Ксения Казакова – Донбасс. Это моя земля. Такое могло произойти только здесь (страница 5)
Та весело рассмеялась.
– Ну, вы пока сходите, посмотрите, как к соревнованиям готовятся, а я Топазика запрягу – и мы с ним на фаэтоне за вами приедем.
Аня взяла меня за руку и повела в другую сторону.
Вышли мы к большому полю, огороженному деревянными длинными палками.
А там по кругу конь бегает. Его держит на длинной веревке женщина, а конь вокруг нее кружится.
Аня облокотилась на длинные палки забора, я наклонилась так же.
– Вот, это наш чемпион, – Аня довольно улыбалась, глядя, как конь бегает по кругу, – зовут его Хлопок.
Я узнала, что веревка, за которую держат лошадь, называется повод, а место, где лошадь бегает по кругу – круговой загон. А еще оказывается, что лошади бегают по-разному! И каждый бег имеет свое название! И правильно говорить не «бегают», а «ходят».
Тут сзади раздалось поскрипывание, я вздрогнула от неожиданности и обернулась. А это Топаз вез за собой фаэтон. Аня тут же развернулась и скомандовала:
– Любаша, залезай!
Подала мне руку, и я, словно принцесса, уселась в карету! Аня села рядом со мной, и мы поехали.
Мимо проплывал круговой загон с тренирующимся Хлопком, конюшня. А вон и мама с папой машут мне. Я тоже привстала, хотя фаэтон раскачивался, и тоже помахала им рукой.
– А знаешь, как наш Татерсаль тут образовался? – хитро прищурившись, спросила меня Аня.
– Нет, не знаю, – честно ответила я.
– У нас на этот счет есть легенда. Хочешь, я тебе расскажу?
– Конечно, хочу!
И стала она рассказывать.
Жила-была прекрасная Девица. Умница, красавица, радость мамина и папина. Она жила в те далекие-далекие времена, когда еще лошади дикими были да боялись людей.
И вот однажды пошла она в лес по грибы да по ягоды. И вдруг видит, в кустах кто-то шевелится и тихонько плачет. Испугалась она сначала да убежать хотела. Но только голос уж больно жалостливый был. Осторожно подошла она к кустам, ветки раздвинула, а там жеребенок лежит да огромными испуганными глазищами на нее смотрит.
Боязливо подошла. А он сам от страха затрясся, попытался вскочить и убежать, да не смог. Нога подкосилась.
«Видимо ножку повредил», – подумала Девица. Подошла ближе и погладила малыша по голове, между ушками. А тот закрыл глаза, боясь, что его обидят. И только крупные слезы полились.
– Тише, тише, – она села прямо на траву рядом и обняла его за голову, стала поглаживать да приговаривать: – Не бойся, миленький, не бойся, хорошенький.
Когда мелкая дрожь унялась, когда слезы литься перестали, стала она аккуратно его ногу прощупывать. Да видно нажала на больное место, и он попытался встать да как заржет.
– Миленький, хорошенький! – девушка стала успокаивающе похлопывать по влажной спинке, – я тебя не обижу, но мне нужно посмотреть, где у тебя болит.
Взяла его голову в свои руки, приподняла и пристально посмотрела ему в глаза:
– Мне нужно посмотреть, что у тебя с ножкой, понимаешь меня? Может быть, будет больно, но я не специально. Ты понимаешь?
В его глазах плескался страх, перемешанный с болью.
– У тебя ножка болит, – стала девушка разговаривать с ним как с маленьким ребенком, – мне нужно потрогать, а ты как большой – потерпи. Если это просто растяжение, то мне нужно перевязать. Да, будет неприятно, да, будет больно, но потом жилы затянутся и перестанут болеть. Но если вдруг это не просто жилы, а кость сломана, то тут нам с тобой тяжелей придется.
И увидела в его глазах понимание. Она прижалась своим лбом к его лбу. Глубоко вздохнула и снова протянула руку к его ножке. Жеребенок скосил глаза и зажмурился. Девица осторожно пальцами стала, поглаживая, трогать его ножку. Вот припухлость, аккуратно начала ее ощупывать. Кость цела, жила пульсирует, но тоже чувствуется целой. Она выдохнула с облегчением. Не перелом, уже легче.
Девушка глянула в его глаза, они были полны слез, но в них было столько доверия, что она снова прижалась к его лбу и нежным голосом стала рассказывать:
– У тебя опухла жила, это не так страшно, но очень больно. Я сейчас своим платком туго-туго ее перевяжу. Надо потерпеть – будет больно, но затем боль утихнет и со временем спадет, и все заживет. Будешь бегать как раньше.
Девица огляделась и приметила разросшийся куст лопуха. Встала, выбрала самый сочный лист, сорвала и, обернув припухлость лопухом, примотала его своей косынкой. Стараясь завязать потуже, но не пережимать.
– Ну, вот и все, – сказала она, вставая.
И тут за спиной раздался топот и шорох раздвигающихся веток. Не успела она испугаться, как перед ней возникли кони. Не один, не два, не три, а тридцать три. Она попыталась отойти и тут же почувствовала спиной тяжелое дыхание.
«Ну, все, – мелькнуло у нее в голове, – сейчас меня растопчут!»
К малышу подбежала большая лошадь и стала жадно обнюхивать его, тычась своими раздутыми ноздрями то в голову, то в шею, то в бок.
«Это его мама, – поняла Девица, – как же она переживает!»
С особой тщательностью лошадь обнюхала повязку на ноге жеребенка. У Девицы сердце замерло от страха. Лошадь фыркнула и обернулась к ней. И вдруг, выставив одну ногу вперед, присела на вторую и склонила голову. Девица опешила. И вдруг поняла – лошадь ей поклонилась. И она тоже в ответ поклонилась матери-лошади.
И тут самый сильный конь подбежал к жеребенку, подкинул его как пушинку, подставил ему спину и взвалил на себя. Не успела Девица и глазом моргнуть, как исчезли все лошади, будто и не было их. И только легкий ветерок раздувает ей волосы.
«Вот мамка расстроится, что я папенькой из города привезенную косынку потеряла», – вдруг подумала Девица.
Время пролетело быстро, Девица совсем забыла про того жеребенка да про случай в лесу.
Вот пришло время идти по грибы. Идет Девица по лесным тропкам, тихонечко песенку себе под нос напевает. Длинной тростиночкой палые листья приподнимает. Тут меж ветвей мелькнула рыжая стайка грибов-лисичек. Девица к ним радостно и направилась. Наклонилась, в туесок собирает, грибы разглядывает – не червивые ли. И только краем глаза увидала движение у куста. Даже испугаться не успела, как перед ней серый волк возник. Пасть щерит, глазами сверкает, зубами клацает.
«Вот и смерть моя пришла», – только мелькнуло у нее в голове, тут волк и кинулся. Потемнело в глазах Девицы, и земля ушла из-под ног. Темно, страшно, все ждет, когда же страшные зубья вонзятся. Или уже умерла она. Только чуть глаз приоткрывает, ан нет. Листья на деревьях редки да золотом наливаются, да небо над головой все то же, голубое. Распахнула глаза, огляделась – нет волка. Только красавец жеребец рядом стоит и тяжело вдыхает воздух ноздрями.
– Ты спас меня? – тихим голосом спрашивает она жеребца. Смотрит ему в глаза и вдруг узнает. Вот эти глаза тогда на нее со страхом и мольбой смотрели, вот из этих глаз слезы лились. Поднялась она, подошла и обняла его за шею да расплакалась.
С тех пор повелась у них дружба. А после и другие лошади стали к ней выходить, и стали они помогать друг другу. А Девица место это присмотрела, выбрала, да и поселились они все вместе – она да лошади.
И стали другие люди приезжать, а Девица учила их, как правильно за лошадьми ухаживать, как жить с ними в мире и согласии.
– Вот и сказочке конец, а кто слушал – молодец! – весело выпалила Аня. А я от восторга только глазами хлопала.
Расставались мы уже как добрые подружки, и совсем-совсем уезжать от них не хотелось. Но папа обещал, что мы обязательно будем приезжать часто.
А ночью мне снились сны о лошадях и новая моя подружка Аня. И я на лошади и в красивом платье – совсем как принцесса.
КСК «Татерсаль» (конный клуб),
47.9992478216448, 37.7533693743406,
г. Донецк, ул. Югославская, д. 3А
Клуб предоставляет следующие услуги:
1. Уроки верховой езды (уроки проводят опытные инструкторы).
2. Поздравления и выступления с участием лошадей, прокат фаэтона (свадьбы, дни рождения, корпоративные мероприятия и прочие торжества).
3. Содержание частных лошадей.
Источник: https://vk.com/tatersal
Море в саду
Марк Макаров
В самой обыкновенной квартире, в небольшом аквариуме на тумбочке возле дивана жила черепашка по имени Мося. День ее обыкновенно начинался с солнечной ванны, которую она принимала на гладком морском камушке. Ближе к обеду она любила рассматривать узоры старого ковра через стекло аквариума или слушать убаюкивающее бормотание телевизора. Но больше всего черепашка ждала возвращения из школы хозяйки, которая была для нее самой дорогой и единственной подругой. Каждую минуту свободного времени они проводили вместе за играми и чтением сказок. Они делили и ужин, и прогулки, и даже вечернюю задумчивую тишину. Так дни постепенно сменяли друг друга, и каждый из них был наполнен простым черепашьим счастьем.
Очередной размеренный день по всем правилам двигался к обеду, как вдруг хлопнула входная дверь. Событие это настолько выбивалось из привычного ритма жизни, что черепашка очнулась от дневного сна. С удивлением она наблюдала через стекло аквариума за тем, как в углу комнаты устанавливали большую блестящую клетку с пушистым комочком внутри. После того, как грохот и человеческие голоса утихли, у комочка постепенно появились ушки, лапки и два больших блестящих глаза. Родители девочки подарили ей кролика.
С этого дня все изменилось. Все реже и реже хозяйка доставала черепашку из аквариума. Каждый раз, наблюдая за тем, как девочка проводит время со своим новым питомцем, забыв о ней, Мося начинала скрести своими маленькими коготками стенку аквариума. Поначалу для того, чтобы привлечь к себе внимание, а потом попросту от злости и бессилия. «Неужели хозяйка забыла о том, как весело нам было вместе?! – думала черепашка. – Чем же этот кролик лучше меня? Я не позволю ему отнять мое счастье!» И с каждым разом все сильнее стучала Мося коготками по стеклу, и все отчетливее клокотала ревность в ее черепашьем сердце.