Ксения Хиж – Предатель. Рандеву с судьбой (страница 17)
Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони, пытаясь вызвать в памяти хоть обрывок голоса матери. Приемной, но все же… Ничего. Пустота. Лишь надсадный, пропитанный ненавистью голос отчима, прорывающийся сквозь годы:
- Непутевая! Проклятая ты, непутевая!
И чего это я непутевая?
Я уехала из-под его «крыла» и достигла всего, о чем мечтала. После обучения выиграла гранд на конкурсе молодых модельеров, и открыла свой салон одежды. У меня свое мини-ателье по пошиву. Я сделала себя сама! Да, мне трудно, долги пока только растут, а прибыль есть, но я ещё не вышла в плюс, но это развитие, как ни крути! И я достигну успеха, о котором всегда мечтала.
Я распахнула глаза и плюнула на серый асфальт. Вот тебе, прошлое. Вот тебе, вся твоя грязь. И растерла плевок подошвой дорогого кроссовка. Затем, дрожащими пальцами, набрала номер единственной подруги, с которой вместе участвовала тогда в конкурсе. Вот только она с дистанции сошла, вышла замуж и обзавелась ребенком, а я…
Рита ответила сразу же с нравоучениями:
- Саня, ну наконец-то! Не отвечала, я вся уже испереживалась!
- Да тут я тут. Все нормально, - я выдохнула. – В полиции заявление писала.
- Сильно избили?
- Нормально, - хмыкнула я.
- Ой, ну угораздило же! Кто вообще в здравом уме берет кредит в «Деньгах за минуту»? Это же грабеж средь бела дня!
- А у кого еще брать-то, Ритусь? В банке зарубили! – голос мой сорвался, выдавая отчаянную истерику, копившуюся внутри. – А мне нужно ткань закупить, пошив сделать! Первая же коллекция улетела, я на волоске от успеха!
- От разорения, ты хотела сказать! – фыркнула Рита. – Реклама нужна, раскрутка! Одного таланта мало!
- Было же мало, когда я начинала! Но я прорвалась! Реклама нужна, да, и все равно первая партия так классно ушла! На меня даже пару обзоров блогеры сделали, посмотри в интернете, Ритусь!
- Да видела я уже! Ну а в целом как жизнь?
- Да пойдет. Вчера коллекторы приходили, нос разбили, ногами пинали, еле выжила, ну я тебе об этом уже писала с утра. Спасибо Гарик Рустамович помог, вовремя позвонил мне, и они убежали.
- Значит, после конкурса не отстал от тебя?
- Нет. Все набивается в друзья, - я хмыкнула. – Да что я вру? Любовницей хочет, чтобы была его, а он мне за это «крышу». А ты что?
- Боюсь.
- Да хватит тебе уже бояться! – резко бросила Рита. – Помнишь Глеба? Того, мрачного типа из твоего прошлого? Ты когда из своего села уехала, встречалась же с ним, вот он темная личность, сама рассказывала, а этот Гарик просто бизнесмен. И в принципе не урод.
- Да хватит, была у меня уже «крыша». С Глебом полгода повстречались, а запомнила на всю жизнь. Парадокс – я с ним тогда забывалась, а теперь его хочу стереть из памяти. Но тогда мне тяжко было – смерть сестры, обвинения в мой адрес, депрессия, в общем жуть. Еще и Вадим бросил, когда я была на грани.
- Сама его выгнала, если память мне не изменяет, на почве своей истерики.
- Ага, а он не стал бороться. И прислал бумаги о разводе.
- Значит, не судьба. Выбрось его из головы!
- Легко сказать! – голос мой снова дрогнул. – Он мне до сих пор по ночам снится, как мы с ним у моря гуляем, как целуемся.
- Ой, пострадать любишь, - фыркнула подруга. – Замути с Гариком, пусть проблемы решит.
- Страшно как-то, не могу так…
- Втянешься. Мне мое ателье тоже помогли открыть, если понимаешь, о чем я. Это потом уже мужа встретила, а того старика бросила. Зато бизнес налажен.
- Знаешь, он сразу видно человек богатый и влиятельный. Сказал одно мое «да», да и все мои проблемы решатся. Но я так не могу.
- Слушай, - Риткин тон стал жестким, почти безжалостным. – Одна ночь же! Неужели твоя гордость дороже собственной безопасности? Тебя же убьют в конце концов за эти долги!
- Но я не шлюха! – вырвалось у меня, и мне тут же стало стыдно за эту вспышку.
- Да никто не говорит, что ты шлюха! – Рита вздохнула. – Это всего лишь сделка. Ты молода, красива, он богат и влиятелен. У меня тоже был такой «спонсор», пока я бизнес не поставила на ноги. А потом встретила мужа и все благополучно забыла. Это жизнь, Саня! Ты живешь как монашка! Двадцать пять лет, а у тебя за душой несчастный подростковый роман и пара ошибок! Ты сжигаешь свою молодость на алтаре чужих проклятий!
- Но ему сорок три! Он старше меня вдвое! – я попыталась найти последний аргумент, чувствуя, как почва уходит из-под ног.
- И что с того? – парировала Рита. – Секс – это не всегда про любовь. Иногда про выживание. Напиши ему, согласись на кофе, иначе ты просто сломаешься окончательно. Или тебя действительно съедят тараканы в той конуре, которую ты снимаешь!
В трубке повисла тишина.
Я стояла посреди улицы и смотрела на прохожих, вглядывалась в лица. Ни одного родного. Слезы подступили к глазам, горькие и бессильные.
- Рит! – мой голос охрип. – Почему я такая несчастливая? Почему у всех всё нормально, а у меня вечный ад? Что я сделала не так?
Она мне не ответила, связь прервалась. Ветер завыл, закружил мусор по дорожке, по которой я направилась к базару.
Вопрос повис в воздухе, такой же тяжелый и безответный, как серое питерское небо.
Я резко обернулась. Сердце в груди забилось в бешеном ритме.
Базар. Многолюдный. Словно из девяностых, которых я сама не помнила, но видела когда-то по телеку.
Серое питерское небо. Серый асфальт. Серые палатки.
В последних яркими кляксами светились товары: то фрукты – оранжевые шары апельсинов, красные – яблок, зеленые – лайма; то цветы – для кого эта вереница, торчащих из ведра искусственных цветов? То платки – базар же, то трусы – куда уж без них.
Я еще раз скользнула взглядом по искусственным гвоздикам и хризантемам и поежилась. В целом эти цветы вызывали ассоциации только с кладбищем, отправляться на которое в качестве покойницы пока не хотелось.
Вновь прошептал ветер, и я закусила губы, делая шаг назад.
Глазами я искала того, с чьих губ могли бы слететь эти гадости, - не показалось, не послышалось же мне это всё? – и кажется, нашла.
Я замерла, когда два немигающих взгляда уставились на меня, притянув внимание.
Дряхлая старуха, в серых лохмотьях сверлила меня взглядом и ее губы шевелились в не прекращаемом потоке брани. Но, между нами, с десяток метров, а этот шепот…
Сомнения заставили меня нахмуриться. Женщина тем временем отвела взгляд и села к земле. И, тем не менее, я сделала над собой усилие и двинулась к ней.
- Вы что-то сказали мне? – спросила я и с нарастающим сомнением окинула взглядом осунувшуюся женщину-торговку, что грязными пальцами собирала рассыпанную по дороге мелочь.
Незнакомка подняла голову и уставилась на меня выцветшими глазами. Когда она раскрыла свой рот – сомнения развеялись.
- Сдохнешь, говорю, как сука. От похоти своей, от любви, что не от сердца, а без ума.
Я оторопела.
Я бы усмехнулась ей в лицо, но смерть сестры и события семилетней давности заставили меня прирасти к месту.
Что снова? Опять?
Не было же этого наваждения долгих семь лет. Мне вот-вот двадцать пять исполняется. И я все еще жива!
- Кто вы? – выдохнула я едва слышно.
Старуха сощурилась:
- В постели не с мужиками кувыркаешься, а со смертью. – Она кивнула в сторону. Я обернулась – искусственные цветы сковали взгляд, вывеска ритуальных услуг, а за спиной ее голос: - Иди вон лучше гробик себе присмотри. А то у тебя новый любовник появился, а значит и смерть на шаг ближе стала…
На небе громыхнуло.
Я вздрогнула.
Дождь, хлынувший как из ведра, дал сигнал к бегу: покупатели торопились укрыться от дождя, разбежаться как тараканы по разным сторонам, товарки желали только одного – укрыть товар.