, пересилил страх встречи с нечистой силой. Девушке ничего не оставалось, кроме как постучаться в первый же дом и попросить у хозяев переждать ливень.

— Если хочешь, можешь укрыться у нас! — словно прочитав ее мысли, произнес чей-то звонкий голос.

Перед девушкой неожиданно возникла девочка лет десяти, и Агидель чуть не врезалась в нее. Ее белые шорты и черный топ изрядно промокли, а с волос, убранных в высокий хвост, стекала вода. Девочка задорно улыбнулась и, не дав и слова сказать, побежала куда-то в темноту. Агидель, наступая на лужи, бросилась следом. Страх встретить потусторонних существ улетучился, словно и не было его.

— Как тебя зовут? — поинтересовалась Агидель, догнав девочку на повороте.

— Злата, — ответила та. — Бежим, скорее, — поторопила девочка.

Вскоре взору Агидель предстало смутное очертание покосившегося дома. Злата резко дернула калитку, отчего та чуть не слетела с петель. Дорожка, что вела к дому, полностью заросла репьем, и его колючки тут же прицепились к сарафану. Поднимаясь по скользкой трухлявой деревянной лестнице, Агидель заметила, что клумбы, как и тропинка, заросли сорняками, которые прижал к земле ливень.

Злата потянула на себя дверь, и та со скрипом отворилась. Агидель вошла на веранду, ощутив стойкий запах плесени и сырости, и осмотрелась вокруг. На столе стояла почти догоревшая свеча. Белый воск причудливо расплавился и прилип к клеенчатой скатерти. На подоконнике стояла ваза с полевыми цветами. Резкий порыв ветра, ворвавшийся в окно, принес терпкий цветочный аромат, и Агидель ненароком чихнула. Просторные окна закрывали хлопковые занавески с цветочной вышивкой, в углу веранды стояла прялка, а на полу лежала ковровая дорожка.

Агидель заметила возле порога пару обуви и поспешила спросить:

— Злата, с кем ты живешь?

Девочка сняла сандалии и, взглянув на Агидель карими глазами, ответила:

— С бабушкой!

Яркая вспышка молнии осветила веранду. В дверном проеме показалась сгорбленная старуха, одетая в длинную ночную сорочку белого цвета. Пучок волос, завязанный на макушке, изрядно растрепался, словно старуха только-только проснулась. Незнакомка, больше походившая на привидение, слегка приоткрыла алые тонкие губы, показав беззубый рот, и что-то протянула Агидель.

Агидель была не из робкого десятка. Она никогда не боялась призраков и спокойно смотрела фильмы ужасов, тогда как ее подруги частенько сбегали из кинотеатра на половине фильма. Однако вид старухи почему-то вызвал у девушки страх. Наверное, рассказ Дины, гроза и встреча со старухой в совокупности сыграли свою роль. Агидель завизжала и бросилась к двери, сбив стоявшую у порога обувницу. Ноги ее не слушались, а сердце стучало так сильно, что было нечем дышать. Агидель жадно хватала ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба, призывая себя мыслить разумно и твердо. Однако леденящий душу ужас оказался сильнее.

Агидель открыла дрожащей рукой дверь, увидев стену дождя. Мелкие колючие капли подобно острым иглам тут же попа́дали на голые стопы, а сильный порыв ветра ударил в лицо.

— Ты куда? — до ушей донесся глухой и скрипучий голос старушки.

Девушка не оборачиваясь шагнула вперед, и в это мгновение кто-то схватил ее за руку. Время словно остановилось, а шум дождя затих. Агидель слышала лишь биение собственного сердца и свое частое дыхание.

— Не уходи, дождь еще не закончился, — донесся взволнованный голос Златы.

Агидель обернулась, увидев позади себя девочку. Злата насупилась. Ее щеки были надуты, а брови нахмурены.

— Ты не хочешь со мной дружить? — спросила девочка.

Агидель не знала, что ответить. Как признаться ребенку, что ее напугала старуха? А быть может, это была и вовсе не старуха, а привидение? Агидель погладила Злату по голове и с опаской подняла глаза. В дверном проеме все так же стояла жуткая бабушка. Ее широкая сорочка колыхалась по ветру, словно старуха вот-вот оторвется от пола и взлетит под потолок, наполнив веранду цепенящим душу хохотом. Однако ничего такого не случилось. Старушка вздохнула и, сделав два шага вперед, как ни в чем не бывало присела на табурет. «Человек», — подумала девушка, и ее щеки залились краской. В небольшой деревне, где все друг друга знали, Агидель впервые увидела незнакомую ей старушку и девочку. «Может, они недавно переехали? — поразмыслила девушка и тут же вспомнила слова Дины. — Неужели?!»

— Злата, внучка, поди переоденься, — добавила незнакомка, задержав взгляд на девочке.

Злата кивнула и, взглянув на Агидель, произнесла:

— Дождись меня.

Девушка как-то неуверенно кивнула головой. Здравый смысл твердил — «беги отсюда», но что-то останавливало ее, и Агидель не понимала что.

Злата скрылась из вида, оставив старушку и девушку наедине.

Незнакомка довольно тяжело встала с табурета и, сгорбившись, подошла к Агидель, протянув полотенце. Затем старушка медленно, скрипя половицами, зашаркала по полу, пересекла комнату и молчаливо скрылась в дверном проеме. Девушка тихонько, буквально на цыпочках, проследовала за старушкой, но входить в помещение не стала. Она остановилась в дверях и, обхватив руками дверной косяк, принялась наблюдать за старушкой.

Та хлопотала возле печки, в которой тлели ярко-красные угли. От высокой каменной печи, находившейся возле двери, тянуло теплом, и стена с противоположной стороны помещения нагрелась. «И лежанка есть!» — с восхищением подумала девушка, представляя, как Злата, лежа на теплой печке, коротала зимние дни. Старушка сняла с печи зеленый чайник, достала из деревянного буфета несколько чашек и поставила их на стол. Движения ее были неторопливые и плавные.

Заметив Агидель, старушка улыбнулась. По ее подбородку и щекам тут же забегали глубокие морщины.

— Присаживайся, дочка, я тебе чаю налью. С ромашкой, будешь такой? — с заботой промолвила старушка.

Агидель кивнула и осторожно, будто чего-то боясь, присела за стол, накрытый тканевой скатертью. На столе помимо чашек стояла крынка, прикрытая белой салфеткой, и лежало несколько засушенных ломтей белого хлеба, которые вероятно либо старушка, либо Злата макали в молоко. Живот Агидель заурчал, напомнив о голоде.

Девушка не знала, как начать разговор. Она трудно сходилась с людьми, была плохим собеседником и не умела шутить. Даже со своей лучшей подругой Диной Агидель была немногословна, предпочитая больше слушать, нежели говорить.

Старушка налила в чашку кипяток и добавила бледно-желтую заварку. Теплый пар медленно заструился вверх, и до носа Агидель донесся запах ромашки. Девушка обхватила чашку обеими руками и сделала глоток, посмотрев в окно. Редкие вспышки молнии освещали двор. Агидель увидела, как, не в силах совладать с ветром, гнется к земле старенькая яблоня, ветви которой того и гляди сломаются. По стеклу и подоконнику барабанили крупные капли, заносимые ветром в приоткрытое окно, отчего на полу образовалась лужа.

— Как тебя зовут? — оборвав тишину, поинтересовалась старушка, присев напротив.

Только сейчас Агидель наконец удалось рассмотреть незнакомку. Ее волосы были полностью белые, разве что за исключением нескольких каштановых прядей, которые не тронула седина, а зеленые, словно у кошки, глаза по-доброму смотрели на Агидель. На лице у старушки было несколько старческих пигментных пятен, которые обсыпали щеки и нос подобно веснушкам.