Ксения Лунева – Пророчество света и тьмы (страница 6)
Но по правде говоря мне был важен только один. Тот, что сверкал из толпы своими зелеными как свежая трава глазами.
Герцог Тимиди Филиус, моя детская любовь и мечта.
Мы родились в один год, вместе росли, пока его отец был правой рукой моего. Долгое время делили учителей, развлечения и шалости (на которые его подбивала я), а затем и секреты. Но когда мне было пятнадцать, Тимиди спешно покинул Фьерию отправившись в кругосветное путешествие с семьей и лишь спустя девять лет вернулся обратно. Тогда то и начался наш роман. Если так можно было назвать скромные прогулки по замковому саду под надзором слуг.
Да, вы можете усмотреть в наших отношениях мезальянс: принцесса, наследница престола и простой герцог, но по меркам общества, в свои двадцать пять я уже была не годна для какого-нибудь принца или короля, что только подтверждало мое право на выбор супруга. И герцог для этой роли подходил идеально.
Светловолосый, с длинной, слегка дикой прической и милыми кудрями, он вызывал во мне смех мелькая макушкой в коридорах замка или на торжественных приемах, а сейчас в свете полуденного солнца и вовсе влек к себе как солнце бабочку. Сюртук из парчи с богатым узором и золотой нитью подчеркивал зеленые глаза, с мелкими крапинками самого Света, а улыбка, которой он одаривал с другого конца палубы, заставляла все внутри волнующе трепетать.
Как только были соблюдены все формальности и я побеседовала с каждым “важным” короне гостем , я направилась в заранее оговоренное место на нос корабля, ожидая своего героя.
– Поздравляю с именинами, принцесса!
Сердце бешено стукнулось о ребра и я обернулась на голос, любезно приветствуя герцога искренней улыбкой и реверансом.
Латенсии было приказано стоять на стреме и увлекать занимательной беседой любого, кто изъявит хоть малейшее желание прервать нашу беседу с Тимиди. Укромное место, под выступающей частью корабля, тоже было выбрано не случайно. Праздник, увлекающий гостей, морская прогулка и немного вина идеально подходили для создания романтической обстановки. Именно на сегодня я возлагала надежды на наш первый поцелуй. Если быть до конца откровенной, то на второй, но о случае десятилетней давности я даже вспоминать не хочу.
Как и полагает смущенной деве при встрече с возлюбленным я прикусывала губу и теребила подол платья. Чувствовала себя глупо, но Тенси уверяла, что мужчины от такого сходят с ума. Но этот лишь бросил странный взгляд на мой рот, а затем и руки. Наверное перестаралась.
– Как тебе праздник?
– Спасибо Тимиди, все прекрасно.
Корабль плыл между отвесными скалами, выходя из залива, а чуть дальше виднелись облака, лежащие так низко, что казалось ничего не стоит коснуться их рукой и сорвать кусочек мягкого материала. Солнце стало снижаться и его мягкие лучи отразились от воды как от зеркала, пуская солнечных зайчиков по мачте. Идеально.
– Ювита, я все хотел спросить… – Нерешительно начал герцог, наклоняясь ближе. Наши тела замерли в полуметре друг от друга и я не сводила глаз с четкого контура его губ. – Твое платье… оно чудесно, но… что это значит? Тебе стало что-то известно о… Мортене и его планах?
Что?
– Просто захотела надеть белое, оно смотрится довольно празднично и, вообще, отдает дань Матери света. – громче обычного ответила я, отстраняясь.
Признаться честно, в моей фантазии наш поцелуй должен был начаться не так.
– Да, но это и цвет обрученной невесты, кем ты и являешься.
Его голос был вкрадчив и любопытен, слишком, для того, кто преследовал личные цели задавая такой вопрос.
– Ты сам знаешь, что это не надолго. – корабль слегка тряхнуло, пока я брала любовные бразды в свои руки. – Хотя возможно если
– Что ж, вполне возможно. Ты очень красива и я уверен любой захотел бы разделить свою жизнь с тобой.
–
Наступило неловкое молчание, которое прервал шокированный кашель:
– Это была бы большая честь для меня. Но… ты должна понимать, что ни я, ни любой другой знатный лорд Фьерии не пойдет против короля Имменсияра. Даже если он не заявит на тебя свои права и действие договора истечет, тень Мортена всегда будет стоять за твоей спиной, грозя немилостью любому, кто решит стать ближе к бывшей невесте. Особенно учитывая недавнюю историю с провидцем…
Знаете как ощущается отчаяние? Как осознание того, что всем твоим мечтам и желаниям не суждено исполниться. Как осознание беспомощности, когда то, что тебе нужно находится так близко, но ты не в силах даже протянуть руку к нему навстречу. И вот ты тонешь в пучинах ледяной воды, твое тело сковывает, но нет сил пошевелиться и спастись. Я стояла ногами на корабле, но душой уже тонула.
– Ювита, с тобой все в порядке?
Горячие руки мужчины, подхватили меня за плечи, удерживая вертикально, и наши взгляды встретились.
– И я тебе совсем не нравлюсь? – Мой голос звучал так тихо, что казалось его невозможно разобрать. – Как же наши прогулки в саду? И взгляды… Мне казалось…
– Конечно ты мне нравишься, Ювита, это была бы во всех смыслах выгодная для меня партия, но…
– Тогда поцелуй меня.
Не знаю что побудило меня сказать эти слова. Отчаянное желание заглушить слова о выгодности партии или простая необходимость почувствовать себя желанной пусть и на одну минуту. Мужчина, очевидно, впал в шок. Наверное, подумал, я лишилась ума. Все-таки не часто принцессы предлагают себя так прилюдно, особенно после того как их отвергли.
Но вот его лицо преобразилось: опустились светлые ресницы, губы неспешно потянулись к моим и как в неприличных книжках Тенси, что девушка прятала в моем сундуке, я почувствовала жар, исходящий от его тела, увидела мелкие веснушки, обрамляющие его лицо, и замерла ощущая покалывание во всем теле.
За спиной мужчины мелькнула неясная тень.
Корабль резко качнуло в сторону и герцог не устоял на ногах, падая прямо передо мной на колени, а на мое платье полетели большие капли соленой воды, оставляя некрасивые мокрые разводы.
На борту началась неразбериха, капитан, стоявший за штурвалом смотрел на него непонимающим взглядом как будто видел впервые.
Наконец, герцог поднялся и растерянно пробормотал:
– Прошу прощения, Ваше высочество. Извините меня.
А затем стремительно скрылся где-то среди гостей.
Наши отношения закончились так и не начавшись.
В какой-то момент ко мне подлетела Латенсия, уволакивая за руку в каюту для переодевания. Новый наряд из желтого сатина, что кружевами и пышной юбкой спускался от талии, не нравился мне и в половину прежнего, но настроения на празднование уже и так не осталось. Остаток вечера я провела сидя на кресле возле кормы и отбиваясь от поздравлений подвыпивших гостей.
Там меня и застал отец. Я и не заметила как он приземлился рядом, приобнимая меня за плечи.
– Юви, почему грустишь? Не понравилась наша прогулка или праздник в твою честь?
– Понравились, отец, но… Я никому не нужна, я останусь одна до конца жизни из-за этого проклятого договора!
– Ну что ты такое говоришь… Ты всегда нужна нам с мамой, ты нужна Фьерии…
Его голос был серьезен и полон солоноватой печали заученных слов.
– А если сбежать? Уехать в южный Меридис? Затеряться в толпе, где меня никто не найдет?
Отец покачал головой.
– Нельзя. Ты же знаешь. Давай не будем думать о плохом, а проведем оставшиеся дни весело? Хочешь завтра покататься верхом? Или посетить тот парк, с беседкой на горе?
Слова короля ушли на задний план, сменяясь оживленными шепотками гостей, наблюдающих за нашей беседой. Они обсуждали каким будет мой следующий день рождения.
– Я знаю чего хочу отец. – встретившись со своим отражением в его глазах заявила я. – Посетить Арканум.
– Милая… – Голос отца прозвучал неуверенно.
Хотя официально страны на континенте не делились на темные и светлые, а храмы Матери света и Отца тьмы существовали повсеместно, Фьерия все же была преимущественно светлым королевством, поэтому редкие граждане посещали владения ее брата, кроме как в день инициации.
Однако для меня это был возможно последний шанс разобраться с тем, кто я есть.
– Я решила, отец. Выдвигаюсь завтра.
ГЛАВА 4
С той поры как Отец Тьмы и Матерь Света примирились и наладили совместное правление прошло уже более тысячи лет и, казалось, на континенте установился покой – нет внешних угроз в виде холода или испепеляющей жары, смертоносного света или темноты. Но люди способны разрушать что-то изнутри и без посторонней помощи.
Столетие за столетием страны раскалывались, объединялись против общих врагов, заключали союзы и вели жестокие игры против друг друга.
Что уж говорить, долгое время и сама Фьерия была такой. Мы первыми были обласканы Матерью и ее светом и хранили это наследие как самое драгоценное, доходя до крайности: беспричинно провоцируя войны и политические конфликты с несогласными государствами. Но с правлением моего деда, наша страна стала терпимее, желая мира и сотрудничества даже с теми соседями, кто обладал иными взглядами на мироустройство.
Последние десять лет ведение этой политики усложнилось с приходом к власти нового короля Имменсияра, что обращал под свой контроль все больше и больше стран, диктуя превалирующую роль Отца Тьмы во всех аспектах жизни людей.