Ксения Богда – Ребенок от предателя (страница 31)

– Я? Новый хозяин, – нагло ухмыляется, и на его лице обозначается оскал.

Делаю шаг назад и врезаюсь в сестру.

– Это кто? А ты чего не сказала, что у тебя свиданка? – шепчет мне на ухо.

От этого вопроса у меня глаза лезут на лоб. Оборачиваюсь и пытаюсь взглядом выразить весь спектр своих эмоций. Самая яркая из которых – возмущение.

– Я его первый раз вижу, – шиплю в ответ, и теперь уже меня награждают непонимающим взглядом.

– О, а вот и Вероника, – в дом вплывает хозяйка дома.

Разворачиваюсь к ней и вопросительно выгибаю бровь, указывая на диван.

– Что это значит? – мой голос слегка подрагивает.

Ну так и я не каждый день вижу незнакомцев на своем диване.

– Это мой сын, и он переезжает сюда со своей семьей.

Открываю рот.

– Простите?

Таращусь на хозяйку дома, которая как ни в чем не бывало заносит какие-то вещи и начинает раскладывать их по шкафам.

– Я сказала, Вероника, что вам нужно переехать. За два дня.

Кира что-то неразборчиво шипит за моей спиной. Но я настолько шокирована, что не могу разобрать ни слова.

– Я вам заплатила за три месяца, – мой голос срывается, и я даже заикаюсь.

– Как докажешь?

– У нас договор, между прочим, – повышаю голос.

Вся ситуация настолько абсурдная, мне просто не верится, что она происходит сейчас со мной.

– Ну так там не сказано, что ты мне заплатила за три месяца вперед.

Твою ж… и ведь она права! И в этот раз, как назло, я отдавала наличкой.

– Расписка, – хриплю, – у меня есть ваша расписка, что вы взяли с меня за три месяца.

Хозяйка замирает и задумчиво пожевывает губу.

– Неси свою расписку. Что-то я не помню, что я тебе её писала.

Чуть ли не кидаю пакеты на пол, проношусь мимо сестры, которая внимательно следит за хозяйкой и её сыном. Видимо, думает, что они могут что-то стянуть или сломать.

Забегаю в комнату и достаю папку с документами. Сумбурно перелистываю стопку бумаг.

– Ага, – радостно вытягиваю нужный лист.

Пробегаюсь глазами по расписке и удовлетворенно киваю. Возвращаюсь к хозяйке, вручаю листок и складываю руки на груди, жду реакции.

Она опускает глаза и внимательно читает. Хмыкает.

– Так тут ни даты, ни подписи, – с торжествующим видом отдает мне расписку.

– В смысле? – неверяще всматриваюсь в строки.– Это как?

Кира заглядывает через плечо и охает.

– Милочка, будь добра, освободи дом.

Кира переводит взгляд с меня на хозяйку дома и обратно. Я сама не могу понять, что же случилось и куда подевалась подпись в расписке.

– Ник, – дергает меня сестра за руку, – на минуточку выйдем.

Кивает на дверь и тянет за собой.

Выходим, но я никак не могу собрать в кучу мысли и вспомнить тот день, когда я отдавала деньги. И будто провал. Что тогда было?

– Это что там такое происходит? – зло шипит сестра, пока я растерянно хлопаю глазами. – Что эта стерва пытается сказать? Что ты ей деньги не давала вперед?

Я понимаю, что злость сестры направлена на ту, кто хочет обмануть. Пожимаю плечами. Если бы я знала ответ на этот вопрос!

– Я сама ничего не понимаю, Кир, мне кажется, что в расписке все было в порядке, когда я убирала её в портфель. А сейчас там и правда куда-то делась подпись. Что делать?

В голосе проскальзывают нотки паники.

– Для начала выдохнуть и включить голову. Потом можно пригрозить тем, что ты пойдешь в полицию и заявишь на неё как на мошенницу.

Прикусываю губу.

– Думаешь, она тогда отстанет от меня и даст жить дальше?

Кира задумчиво хмурит брови и дергает себя за мочку уха.

– Надо пробовать. Но оставлять все как есть – плохой вариант для тебя и Кирилла.

Киваю.

– Ты права. Нам некуда будет идти.

И эта правда обрушивается на меня ушатом холодной воды. Погружает меня в растерянность. Я чётко осознаю, что я не понимаю, что мне делать, если мы останемся без крыши над головой.

– Так, Ника, посмотри на меня, – сестра берет меня за плечи и разворачивает лицом к себе, – я тебя не оставлю один на один с проблемами и не брошу вас с Кирюшкой на улице. Ты это и так знаешь.

Морщусь.

– Кир, да мы и так у тебя постоянно что-то просим и клянчим. Тошно уже от самой себя.

– Ну-ка цыц, – топает ногой, – это что за разговоры? Тогда ты не могла ко мне переехать, потому что Алик. Сейчас я живу одна в огромной трешке и Алика нет.

Закатывает глаза и словно бормочет: «Слава богам».

Фыркаю.

– Но сейчас я все-таки предлагаю тебе пригрозить этой хозяйке полицией.

И сестра при этом выглядит очень решительно. Снова хватает меня за руку и тянет обратно в дом. Хозяйка продолжает наводить порядок и не обращает внимания на то, что там все ещё расставлены наши вещи.

– Эй, уважаемая, – Кира подходит к хозяйке и стучит ей по плечу.

Маргарита поворачивается и вопросительно выгибает бровь. Как будто нас тут вообще уже не должно быть.

– Вы так-то сейчас лапаете чужие вещи, – Кира тыкает пальчиком в игрушку Кирюши.

Я же все никак не могу собраться в кучу и тоже начать действовать так же решительно, как и сестра. Не могу. У меня язык немеет.

– А это вообще-то мой дом, и мы уже с вашей сестрой решили, что мне она ничего не платила.

Кира злобно прищуривается. Стискивает зубы.

– А как вы заговорите, если мы сообщим в полицию о факте мошенничества?

Маргарита складывает руки на груди и обводит Киру высокомерным взглядом. И когда я это вижу, моя интуиция начинает вопить, что хозяйка сейчас что-то такое ответит, от чего все наши надежды на дальнейшее спокойное существование в доме будут перечеркнуты.