Ксения Лирио – Мой предатель (страница 2)

– Помоги мне!

Алекс дернулся от неожиданности и быстро огляделся по сторонам. Нет. Это иллюзия. Этого не могло происходить на самом деле. Их здесь нет.

Нет. Нет. Нет.

– Ты в порядке? – донесся до него, словно сквозь толщу воды, едва слышный голос Коннора. – Эй, Ноксвелл, ты еще здесь?

Непроизвольно сцепив зубы при упоминании своей фамилии, Алекс посмотрел на Коннора и закивал, судорожно пытаясь перевести сбившееся от приступа паники дыхание. Он чувствовал, как страх медленно полз по его телу, проникая в каждое нервное окончание, и, бросив быстрый взгляд на сферу, с огромным трудом заставил себя убрать ее обратно в бархатный мешочек. Сначала нужно выпроводить гостя.

– Ты побледнел, – словно услышав мысли Алекса, тут же отозвался Коннор. – Ты… – Он на миг замолчал, будто каждое слово давалось ему с почти немыслимыми физическими усилиями. – Ты что-то слышишь?

– Тебе пора, – грубо ответил Алекс и шумно сглотнул, чтобы хоть как-то увлажнить пересохшее до предела горло. Слюна прошлась по слизистым, подобно остро наточенным кинжалам, и Алекс слегка сморщился от болезненных ощущений.

– И это все? – Коннор хмыкнул. – Даже спасибо не скажешь?

– Спасибо. А теперь тебе пора.

Чтобы отвлечься от набирающего обороты очередного приступа паники, Алекс окинул быстрым взглядом свою небольшую квартиру, которую он снял несколько месяцев назад. Это было самое удачное и самое не привлекающее внимание место, чтобы спрятаться от посторонних глаз. Чтобы не встречаться взглядами с теми, против кого Алекс воевал. Любопытных было слишком много, как и тех, кто искренне желал Алексу смерти. Не то чтобы это было незаслуженно. Еще бы, сейчас любой из бывших Карателей был лакомым кусочком для появившихся на улицах самопровозглашенных мстителей, но Алекс был на верхушке этого хит-парада, ведь это в его доме было убежище Карателей.

– Прощай, – едва слышно произнес Коннор, поправляя явно сшитый на заказ пиджак светло-серого цвета. – Надеюсь, что когда-нибудь смогу еще увидеть тебя.

– Как пожелают Основатели, – отозвался Алекс, отворачиваясь. – Не скучай, дружище.

Он закрыл глаза, с силой сжимая челюсть, и ровно через несколько секунд до Алекса донесся сдавленный стук закрывающейся двери, оповещающий о том, что Коннор покинул его жилище. Алекс тут же ощутил ни с чем не сравнимое облегчение. Основатели, он так сильно желал наконец остаться в одиночестве и сделать то, чего так настойчиво требовала сама его сущность, что это практически затмевало остатки здравого смысла. Удивительно, что он смог продержаться так долго с чужой сферой в руках. Учитывая, как давно в последний раз Алекс позволял себе подобную роскошь, было бы невероятно, если…

– Мамочка, ты где?

По коже Алекса неровными волнами побежал холод, который лишь усилился, когда откуда-то позади раздался громкий детский плач. Резко обернувшись, Алекс судорожно осмотрелся по сторонам, чувствуя, как сердце буквально врезалось в ребра, разнося по венам панику. Гостиная, на первый взгляд, казалась все той же. Теплые бежевые обои на стенах, мягкий ковер, кожаный диван молочного оттенка. Но внезапно прямо из пола вдруг материализовался маленький мальчик лет восьми. Его личико было перепачкано кровью и грязью, а измазанные багряными пятнами пальчики сжимали сферу на шее, наполненную золотой магией. Хранитель. Он был одним из них. Алекс, словно завороженный, смотрел на малыша в своей гостиной и не мог пошевелиться. Тело будто парализовало. Язык прилип к сухому небу, а горло сжалось, будто наполненное камнями.

– Мама! – заплакал мальчик, тряся цепочку со сферой на шее. – Мама, где ты?

Алекс медленно сделал шаг вперед, приложив для этого действия все усилия, и протянул руку. В висках билось, что он должен помочь. Ребенок кричал слишком громко. Каратели могли услышать его. Они могли прийти в любую секунду. Сейчас.

– Мама! – воскликнул мальчик. – Мамочка!

– Тише. – Алекс приложил палец к пересохшим губам. – Ты должен…

Он осекся, когда взгляд малыша внезапно остекленел. Пальчики, стискивающие сферу, разжались и безвольно упали вниз, а затем ребенок завалился на спину, слегка перевернувшись на бок. Алекс задрожал, смотря на маленькое тельце, и захрипел, увидев тонкую струйку крови, стекающую из приоткрытого рта мальчика, и бурое пятно на груди, что с каждой секундой разрасталось все сильнее, и сильнее, и…

– Нет, – с огромным трудом пробормотал Алекс. Язык почти не шевелился во рту, и формировать хоть какое-то подобие слов было безумно сложно. – Нет.

Упав на колени, он ползком начал двигаться к лежащему на полу ребенку, медленно переставляя руки по ковру, что сейчас по тактильным ощущениям больше напоминал рассыпанное битое стекло. Алекс приблизился к мальчику и уже было протянулся к нему, как вдруг тот исчез. Просто растворился в воздухе, словно его и не было. Губы Алекса мелко задрожали. Он, будто умалишенный, принялся водить ладонями по ковру, царапая ворс ногтями. Алекс словно пытался разорвать плотный материал, надеясь, что мальчик где-то там, под ним, но все было тщетно. Осознание, что все это было лишь очередной иллюзией, обрушилось на него ударной волной, оставляя шум в ушах, что смешивался с детским криком, который, Алекс был готов поклясться Основателями, он абсолютно точно слышал.

Это был тот самый невозвратный уровень воспоминаний. Значит, скоро придут следующие. Они всегда приходили.

– Нет, – судорожно забормотал Алекс, садясь на полу так, чтобы упереться спиной в диван и начал хлопать себя по карманам в поисках мешочка, что передал ему Коннор. – Уходите.

Ладони тряслись, пока он прикладывал пальцы к сфере, чтобы вызвать магию, – сил идти к брошенному в порыве паники неподалеку пиджаку больше не было, и Алекс с трудом заставил магическое ядро внутри себя вспыхнуть. Он моментально сосредоточился, вызывая энергию притяжения, отдаленно осознав, что не помнит, когда делал подобное. Сила сферы наконец пробудилась, прокатившись, казалось бы, давно забытым теплом магии по венам, и мешочек, так сильно необходимый Алексу, медленно поднялся в воздух, вылетев из кармана пиджака. Мелко дрожа от ужаса и нетерпения, Алекс шумно сглотнул слюну, что тут же прошлась по горлу наточенным лезвием, и крепко зажмурился, когда гостиная вновь наполнилась иллюзорными криками. Только на это раз их было намного больше.

– Предатель!

– Смерть Карателям!

– Всей вашей семейке место в Холлоусте!

Алекс закрыл глаза ладонями для верности. Крики проникали прямиком под черепную коробку, вызывая в воображении непрошеные образы Холлоуста – созданной самой Смертью магической тюрьмы, которая находилась прямо под землей и тянулась по всему миру, на глубине несколько сотен метров. В ней отсутствовали окна, и заключенные десятилетиями не видели дневного света. И в последствии их ощущение времени напрочь стиралось – они попросту не знали, день или ночь сейчас проживали. Это сводило с ума даже самых стойких. Именно там держали Карателей. Именно там был отец Алекса Лютер Ноксвелл – лекарь, давший приют Карателям в своем доме. Согласившийся работать на них. Отдавший им своего сына и позволивший ему стать убийцей. Стать преступником.

Стать монстром. Заставив себя распахнуть веки, Алекс протянул дрожащую руку к зависшему в воздухе мешочку и быстрым движением разорвал тонкую ткань, отбрасывая ту себе за спину. Спустя мгновение на его ладонях уже лежала чуть потемневшая от долгого лежания без дела сфера, и Алекс крепко сжал челюсть в предвкушении. Он осторожно перекатил шарик по пальцам, наблюдая, как почти черная магия внутри него медленно поползла по стенкам вниз. Основатели, кажется, ее бывший владелец был действительно дерьмовым человеком. Только у отъявленных мерзавцев магия в сфере была такого насыщенного черного цвета. Алекс провел языком по сухим губам. Какая разница? Ему всегда было плевать, кому раньше принадлежали сферы, которые притаскивал ему Коннор из хранилища Смерти. Плевать, что их достать можно было только там. Плевать, что это были сферы ныне мертвых магов. Не важно, кто именно был их владельцем раньше. Не важно, на какой стороне в войне он сражался. Все это было абсолютно не важно. Все, что сейчас владело мыслями Алекса, заключалось внутри сферы в его руках. А точнее – магия внутри нее. Магия мертвого. Только она была способна избавить его от галлюцинаций. От навязчивых мыслей. От боли.

Только она могла помочь ему на время исчезнуть из этого мира. Раствориться. Стать никем.

Алекс осторожно поднес сферу к груди, с силой вдавливая ту в ребра. Чужая магия, видимо почувствовав биение его сердца, тут же оживилась и плавно впиталась в кожу Алекса, заставив его облегченно выдохнуть. Наконец-то. Тело тут же начало расслабляться, как под действием сильного успокоительного. В крови, движение которой Алекс физически ощущал под кожей, застучал адреналин, разнося мысли и воспоминания. Вымывая их из его разума. Чужая мертвая магия начала действие в его теле, и Алекс одним быстрым движением отбросил уже пустую сферу, закрывая глаза. Он слышал, как с каждой секундой крики постепенно заглушались, словно опускаясь под толщу воды. Они становились все менее различимыми, пока в воздухе наконец не появилась она. Тишина.