Ксения Каретникова – Признаки беременности (страница 15)

— Мама! — рявкнула я, да так, что маман дернулась.

— Что мама? Мама хочет тебе женского счастья!

— А ты у меня спросила, хочу ли его я?

— Конечно, хочешь, все этого хотят, — она скрещивает руки на груди и смотрит на меня как на провинившегося ребенка.

— А тебе не кажется, что это нечестно, ставить мне такие условия? — здесь мимо проходит Анькин муж, и я тихо шикаю: — Или ты хочешь отдать фирму Сумскому?

— Вот потому, что ты этого не допустишь, и было описано именно такое условие. Да, возможно, немного нечестно… но как тебя по-другому на путь истинный поставить?

— Мама! — опять рявкаю я. Появляется непростительно желание встряхнуть эту женщину за плечи. Но я убиваю этот постыдный порыв, делаю несколько глубоких вдохов и спрашиваю: — Вот ты же знала, неужели нельзя было мне раньше сказать?

— Я молчала, исполняя волю умирающего, — отвечает она серьезно, а я закатываю глаза. — И, между прочим, я старалась тебе помочь…

— Как это?

— Ну, я пыталась тебя познакомить с хорошими мужчинами…

— Ах, для этого, значит? Ну вообще, — злюсь, качаю головой, — спасибо, мамочка, низкий поклон тебе.

— Не хами маме! — пищит она. — Ты же не торопишься, а часики…

— Тикают, — заканчиваю я вместо нее.

— Именно, дорогая моя, тикают. И все тише с каждым годом. Скоро совсем перестанут, — она гладит меня по лицу и ласково добавляет: — Яночка, я для тебя стараюсь.

Очень хочется нагрубить, но я сдерживаюсь. Да еще в этот момент у меня звонит телефон. Мама, улыбнувшись, возвращается к своему Толе, а я, не глядя, снимаю трубку:

— Алло.

— Привет, именинница, — слышу весёлый голос Родиона, — поздравляю тебя с днем рождения, желаю счастья, здоровья, любви. Всего и побольше.

— Спасибо, — отвечаю я.

— Отмечаешь?

— Пришлось. На работе сюрприз устроили, — вздыхаю я тяжко. — Твоя тетя, кстати, тоже поучаствовала.

— Знаю, — бросает он, — сказала, что к тебе поедет. Я бы тоже приехал, но сейчас не в городе… В общем, есть предложение, давай встретимся в субботу, и я тебя поздравлю лично? Это же заранее нельзя, а после хоть месяц.

— Давай увидимся, — не раздумывая, соглашаюсь я. — Только без поздравлений. Их сегодня мне хватит с головой.

— Хорошо, — смеётся Родион, — тогда до встречи. В субботу наберу.

Я прощаюсь и смотрю на толпу отмечающих мой праздник. И кажется мне, что им все равно что отмечать. Был бы повод. Но быть букой я не хочу, пусть люди отдыхают.

Да вот только мне все труднее держать улыбку на лице. Хватаю бокал с шампанским, может, оно поможет расслабиться.

Да куда ж? Как тут расслабиться? После таких весточек от отца, приправленных желанием мамы?

Господи, но вот за что? Неужели у родителей и мысли не возникло, что они всем этим сделают мне только хуже? И что, я теперь должна носиться по городу в поисках отца своему будущему ребёнку?!

Есть, конечно, вариант. То, что предложил врач, ЭКО.

Но… черт! В моей личной жизни наконец появился просвет…

Бокал осушаю в два глотка. Беру еще один.

С грустью подмечаю, что на одном из столов стоит большой торт. Свечей в нем всего две, но зато точно указывающих мой возраст. И вскоре придет момент их задувать.

Второй бокал заканчивается быстрей первого. Третий пью, уже чувствуя желаемую лёгкость. Она позволяет мне провалиться в спасительное равнодушие. Как там говорила Скарлетт? "Об этом я подумаю завтра". Так и я. Завтра решу, как быть с завещанием.

24

Свечки я все же задуваю. Потом слушаю по второму кругу уже пьяненькие поздравления сотрудников. До их кондиции мне еще пить и пить.

Когда в кафе включают музыку и начинаются танцы, на празднике появляется Машка. Целует меня, вручает подарок. Его я принимаю настороженно, вспоминая, как она решила пошутить надо мной в прошлом году. Подруга подарила мне электронный тонометр. И это был самый худший подарок… Однако несколько раз я им все же пользовалась.

Но в этот раз, слава богу, подарок нормальный. Милая подставка под украшения.

— Чего не веселишься? — спрашивает Маша, пританцовывая рядом с бокалом шампанского. — Твой же праздник.

— Да не до веселья, — цежу сквозь зубы.

— Потому что Родионка не приехал? — фыркает она, оглядываясь.

— Да я и не ждала.

— Ну хоть поздравил?

— Ага. Даже встретиться в субботу предложил, — отвечаю я, провожая в этот момент взглядом тетю того, о ком мы говорим. Василиса Михайловна, сопровождаемая Олегом, спешит к выходу. Даже не попрощались.

— Это прогресс, Янк, — Машка кивает головой. — Слушай, а жизнь-то налаживается. Она реально после тридцати не заканчивается, — подруга толкает меня плечом, — вот я ж говорила уже, что в сказке? Даже есть возможность выйти замуж за принца.

— Настолько серьёзно у вас?

Машка скрещивает пальцы на правой руке:

— Надеюсь. Не просто же так он меня в ювелирный возил, а там все уточнял, каких размеров мои пальчики.

— А не слишком ли все быстро? — немного настораживаюсь я.

— По мне, так чем скорее, тем лучше, — улыбается подруга, а потом вновь толкает меня плечом. — А у тебя что там? Если не из-за Родиона не до веселья, то из-за чего?

Хмурюсь, думая, стоит ли говорить о завещании? А почему, собственно, нет? Ну я и выдаю Машке все сегодняшние новости.

— Ну, что это мамки твоей идея, понятно сразу, — сочувственно говорит Маша. — Что делать думаешь?

— Я пока не знаю. Мне даже думать об этом больно.

— Тогда пей, — Машка всучивает мне очередной бокал с шампанским, мы чокаемся и отпиваем. А затем подруга тащит меня танцевать. Сопротивляюсь, но недолго.

А пока танцую, вспоминаю про Макса. Надо же, целый день о нем не думала, да и он тоже хорош — не звонил и не писал сегодня. Ну, с днем рождения не поздравил, потому что не знает. Не сказала, как-то к слову не пришлось.

Закончив танцевать, Машка тащит меня к столу. Кладет два кусочка торта по тарелкам и буквально заставляет меня есть. После чего мы опять пьем шампанское.

Хмелею. Да так, как давно не было. Газики бьют по мозгам, рассеивая сознание. Гости начинают расходиться, довольные, сытые, многие хмелей, чем я. А мне вот хочется еще. Как будто дорвалась.

Машке звонит ее Вадик, и она спешит в их "ложе любви", которое находится в его квартире. Мама тоже собирается уходить, под ручку со своим Анатолием.

— Может, встретимся в субботу? — предлагает ее спутник.

Сначала киваю, а потом вспоминаю, что уже договорилась с Родионом.

— В воскресенье лучше, — отвечаю я. Они соглашаются. Мама целует меня, и они уходят.

В общем, вскоре в кафе, помимо его сотрудников, остаёмся лишь мы с Женей. Временами мне кажется, что секретарей у меня двое… одинаковых. Все, дошла я до кондиции. И мне пора домой.

Женька вызывает такси. Ждем его вместе. Подарков, врученных мне сегодня, я брать не стала. Мне бы свое тело до дома транспортировать.

Уже едем в такси в сторону дома. Вроде бы недалеко, но эти чёртовы пробки… Я чуть не засыпаю на плече своего секретаря.

— Завтра можешь не приходить, — говорит мне Женька. Он, кстати, подозрительно трезвый.

— Спасибо, конечно, что разрешил, — я вовсю тяну шипящие, и сама это понимаю, — но начальница здесь вроде я.

— Конечно, ты, — не спорит он, — но зная тебя… В общем, отдыхай завтра, Яна Ивановна, никаких важных дел не предвидится.