Ксения Лестова – Разыграть чувства (страница 46)

Мама, как и обещала, проводила меня до самой комнаты. Отец покинул нас напротив своего кабинета, сославшись на сильную занятость. Остальные…они разошлись в разные стороны почти сразу же.

Честно сказать, не думала, что родительница захочет остаться вместе со мной наедине. Я-то уже вовсю мечтала о горячей ванне, полной ароматной пены, в которой буду лежать, пока вода не остынет. Хотела немного забыться… Вместо этого пришлось выслушать тонну критики в адрес своего внешнего вида.

— Да как они посмели нарядить мою дочь в эти лохмотья?! — возмущалась женщина, стаскивая с меня балахон и впоследствии потрясая им в воздухе. — Как вообще в это безобразие можно одеваться?!

Я испугалась за Жужика, который рисковал попасться маме на глаза. А еще она своими действиями могла его нечаянно придавить ногой, так как подол балахона сейчас терся о ковер. Но взгляд тут же выцепил зеленого пушистика, который сидел на настенном бра. У меня прямо камень с души упал. Списав мое временное замешательство на свой счет, мама ненадолго притихла. Пришлось отвечать:

— Мам, так надо… — безуспешно попыталась защитить собственное одеяние я. — Таков устав…

— Устав не устав… — мама отшвырнула балахон в сторону и в полном ужасе уставилась на мои ботинки, полностью проигнорировав платье. — А это что?! Мари, тебе самой не стыдно ходить в этом? Как ты можешь еще и защищать это…этот наряд…этих монахинь?!

— Наверное потому, что я сама послушница, — смакуя материнскую скорбь по моему внешнему виду, скромно произнесла я. — Они, то есть мы, ни в чем не виноваты. В монастырях все очень бедные. А кроме того… в храм отнюдь не на бал идут.

Проследила, как милое личико родительницы стало покрываться красными пятнами. Значит, попала в точку. Нет, а самое главное, она не может вслух попросить прощение! Найти виноватого помимо себя? Пожалуйста, целый монастырь! А то, что по их с отцом воле я там оказалась…

— Ты в первую очередь леди! — в сердцах воскликнула мать, а я демонстративно медленно стала разуваться. — Неужели тебе не было стыдно сегодня перед родственниками?

Богиня, как же хорошо, что я покраснела еще когда наклонялась вниз, чтобы расшнуровать обувь…

— А чего мне стыдиться? — невозмутимо откликнулась, делая вид, что меня ее слова ни капли не взволновали. — В чем была, в том и приехала. У меня в монастыре другой одежды не было.

— Нет, была! — с жаром возразила Сьюзан. — Ты же отсюда в чем-то уезжала, не так ли?

— Уезжала, — со вполне натуральным безразличием пожала плечами. — Но я сильно похудела за эти три года, знаешь ли (да, я решила ответить ей в ее же тоне!), и платье просто-напросто на мне не держалось. Везти обратно не хотелось, ибо оно мне велико и больше не нравится.

— Что-о? — реакция родительницы была неоднозначной. — А ну-ка…

И она бесцеремонно стала стягивать с меня платье и сорочку. Я не возражала. Пускай смотрит.

— Да уж… — после минутного молчания, наконец, выдавила леди Гиллтон. — Похудела сильно… Мари, скажи, они тебя там что, голодом морили?

— Нет… — в свою очередь понарошку смутилась я. — Кормили…ну так…нормально.

— И что мне теперь делать с тем ворохом нарядов? — мама озадаченно повернулась к моей постели, на которой были аккуратно разложены заказанные платья.

— А не надо было их без меня заказывать… — тихо произнесла, попутно забирая из ослабших маминых рук монастырскую сорочку.

— Я так хотела угодить тебе… — скорбно откликнулась моя собеседница.

А я внутри ликовала. Это же третья месть родителям! Вернувшаяся блудная Марианна, которая истощала и от этого не смогла надеть единственное имеющееся у нее приличное платье, а потому опозорившая своих отца и мать перед многочисленными «совершенно случайно» гостившими родственниками. Ладно-ладно, сейчас я начну обговаривать свои предпочтения насчет «целомудренности» нарядов. Раскритикую моду…

— Ничего, — смиренно проговорила в ответ, глядя в печальные мамины глаза. — Но я все равно хочу на них взглянуть.

— Вот заодно и узнаю о твоих новых предпочтениях в одежде, — заметно повеселела Сьюзан Гиллтон.

Знала бы она, что ее ожидает, не радовалась бы так. Как, впрочем, и я. Увидев первое же платье, поняла насколько одичала в монастыре. По словам матери, пышные юбки нынче носили только на балах и особо торжественных вечерах. В остальное же время женщины надевали простые платья без всяких нижних юбок с каркасами. Это намного упрощало все движения, но, в то же время, делало наряд более скромным и незащищенным. Впрочем, мне одеваться в подобное было без надобности, так как все сшитые для меня модели оказались велики на пару размеров.

Но декольте ничуть не стало скромнее. А еще появились платья с вырезами сзади! На этот счет я свою матушку тут же огорчила, заявив, что просто не смогу в подобном одеянии выйти в свет. Не испытывая стеснения, дискомфорта и неловкости за свой внешний вид. Однако, я должна была в чем-то спуститься вниз на обед. Памятуя, что у меня в шкафу до отъезда оставались два любимых платья, из которых я выросла и которые так и не смогла выкинуть, залезла в гардероб. Я их носила в шестнадцать лет. Одно нежного кремового цвета, бальное, украшенное бисером в тон. Второе же отвечало требованиям современной моды: без нижней юбки, строгое (как я теперь люблю), с длинными рукавами, темно зеленое и без намека на декольте (вырез под горло).

Как могла, на примере этого платья объяснила основные ошибки, допущенные при шитье туалетов, заказанных мамой для меня. Последняя, к слову сказать, слушала внимательно и подозрительно спокойно. Мне это не понравилось. Думаю, с нее станется сделать опять все по-своему. Чтобы проверить так ли это на самом деле, как можно доброжелательнее и мягче сказала:

— Не хочу тебя лишний раз утруждать своим гардеробом, мам, — состроила как можно более умильное выражение лица и добила: — Поэтому, предполагаю, что сама прекрасно справлюсь с этой задачей. Я уже не маленькая и сама смогу сходить в лавку мистера Крайзера. Думаю, он что-нибудь для меня подберет.

— Нет, только не это! — замахала руками старшая леди Гиллтон. — Я и слышать не хочу, что ты пойдешь туда одна! Мы отправимся туда вместе, и это не обсуждается! Я хочу своими глазами увидеть твой выбор еще до совершения покупки…

— Правда? — ее слова меня ощутимо насторожили. — Как-то раньше ты не очень сильно переживала, когда ошибалась в покупке нарядов… Что-то случилось?

Моя мама не хочет делиться со мной элементарной информацией?! Это что-то новенькое! Финансовые трудности? У моего отца? Это немыслимо и, как мне казалось раньше, невозможно… Но почему-то же Сьюзан Гиллтон не хочет, чтобы я покупала эти платья без нее. Раньше мне позволялось это делать… Или она стесняется моей теперешней, по ее понятиям, дикости? Да-а, такими темпами мне придется тайком пробираться в кабинет отца посреди ночи и выведывать по крупицам сведения про свою семью на тот временной промежуток, в который отсутствовала… Самой, без ведома отца и матери, предварительно проверив все его магические следилки. А кстати…

— Мам, а меня ведь будут учить магии? — спросила, наблюдая, как родительница упорно делает вид, что перебирает ворох платьев в надежде найти подходящее мне по размеру.

Женщина продолжала неистово копаться в тряпье, из чего я сделала вывод — на этот вопрос мне тоже не ответят. Итак, папа уже мне задолжал информацию по трем вопросам, заданным мною еще в письме, мама всего за несколько минут умудрилась разжечь мой интерес еще по двум. Что ж, может, она все же расскажет мне кое-что?

— Мам! — повысила голос. — Ты вообще меня не слышала?!

Леди Гиллтон таки ко мне повернулась, выпуская, наконец, эти пресловутые тряпки из своих нежных все таких же холеных и ухоженных рук. Сразу захотелось заставить ее прополоть какую-нибудь клумбу в саду…

— Я недавно обрела магический дар, — делая вид, что уповаю на ее неосведомленность, спокойным тоном проговорила. — Следовательно, мне необходим учитель. Маг Земли. Понимаешь?

— Понимаю… — мама состроила более-менее взволнованно-удивленное лицо. — Надо об этом сообщить отцу. Конечно же, тебя нельзя оставлять просто так… Я все ему скажу.

И направилась к входной двери. Честно сказать, я хотела услышать ответ еще на один вопрос.

— Мам, постой! А как наше состояние? — спросила максимально наивно, по-детски. — Оно все еще стабильно? Мы не стали беднее за эти три года?

Женщина круто развернулась ко мне лицом и недоуменно вопросила:

— С чего вдруг такие вопросы, Марианна? — если бы уже перед этим она не допустила бы в своей речи одну маленькую ошибку, я бы безоговорочно ей поверила. — Мы не то, что не обеднели, мы разбогатели!

Вот это новости! А почему она тогда тщетно пытается скрыть от меня волнение. Неужели разбогатели на мне и на шантаже семьи Когинса-младшего? А, может, действительно подыскали мне партию посолиднее? А может, вовсе и не разбогатели… Но мама верно хотела побыстрее от меня скрыться.

— Да так… — пожала худенькими плечиками. — Просто волнуюсь за благосостояние семьи…Ты куда-то спешишь?

— Так, я же только что узнала о становлении тебя как мага Земли! — по-видимому, удовлетворившись моим ответом, возбужденно воскликнула Сьюзан. — Я должна как можно быстрее сообщить об этом отцу!