Ксения Перова – Комендант Холодной Башни. Рассказы (страница 38)

— Необязательно.

— Без руки он в любом случае сдохнет.

— Дин, — вдруг зло проговорил длинноволосый, — как поступают с наемником во время войны, если тот попадает в плен? Разве не отрубают руку? Правую.

После этого тишина длилась утомительно долго. Даже Самюэль перестал всхлипывать.

Рин резко наклонился, высвободил уже побагровевшую плоть, отшвырнул шнурок в угол.

— Все. Все довольны и счастливы. Заткни ему рот, и давай хоть немного еще поспим. С ним все будет хорошо.

***

Сюрприз поджидал их утром. Они спускались по узкой лестнице, что вела со второго этажа в зал, Рин шел первым.

— Если хочешь, чтобы все было сделано хорошо, сделай это сам, — с иронией произнес некий господин и стал подниматься им навстречу, на ходу обнажая клинок. Длинноволосого и незнакомца разделяло лишь несколько ступеней.

— Скажи мне, почему? — Рин остался спокойным, будто это не его сейчас будут убивать. Пальцы на перильцах даже не дрогнули.

Дин находился за его спиной и пока не видел возможности что-либо сделать.

— Почему бы и не сказать? Ты — второй ключ от сердца герцога Лавиньельского. Не будет тебя, и все станет гораздо проще.

— Мешаю?

— Занимаешь место, которое могло бы принадлежать другому. С большей пользой.

— С большей пользой для вашей семьи?

Рин разглядывал кольцо с гербом на руке, которая сжимала рукоятку клинка.

— Ну, разумеется! — рассмеялся незнакомец.

«Нужно что-то делать, — в панике подумал Дин, — прямо сейчас. Через мгновение будет поздно».

Если бы он был впереди, вопросов бы не возникло — просто сбросить врага с лестницы. Для начала. Но между ними стоит длинноволосый. Какого черта он поперся вперед? Если… Если он отклонится влево и вниз…

Дин схватил его за волосы и рванул в сторону, одновременно целясь кулаком в лицо незнакомцу. Рин легко поддался движению, будто этот трюк они выполняли уже не единожды.

Все трое с жутким грохотом слетели со ступеней в зал. Незнакомец, кажется, был ошеломлен падением и несправедливостью жизни. Пока он бестолково и суетливо пытался подняться на ноги, подоспел Дин и несколькими ударами отправил его смотреть сны.

На шум никто не отреагировал. В конце концов с этой лестницы кто-то слетает по нескольку раз за сутки. Дело обычное. Главное, чтобы никто башку не разбил и пол не испачкал.

Риан склонился над поверженным врагом, снял с его пальца кольцо с гербом и убрал в кошелек.

— Кажется, мы остались без завтрака, — разочарованно сказал он.

— С этим что делать? — нахмурился Дин.

— Хорошо бы с собой забрать, но нет такой возможности. Оттащи его в комнату, пусть там полежит, компанию Самюэлю составит. Я пока насчет лошадей распоряжусь.

Утро было морозным и звонким, а воздух легок и прозрачен, как стекло, и резал легкие своими осколками. Дин давно проехал свой поворот, но боялся оставить длинноволосого одного на дороге. Хотя чего бояться? Они знакомы меньше суток. И ему даже не платят за услуги телохранителя.

Вскоре показался город — огромный серый призрак на фоне бледно-голубого предзимнего неба.

— Все, — произнес Рин, останавливая каракового, — я скоро буду в пределах видимости. Если что, стража на стенах прикроет.

— А если нет? — нахмурился Дин. — Я могу проводить до ворот.

На самом деле не мог — время, выделенное на отлучку, стремительно истекало. А Гонзон — не тот человек, который простит лишний час. Сразу начнет начислять штрафы и припоминать все былые прегрешения.

— А если нет, им же хуже. Слышал же, я второй ключ.

— И что это значит?

— Это значит, что герцог растил меня с восьми лет. Я его воспитанник.

— Что-то мне кажется, что имелось в виду другое.

Выражение лица длинноволосого Дину не понравилось. Но это явно относилось к тому типу, что остался валяться в «Курице» на грязном полу.

— Некоторые считают, что меня вполне можно заменить молодой смазливой мордашкой, — согласился Рин.

— А первый ключ тогда кто?

— Сын герцога, разумеется.

— Ладно, — кивнул наемник, разворачивая лошадь, — всего хорошего.

— Когда закончится твой контракт? — окликнул его Рин.

— Через пять недель.

— Когда будешь свободен, найди графа де Шенто. У меня будет для тебя работа.

— Кто такой граф де Шенто?

— Я.

Теперь понятно, отчего длинноволосого так кривило от «вашей милости».

— Ладно, ваше сиятельство, там видно будет.

— Не забудь.

— Угу. Не забуду.

Он пришпорил свою Красотку и поспешил обратно.

— Давай, моя девочка, срежем путь через поле. Земля подмерзла, для твоих копыт в самый раз. Это хреновое сиятельство завтра уже и не вспомнит о моем существовании. Поэтому нужно поторопиться, пока этот хренов Гонзон не начал вопить, как припадочный. Работа у него тихая и мирная, не то, что рядом с этим длинноволосым. Давай, Красотка, поторопись.

Мороз, державшийся последние три дня, отступил. Небо затянули серые тучи, и повалил снег. Пухлые хлопья щекотали щеки и нос, скрадывали звуки, приглушали внимание. Поэтому всадников, двигавшихся навстречу, Дин заметил слишком поздно, чтобы что-либо предпринимать. Они бы так и проехали мимо друг друга, не слишком довольные встречей, и на этом бы все закончилось.

— Я тебя знаю, — неожиданно зло сказал один из них, — ты был там!

Дин повернул голову.

Там — это где? Точно, в «Курице». Это его он спустил с лестницы, вмазав кулаком в челюсть. Значит, сейчас все будет плохо. Их четверо и отступать нет возможности. Только если лес за спиной. Но деревья слишком частые, и снег глубокий. Красотка не вывезет.

— Слезай с лошади!

Дин повиновался. Меч остался у седла.

Итак, четверо.

Тот, что из «Курицы», остался в седле, остальные спешились. Стоят с боков. Спина пока открыта. Пока есть шанс уйти под защиту деревьев, но, скорее всего, этого от него и ждут.

Дин поразглядывал дорогу под ногами, потом нехотя перевел взгляд на всадника.

— А надо было тебя, сэр, там прирезать. Пока его сиятельство не видел, — задумчиво сказал он.

Дин был быстр. Но и незнакомец из «Курицы» не уступал. Все произошло одновременно.

Дин рванулся вперед и вверх, ухватил всадника за пояс и стащил его с седла. Незнакомец, издав удивленный возглас, успел рвануть меч из ножен и нанести рубящий удар.

Клинок прошел сверху вниз, содрал кожу с головы, отсек часть уха и задел плечо. Дин швырнул всадника под ноги тем, что слева. Тот, что справа, чуть замешкался, и это дало Дину время подобрать меч поверженного врага.

Кровь заливала лицо. Ничего, так уже бывало. Ничего.