Ксения Никонова – Лавка редкостей, или счастье со сковородкой (страница 56)

– Ник, – женский голос мурлыкал от счастья, – ты когда будешь?

В трубке что-то отвечал неизвестный Ник. Мы молча ждали продолжения.

– Постарайся не задерживаться. Я соскучилась.

Раздался звук поцелуя. Телефон лег на столик рядом с бокалами. Алекс поспешил повторить поцелуй с нашей стороны. На этот раз совсем не невинный. Долгий, жаркий, требовательный.

Я с трудом выскользнула из его рук, чуть отстранилась. Спросила насмешливо:

– А как же занятия? Вам не кажется, профессор, что настоящие наставники так себя не ведут?

Алекс сделал вид, что не расслышал, вместо этого произнес:

– А ты и там была красивая.

– Скажешь тоже.

Я почему-то смутилась, оглядела фигурку в магическом экране, сама удивилась своей реакции. А ведь он прав! Девушка, наряжающая елку, была обворожительна: длинная шея, гордая посадка головы, тонкая талия, аппетитные бедра, стройные ноги, высокая грудь, правильные черты лица.

Интересно, почему мне никогда не нравилась собственная внешность? В той жизни не нравилась… В этой как раз-таки меня все устраивало.

Я прикусила губу, так и не задав рвущийся вопрос. Алекс не стал даже пытаться сравнивать два моих тела вслух. Не дурак же он, в конце концов. А мне вдруг пришла в голову гениальная в своей простоте мысль:

– Интересно, а поговорить с ней можно? Услышит если позвать?

И тут же получила ошарашенный взгляд, в котором изумление плавно сменилось сомнением, а потом и нешуточным азартом.

– Хочешь попробовать? - предложил Алекс.

– Хочу.

Я, повинуясь наитию, положила на карту ладонь просто сказала:

– Хочу, чтобы Наташа Риммель увидела меня. Хочу с ней поговорить.

И поняла, что все получилось.

На экране перед рукой с елочным шариком появилось серебристое окошко. Девушка вздрогнула, разжала пальцы. Хрупкое стекло устремилось к полу и разлетелось на сверкающие осколки. В оконце нарисовался наш с Алексом портрет.

Наташа Риммель шарахнулась назад, но не закричала, лишь приложила к губам ладонь.

– Здравствуй, - сказала я и улыбнулась.

– Ты?

Ей было страшно. Но она держала себя в руках.

– А кто это с тобой?

– Мой жених. Александр дель Гранже.

Наташа Риммель нахмурилась, не веря покачала головой.

– Он в курсе?

– Да.

Алекс все так же молчал. Не вмешивался в разговор. Наташа тоже какое-то время обдумывала ситуацию. Потом решила спросить:

– Ты хочешь вернуться? - Увидела в моих глазах удивление и уточнила: - Ну, поменяться обратно.

Я всей спиной почувствовала, как Алекс напрягся, словно хищник, готовый к прыжку. Ощутила это с удивительно ярким удовольствием. Подняла взгляд, посмотрела в любимые глаза и твердо ответила:

– Нет.

Глава 28. Где меня все поздравляют, а я принимаю нежданных гостей

День моего рождения начался с приятного сюрприза. На тумбочке около кровати обнаружилась большая коробка, завернутая в золотую бумагу. Сверху на ней лежал здоровенный букет белых роз, мерцающих магической пыльцой в полутьме зимнего утра. Среди цветов была записка.

«С Днем рождения, любимая! До встречи вечером. Тебя ждет большой сюрприз!

Со всей нежностью и любовью – Алекс»

Я зарылась носом в прекрасные бутоны, с наслаждением и предвкушением вдыхая их аромат. Мой любимый! Лучший мужчина в мире. Нет! В двух мирах!

Медленно, растягивая удовольствие, пересчитала цветочные головки и наконец-то полностью осознала, что их ровно двадцать одна штука.

В голове сразу появилась мысль – я свободна! Мне больше не нужны опекуны.

Из груди вырвался смешок. Я отложила букет обратно на коробку, откинулась на подушки, уставилась на дверь между нашими с Алексом домами и размечталась о там, как скоро наша жизнь изменится. И ощутила абсолютное счастье.

Только долго залежаться мне не дали. Кто-то деликатно поскребся в дверь. Я хмыкнула. Наконец-то в этом доме начали соблюдать правила приличия, перестали врываться ко мне в спальню когда угодно, и самым бесцеремонным образом будить.

Я накинула легкий халатик и пошла открывать. Странно, но за дверью никого не оказалось. А вот снизу доносились голоса заговорщиков и умопомрачительные запахи свежей выпечки и чего-то мясного.

– Тихо!

– Сам ты тихо! А то сюрприза не получится.

– Хватит ссориться. – О! У Виолы прорезался командный голос. - Все по местам, кажется, Наташа идет! – взволнованно воскликнула девочка, и все действительно затихло.

Пришлось мне громко зевать и топать по ступеням, притворно «удивляясь» вслух:

– И куда это все подевались, ничего не понимаю.

Из лавки донеслось хихиканье. Стена сбоку дохнула холодком. Ага, значит, среди заговорщиков и бабуля.

Стоило шагнуть в лавку, пространство полыхнуло разными цветами, и вокруг замельтешили мои домочадцы.

– С Днем рождения, Наташа! – налетели они на меня со всех сторон.

Дракошки отпихивали друг друга, стремясь поближе притиснуться ко мне, Виола обнимала тонкими ручками за талию, прижималась щекой к груди.

Бабуля висела чуть в стороне, взирая на всех нас влюбленным взглядом.

– Тише-тише вы, – засмеялась я. – Уроните же.

Натиск слегка ослаб, но еще минут пять меня не отпускали. Наконец, когда Виола отстранилась, а братцы уселись мне на плечи с двух сторон, появился первый подарок.

– Вот, это я сама сшила для тебя, – протянула мне сверток девочка.

– Спасибо, моя дорогая.

Я искренне поцеловала ее в раскрасневшуюся щеку, аккуратно развязала бант и заглянула внутрь.

Там оказалось совершенно прелестная муфточка и лазурного бархата, расшитого простенькими, но аккуратными веточками с крохотными бисерными бутонами. Внутри муфты мои пальцы нащупали нежный мех.

– Какая красота! Спасибо, Виола! – кинулась я обниматься в ответ.

– Мы тоже приготовили подарок! – настойчиво заглянул мне в лицо Кусь.

– Очень полезный, – подал голос Хрусь.

– И вкусный!

– Правда? – улыбнулась я, приглаживая их чешуйчатые головенки.

– Только он еще не готов, – радостно уточнили с двух сторон. – В кухню пока не заходи! Это секрет!