Ксения Кантор – Дресс-код: шпильки (страница 1)
Ксения Кантор
Дресс-код: шпильки
Глава 1.
– Чертов засранец! Обошел нас на финальном этапе!
Бенджамин Моррис рвал и метал, пребывая в дикой, ослепляющей ярости. Впервые в жизни он чувствовал омерзительный вкус поражения. Да еще какого! Грандиознейший контракт уплыл из-под носа в самый последний момент. Не в силах контролировать себя, Бенджи метался по своему кабинету, как разъяренный буйвол, что весьма небезопасно в его-то возрасте.
Рядом находился сын Роберт и директор по связям Майкл Фостер. Оба, при очередном марш-броске разгневанного босса по кабинету, сделали синхронный шаг назад, к стеночке.
– Вот же говнюк! Выскочка! – Бенджи резко притормозил напротив Фостера и вперился в него налитыми кровью глазами. – Как же наши связи? Фостер, ты же обо всем договорился, неужели Мур перекупил их?
Разглядывая перекошенное бордовое лицо, вздувшиеся на висках вены, директор по связям нервно сглотнул. Он боялся не того, что престарелый босс сдохнет от удара, а что успеет уволить его до своей кончины. Ослабив галстук, мужчина как можно спокойнее сообщил:
– Мистер Моррис, о подкупе мне ничего не известно. Но судя по добытой информации, «КейКей Индастриз» выиграли за счет своих эксклюзивных контрактов с китайцами.
– Сукины дети, – процедил Бенджи и до хруста сжал кулаки, – думают, могут обставить чемпионов.
От осознания этого его закоротило еще больше. Крайне сложно признать поражение, когда пребываешь в уверенности, что все нужные люди подкуплены, а контракт у тебя в кармане. По своим собственным ощущениям Бенджамин Моррис превысил все допустимые рекомендации докторов по уровню кровяного давления. В грудь словно вбивали сваи и одновременно ввинчивали газосварочную горелку в зад. Но сейчас не время думать о здоровье. Его строительная империя, основанная еще прадедом, вот-вот пойдет ко дну. И он категорически отказывался принять сей факт. И пусть это будет самая последняя и кровопролитная схватка, но он выиграет ее даже ценой собственной жизни.
Сделав пару глубоких вдохов, он медленно подошел к столу и провел ладонью по взмокшему лбу. И хотя сердце еще грохотало в груди промышленным перфоратором, Моррис сделал глубокий вдох и на выдохе отчеканил:
– Роберт, свяжись с их офисом и назначь мне встречу с Муром. Сегодня же!
Его сын, занимавший пост исполнительного директора, нахмурился. Он слишком хорошо знал отца и понимал, тот задумал нечто отвратительное. Такое, что не оставит КейКей ни единого шанса выйти из воды сухими.
Мой босс завоевал репутацию хитрого лиса неспроста. Как он сам любит говорить: если записать фамилии всех конкурентов и недоброжелателей, встретившихся на моем пути, получится строка протяженностью в Экватор. И сегодня БенгМен (*человек-взрыв, как я про себя называла мистера Морриса за вспыльчивый нрав) явно рассчитывал добавить новую фамилию в этот список. О чем он и сообщил мне в обед:
– Вивьен, сегодня я ужинаю с Дарреном Муром. Забронируй столик в «Олимпии» на двоих. И попроси тот, что с видом на наш объект.
Говорю же лис. Под «нашим объектом» начальник подразумевал Тихоокеанские ворота – роскошный жилой небоскреб в Сан-Диего, в строительстве которого «Чемпион Девелопмент» выступила генеральным подрядчиком. Видимо, мой начальник планировал воспользоваться своей излюбленной стратегией – давить и подавлять. И отправляясь на деловой ужин с самым злейшим конкурентом, босс решил сразу обозначить, кто здесь «папочка». Что в случае с Дарреном Муром было совершенно оправдано. Ведь он – один из директоров «КейКей Индастриз» – строительной компании, посмевшей обойти «чемпионов» и заполучить контракт на строительство первого небоскреба-фермы в Сан-Диего. Этого мистер Моррис простить не мог, а кроме того, решил переиграть мистера Мура на его же поле. Но обо всем по порядку.
Сделав пометку в ежедневнике, я уточнила:
– Конечно, мистер Моррис. На восемь часов подойдет?
– Отлично. А сейчас соедини меня с Эдди.
Выполнив его просьбу, я направилась к своему рабочему столу. Вот уже год, как я работала личным помощником мистера Морриса. Мою карьеру можно назвать… если не блестящей, то точно головокружительной. Она началась в должности контент-менеджера и подразумевала написание статей и новостных заметок для сайта компании. Сложно представить себе более скучное занятие, особенно учитывая, что начальником моего отдела был жуткий старпер, который ходил с кнопочным телефоном, а про соцсети говорил, как о чем-то заразном. Но он считался старожилом компании, поэтому никто не смел копать под него. Никто, кроме меня. Устав от его занудства, я напросилась на аудиенцию к мистеру Моррису и выложила все начистоту. А заодно представила проект развития smm-продвижения «Чемпион Девелопмент», в который, конечно же, входили социальные сети и прочие «заразные» инструменты информационных технологий. Понятия не имею, чем я так впечатлила босса, но он дал добро. С тех пор мои дела пошли в гору. После успешной реорганизации отдела меня повысили до заместителя начальника отдела. Дальше помог случай. Очередной помощник БенгМена с воплями ужаса убежал в отдел кадров увольняться. Мне же дали шанс проявить себя в новой должности – правой руки президента компании.
Первые полгода прошли в состоянии перманентного стресса. Ведь мистер Моррис откусывал головы не только своим конкурентам, с помощниками он тоже не церемонился, требуя стопроцентной отдачи и безупречного исполнения обязанностей. Помню, первый месяц монитор моего компьютера напоминал подсолнух из-за обилия стикеров с заметками, которые я клеила по пачке в день, чтобы ничего не забыть. В них содержалась бесценная информация о распорядке дня босса, его предпочтениях, правилах, пунктиках – вроде маленьких, но именно от них зависела моя будущая карьера. И каждое утро я просматривала эти записи, впитывая их на подкорку. Со временем стикеры отпадали, но содержащаяся в них информация навсегда отпечатывалась в моем мозге. Постепенно я научилась обходиться без этих ярко-желтых бумажек на мониторе, а приклеивала их непосредственно с внутренней части головы, запоминая мгновенно. Но это не единственное полезное качество, которым я обзавелась на новой должности.
Благодаря БенгМену мне пришлось резко измениться. Откинуть робость и неуверенность, научиться быть злой и требовательной. Старания не прошли напрасно, к концу первого года меня боялись ничуть не меньше, чем босса.
И это мой маленький, грязный секрет. В офисе Вивьен Стюарт – то есть я, заработала репутацию конченой стервы и карьеристки. Я так вошла в образ, что в какой-то момент действительно стала жесткой, требовательной и бескомпромиссной. Как известно, чтобы чего-то достичь, будь готов чем-то пожертвовать. По своей жертве я ни капли не скучала. Роли безвольной тряпки мне вполне хватало в кругу семьи.
Единственный коллега, с кем я общалась, и даже больше – дружила, была Камилла, знойная афроамериканка, заправляющая отделом кадров. У нее имелся ярко выраженный синдром спасателя и легкая степень алкоголизма, словом, идеальная подруга! Именно она в свое время предложила мою кандидатуру на должность помощницы Морриса. И с тех пор между нами установились прочные приятельские отношения. Поэтому звонок от нее во время ланча меня не удивил.
– Как насчет обеда? Составишь мне компанию?
– Не сегодня Ками, – увы, порадовать ее мне нечем, – я по уши в поручениях.
– Принесу тебе миндальный латте.
– Ты ж моя прелесть!
Отключившись, я скользнула взглядом по заставке на рабочем компьютере. Там высился довольной странный, на мой взгляд, строительный объект. С одной стороны, он напоминал огромный ограненный бриллиант, с другой – расческу с частично обломанными зубцами. Сюрреалистичный и слегка нелепый.
Спойлер: тот самый небоскреб-ферма, из-за которого на строительном рынке города разразилась кровавая бойня. Под стеклянным куполом планировались настоящие фермы с землей, засаженной плантациями овощей и фруктов. А в зубчатой части – жилые апартаменты. Проект родился на волне критики необузданного потребления, и по задумке архитектора близость к сельскохозяйственной ферме должна напомнить горожанам, откуда берутся продукты на их столе. Но драка между воротилами бизнеса разгорелась вовсе не из-за любви к зеленым экопроектам. Рынок строительства пребывал в стагнации, исключение составляли такие вот модные проекты, которые лоббировало правительство. И все желали отхватить лакомый кусок от денежного пирога.
Я верила, мысли – материальны, а потому поместила эковысотку на рабочий стол. Но еще больше я верила в бычий характер босса. И ни секунды не сомневалась, в развернувшейся борьбе наша компания выйдет победителем, как и подобает «чемпионам». Время до вечера пролетело незаметно, я успела перелопатить десятки документов и подготовить речь для выступления на конференции экологов для Морриса. Да-да, на войне все средства хороши, так что босс быстро примкнул к зеленым. Предвкушая скорейшее завершение рабочего дня, я допила остатки уже холодного кофе и скосила глаза на новые туфли. Тотчас по телу прокатилась волна щемящей нежности – от кончиков пальцев до самой макушки. Красивая дорогая обувь – моя маленькая слабость, фетиш, если хотите. Я нечасто баловала себя, но, когда случалось, делала это по-королевски.