Ксения Кокорева – Дело о коте Баюне (страница 18)
– Трава! – продолжал радоваться Петя. – Небо! Смотри, Волк, настоящее небо!
Небо было черным, с редким вкраплением звезд.
Беспокойство перешло в тихую панику, Волк ускорил шаги и обогнал Петю.
– Ты куда? – удивился тот, но припустил следом. – Что случилось? Почему ты бежишь?
Волк действительно уже почти бежал по холму. Он сам не знал почему. Просто ему здесь не нравилось, не нравилось до ломоты в висках. Все было каким-то неправильным: и воздух, и запахи, и пресловутая трава.
Что-то витало в воздухе, до боли знакомое и противное.
– Ой, е-е-е… – протянул Петя, но Волк уже и сам все видел.
Все пространство, насколько хватало взгляда, было покрыто сотнями геометрических фигур, залитых туманом. Впереди, тихое и огромное, лежало кладбище!
Из оцепенения Петю вывел Волк.
– «VESPASIAN HIC IACET FELIUS SEVERUS», – громко прочитал он. – «HIC SITUS TACEDONIUS STERNITURINFELIX ALIENO VULNERE». «Несчастный, он пал от удара, который был предназначен другому». Не понял…
– Ты знаешь латынь? – удивился Петя.
– Нет, тут на двух языках написано. Ничего не понимаю. Где мы очутились?
Петя тоже мало что понимал, и его это не вдохновляло.
– Странно, – продолжил рассуждать Волк. – Если я не ошибаюсь, это римское кладбище. Откуда здесь римляне?
Петя не успел задаться тем же вопросом, как тишину разорвал звук колокола. Один, два, три… Двенадцать.
Петя и Волк стояли посреди кладбища в двенадцать часов ночи.
Петя, до которого только сейчас дошел весь ужас их положения, истерически захихикал:
– Я надеюсь, сейчас из этих могилок не полезут… Ой, нет!
Надежда оказалась тщетной.
– На дерево! – рявкнул Волк, вдохновляя спутника личным примером. Там, где Петя только что стоял, земля задрожала, вздулась и лопнула. А из-под земли рывком вскинулась когтистая лапа. Несколько секунд она вслепую царапала землю вокруг, ничего не нацарапала и скрылась. Ненадолго. Мгновение спустя следом вылез весь ее владелец.
«На нашего Гошу похож». – подумал Петя.
Чуть раздвинув ветви старого дуба, мальчик завороженно наблюдал, как земля лопается, и на свет появляются целые полки «Гош» – белые скелеты в остатках золоченной формы. И медленно-медленно кладбище затягивал голубоватый туман, над поверхностью которого плавали могильные камни.
А из тумана поднимались фигуры…
Все, как один, подняли головы в сторону дерева, на котором укрывались Петя и Волк.
Словно ожидая чего-то. Словно, наблюдая…
На соседней ветке примостился Волк.
Такая, знаете ли, упитанная птичка, подумал Петя и нервно хихикнул. «Птичка» оказалась слишком увесистой, а дерево – слишком старым.
Будь проклят тот день, когда из шкафа вылез Волк в сопровождении Кота Баюна! Угораздило же связаться…
Петя прыгнул следом. И нос к носу столкнулся с жутким скелетообразным типом. Несколько секунд они таращились друг на друга (краем глаза Петя видел, как из каждой могилы поднималось похожее существо и начинало свое неторопливое движение).
Дробный стук зубов Волка не давал сосредоточиться, но, как ни странно, действовал успокаивающе.
Мертвец вскинул лапу, и, как по команде, все его сородичи повторили этот жест, указывая на живых.
– Мама! – заорал Петя.
– А-а-а-а! – солидарно завопил Волк, схватил напарника за шкирку, и друзья побежали прямо на скелетов. Похоже, те не ожидали такой наглости, потому что никак не среагировали. Петя с Волком успешно пронеслись сквозь строй несвежих «Гош» и вылетели на вершину холма. Скатились с него и заскочили в пещеру.
– И что теперь? – озвучил общую мысль Петя. Ответом ему стал протяжный, зловещий и унылый вой, раздавшийся прямо за спинами.
Друзья оглянулись.
От входа на Петю и Волка надвигался черный силуэт. И можно было различить, что это человек в надвинутом на лицо капюшоне.
Он двигался медленно, как в плохом сне, и совершенно бесшумно. Но самым страшным было его лицо, а, вернее, полное его отсутствие – на месте лица зияла черная дыра, из глубины которой на Петю и Волка взирали ярко-желтые горящие глаза.
Куда бежать и что делать вдруг резко перестало интересовать. Петя и Волк просто взяли ноги в руки и лапы в лапы и побежали.
После пяти минут бешеной гонки они увидели светло-серый четко очерченный полукруг:
– Туда! – простонал Волк. – Светает!
В лицо подул ветер, обещая скорое спасение.
– Выбрались! – стонал Петя. – Земля, блин! Земля!!!
Вой, летевший им вслед, красноречиво убеждал не сбавлять скорость.
Друзья бежали напролом, не зная куда, с хрустом проламываясь сквозь густой кустарник, каким-то чудом огибая деревья, ни разу ухитрились не споткнуться, как будто неслись над землей. И вдруг провалились куда-то в темноту, просто шагнули на очередную кочку и…
Глава 19
…Петя очнулся от яркого света – тот бил прямо в лицо. Он приподнялся, гадая, где он, что с ним случилось и почему он лежит на толстом ковре из листьев в каком-то странном месте. Место действительно было очень странное. Оно напоминало пещеру, но не каменную, а из веток. Ветки кленов росли так густо и склонялись так низко, что переплетались между собой, образуя уютную кленовую пещеру.
Хозяйка пещеры тоже заслуживала внимания. С первого взгляда казалось, что она похожа на человека. Но только с первого.
Три дочери Нощницы, как внезапно оказалось, были настоящими красавицами. Потому что их матушка представляла собой существо настолько жуткое, что у Пети не хватило бы слов, чтобы ее описать. Клыки и когти – неизменный атрибут – уже не вызывали сильных эмоций, но вот все остальное…
Не радовало взгляд лицо – живой, обтянутый бледной морщинистой кожей череп, с полным отсутствием носа, бровей и ресниц. Поражали глубоко посаженные ярко-желтые глаза и редкие светлые волосы. Все вместе рождало только одно желание – немедленно покинуть общество этой «красавицы».
При этом вид у нее был отрешенный: философский вид существа, измерявшего время не банальными годами, веками и тысячелетиями, а геологическими периодами. Существо с таким видом просто не могло подозревать о столь мизерных отрезках, как часы и минуты. Было в Нощнице что-то от вечных, заметаемых песками египетских пирамид, идолов древних славян и неповоротливых мамонтов.
Петя заморгал и пришел в себя окончательно. Рядом сопел Волк.
– Вы так желали меня видеть, что даже прошли в мой запасной портал, – чуть поклонилась Нощница. – Я к вашим услугам.
– Какой портал? – сразу же спросил любопытный Волк.
– Один из тех, через которые я путешествую между мирами и временами, – любезно пояснила Нощница. – Этой ночью я прогуливалась по территории Римской империи и увидела вас, друзья мои. Дочери тоже давно говорили о мальчике и зверушке, которые жаждут обсудить со мной какой-то важный вопрос. Я вас слушаю.
Петя осторожно огляделся. Пещера, где он оказался, была небольшая, но просторная и светлая. Довольно уютная.
– Итак? – повторила Нощница, и Петя опомнился.
– Простите, пожалуйста, за беспокойство. Нам действительно нужно задать вам несколько вопросов. Дело в том, что…
– Знаю, мой юный друг, не трудитесь пересказывать мне вашу историю. Пока вы спали, я позволила себе заглянуть в вашу память. Чрезвычайно любопытно, я вам скажу. Да и встречаемся мы с вами уже не в первый раз. Мальчик и зверушка. В лесу, возле избушки Бабы Яги. Я там гуляла, а вы испугались. – Неуловимым движением Нощница придвинулась к Пете и осторожно коснулась когтем волос. По всему телу мальчика пробежал невыносимый мертвящий холод.
– Разрешите осведомиться, – вдруг встрял Волк. – О вашей, так сказать, профессиональной деятельности. Я тут книжку одну нашел…
– Это? – Нощница подняла за уголок увесистый том в кожаном переплете. – Омерзительное чтиво. Меня здесь обозвали «вымирающей», можете себе представить? Я что, похожа на богинку[1] или трясовицу[2]? Вот про них уже тысячи лет ничего не слышно, но не пишут же, что они «вымирающие»! Да, друзья мои, в какой-то момент чаша моего терпения переполнилась, и эта книга стала последней каплей. Я решила переехать сюда, на болота, в тишину и покой. Как же я ошибалась…
– А тут вас кто-то беспокоит? – Петя попытался представить себе человека, который по доброй воле решится побеспокоить Нощницу. Не получилось. Потом он вспомнил, что они с Волком, как раз так и сделали. Стало как-то грустно.
– Понимаете, юноша, у моей работы есть некая специфика. Как другие представители класса нечистой силы (интересно, кому пришло в голову нас так обозвать, я например, регулярно принимаю ванну), мы с дочерями работаем по ночам. Знаете, есть такие нехорошие люди, которые не спят. И не по долгу службы, а исключительно по собственной глупости. Ваш отец, например. – Петя дернулся. – Да-да, мой юный друг, ваш отец слишком впечатлительный перфекционист. Кто его заставляет писать отчеты по ночам, засиживаться в лаборатории глубоко за полночь, постоянно мысленно спорить с собственным начальником и, что гораздо хуже, с лаборантом? Он извел себя, всю семью и этого несчастного Капризова. Что же в результате? Мне, конечно, пришлось вмешаться. Надеюсь, после моего небольшого вмешательства он навсегда запомнит простое правило: ночью надо спать! Ничего личного, просто воспитательная методика.
Мальчик открыл было рот, чтобы высказать все, что он думает по поводу «воспитательных методик» Нощницы, но Волк решил вставить слово до того, как Петя нахамит древнему существу. Старость надо уважать. А если представитель старшего поколения вооружен внушительными клыками и когтями, нужно уважать вдвойне.