Ксения Кантор – Блейдвингс. Игры ярости (страница 9)
Собеседник припечатал грозным взглядом и чертыхнулся.
– Реши это в самое ближайшее время, и мне плевать, как ты это сделаешь.
Попрощавшись, мы вышли на улицу. Пахло океаном и водорослями. Но ни того, ни другого мы еще не видели. Сразу, как приехали, вместо лазурных волн, с головой занырнули в пучину тренировок.
– Что будем делать?
– Добивать, – невозмутимо ответил я.
Девчонка молчала. Интересно, какую игру она затеяла? Ведь ясно же, ей понравилась наша первая встреча. А продолжение сулило еще больше ощущений, так чего медлить? Недолго думая, отправил ей сообщение:
И пусть только попробует проигнорировать. Найду и силком утащу на второй сеанс переговоров.
Джесингтон, штат Флорида – рай на Земле. Официально! Чего только стоят опаленные солнцем пальмы! Растрепанные, опьяненные разлитой в воздухе беззаботностью, они напоминали улыбчивых дружелюбных хиппи. Не хватало только музыки в стиле Боба Марли. Райскую картину дополнял солоноватый прибрежный воздух, океанский прибой и парящие чайки. Нет, серьезно, живущие здесь люди, должны каждое утро благодарить небеса за такую удачу! С самого первого дня улыбка не сходила с моего лица. Это был потрясающий город – ухоженный, зеленый, гостеприимный, даже воздух тут пах счастьем.
Первая неделя пролетела, как один миг. Занятия еще не начались, никаких лекций, домашки, так что мы с Зои с энтузиазмом изучили кампус, затем сделали несколько вылазок в центр города, но первое – посетили океанское побережье. Оно было потрясающим! Голубая лазурь разливалась до самого горизонта. Ступая босыми ступнями по белесому песку, мы млели от восторга и пьянящей свободы. Нашему настроению вторило небо такого насыщенного голубого оттенка, что казалось нереальным. По нему стремительными мазками плыли белоснежные шапки облаков, такие же растрёпанные, как и наши волосы. А ведь по меркам штата сейчас была зима!
Джесингтон разительно отличался от Литвудса. В неописуемый восторг привели и раскидистые столетние дубы, и яркие цветущие деревья, названия которым я не знала. Они живописно нависали над головой, превращая обычные улочки в сказочные туннели. Вообще, обилие растительности поражало ничуть не меньше, чем высоченные, сверкающие небоскребы в центре города и роскошные дома на его окраинах. Кроме прочего, в Джесингтоне проживало гораздо больше людей, чем в Литвудсе. Гуляющие по центру толпы немного смущали. И первое время мы с подругой чувствовали себя слегка не в своей тарелке. Казалось, все смотрят исключительно на нас. Но комплекс провинциалок быстро прошел. И вскоре мы влились в ритм города и пеструю толпу его жителей.
Накануне первого учебного мы с Зои получили свои расписания. Как выяснилось, у наших курсов были общие лекции по средам и пятницам, на которых мы будем пересекаться! Эта новость несказанно нас обрадовала.
Учебная неделя выдалась суетной: привыкнуть к режиму, преподавателям, новой соседке, разобраться в расположении аудиторий – оказалось не так-то просто. Но я справилась. Более того, пока мне мне удавалось избегать встреч с блейдвингерами. Ради этого я завтракала, обедала и ужинала раньше всех, при этом забиваясь в самый дальний угол столовой. А местный стадион обходила стороной. В отличие от Зои, которая не пропускала ни одной тренировки, после чего радостно докладывала мне все подробности.
С началом учебы дни потекли незаметно. Преподаватели не скупились, щедро грузили нас новой информацией и домашкой. Входить в учебный режим оказалось нелегко, но я справлялась. Ведь у меня был четкий план, и я собиралась следовать ему неукоснительно:
Хорошо учиться.
Зарекомендовать себя перед преподавателями.
Найти работу и выплатить долг.
Чего точно в моих планах не было, так это двух горячих парней. При одной мысли от которых меня до сих пор бросало в дрожь. Шли дни, а внутренний тремор не унимался. Я была уверена, совсем скоро Артур напомнит о себе, долге и договоре. Но я уже знала, что ему ответить.
Мне наконец-то удалось трезво оценить ситуацию и понять: я ни за что не стану подписывать контракт и обрекать себя на сексуальное рабство. Почему-то завуалированная роль «помощницы» представлялась мне именно так. После изматывающих размышлений мне все же удалось прийти к взвешенному решению – честно выплатить долг. Я работала с четырнадцати лет и знала не понаслышке, как тяжело совмещать учебу и работу. Однако внутри крепла уверенность, что я поступаю правильно.
Вот только этим двоим было плевать на мои планы, ведь у них наверняка был свой собственный, где отдельным пунктом прописана я. Знать бы еще, почему именно я?
В четверг ничего не предвещало беды. После занятий я планировала сходить в библиотеку, как вдруг пришло сообщение:
Едва прочитав, я с минуту чертыхалась, поливая отправителя последними словами. Бескомпромиссная формулировка не подразумевала отказ. Но вместо паники я почувствовала привычный гнев. Подумав ровно минуту, я направилась по адресу, указанному в объявлении о работе, послав Скиннера и его напарника ко всем чертям.
О да! За вид разъяренного блейда, мечущегося по комнате, я готов был аплодировать девчонке. Она не явилась в наши аппарты ни в пять, ни в шесть, более того, все звонки Артура остались без ответа. Вот это смелость!
– Куколка еще не поняла, с кем связалась, – раненым быком ревел блейд.
Вены на его шее вздулись, а по коже расползались багровые пятна гнева. Все это подсказывало, напарник пребывает в крайней степени негодования.
– Так я не понял, ты переживаешь за деньги или тебе не терпится затащить ее в постель? – уточнил я.
– Да, к черту деньги! Никто не смеет мне отказывать. Любая описалась бы от счастья, предложи я ей такой контракт.
– Поздравляю, ты выбрал именно ту, кто не описался и не подписался, – все же не сдержал иронии я.
На следующий день Скиннер проснулся ни свет, ни заря и решительно направился в столовую. Похоже, догадался, как именно девчонка умудрялась избегать нас все это время. Ведь в столовку мы приходили одними из последних.
И хотя спать хотелось невероятно, я не мог пропустить такое зрелище. Поэтому быстро встал, умылся и поспешил следом.
В этот ранний час столовая почти пустовала. Кроме пары ботанов с книжками, в самом дальнем углу обнаружилась малышка Паркер! Надо же, какая встреча!
При виде нас девчонка изменилась в лице и, судя по напрягшемуся телу, готова была в любую секунду задать стрекача. Окинула Артура гневным взглядом, на меня же глянула с настороженностью. Оно и понятно, я для нее пока темная лошадка.
Как ни в чем не бывало, Скиннер подошел и присел рядом, лениво развалившись на стуле. Затем нагло умыкнул с ее тарелки тост и принялся жевать.
– Там полно еды, – Миа указала на раздаточные столы с блюдами и отодвинула тарелку подальше от блейда.
Я занял противоположный стул и принялся молча разглядывать ее. Первое, что бросалось в глаза – яркие забавные сережки в форме мармеладных мишек. Уверен, ей плевать, что об этом думают окружающие, главное – они нравились ей. Светлые пряди обрамляли кукольное личико с большими голубыми глазами. Они были такого редкого насыщенного оттенка, словно она носила линзы. Но присмотревшись, убедился, это естественный цвет от природы. Никакой фальши. Ни во внешности, ни в поведении. Перед нами – редкий вымирающий экземпляр. Она не билась в восторге, услышав наше предложение, не выпрыгивала из трусиков при виде блейдвингеров, как это делали многие. Она вообще плевать на нас хотела.
И не скрывала этого.
– Ты не пришла, – с укором сказал Артур.
Собеседница пожала плечами и вновь вернулась к своему завтраку. Хм… а выдержки ей не занимать.
– У меня были другие планы.
– Персик, какую игру ты затеяла?
– Здоровяк, ты ошибся. В игры играешь ты.
– Да неужели? – Скиннер попытался стащить с тарелки кусок сыра, но тут же получил по рукам. Однако это только сильнее раззадорило его. Закинув руку на спинку ее стула, напарник развернулся и максимально приблизился к девушке. – Хорошо, сама напросилась. С этого момента каждую свободную минуту я буду рядом. Посмотрим, сколько ты продержишься.
Девушка испуганно моргнула, о чем-то соображая. Но быстро взяла себя в руки.
– Зря переживаешь. Я выплачу чертов долг в самые короткие сроки.
В голубых глазах сверкнул вызов. Не знаю, на что она рассчитывала, дразня Скиннера. Лично мне было ясно, ей конец. Если Артур что-то втемяшивал себе в голову – дело дрянь, он своего добьется.
– Деньги ни причем, теперь ставка – это ты, – с дьявольской ухмылочкой сообщил он и ухватил прядь светлых волос.
Синеглазка возмущённо вырвалась и резко вскочила на ноги. В белой рубашке, завязанной на талии, и шортиках, она выглядела чертовски соблазнительно. А чего стоили длинные стройные ножки! Вот и Артур не удержался и провел ладонью по нежному бедру.
Миа мгновенно вспыхнула и, схватив сумку, вихрем покинула столовую, оставив после себя дразнящий аромат и двух возбужденных блейдвингеров. Артур как-то упоминал, что чувствует запах персиков. Тогда я не стал спорить, но сегодня отчетливо понял: для меня девчонка пахла вереском. Тонкий, свежий, чистый аромат. Такой, который хочется вдыхать вновь и вновь.