Ксения Богда – Ребенок от предателя (страница 30)

– Значит, все в порядке? – Леша не торопится отойти.

Словно, наоборот, тянет. Придумывает, как бы подольше постоять вот так. Прикрываю глаза, ругаю себя мысленно. Ну что за бред лезет в голову? С чего бы Леше хотеть меня трогать?

У него семья своя… у меня своя, в виде Кирюшки и Киры.

Кстати…

– Как твоя жена? – вырывается, и я не успеваю обдумать, стоит ли спрашивать об этом.

Пальцы на секунду сжимаются, и я шиплю от боли. Леша отступает, давая такую, как мне казалось, желанную свободу. На самом же деле стоит ему сделать шаг от меня, как я ощущаю груз потери.

– Прости.

Разворачиваюсь на пятках как раз в тот момент, когда Леша устало потирает шрам.

– Это ты прости. Твоя семья – это не мое дело, – поднимаю руки в знак примирения.

Леша хмурится и продолжает растирать висок, а я неожиданно для себя начинаю волноваться и дергаться.

– С тобой все хорошо, Леш? – делаю шаг к нему и в порыве чего-то необъяснимого поднимаю руку, чтобы погладить его голову.

Вовремя отдергиваю. Закусываю губу до боли. Нельзя трогать! Это ни к чему хорошему не приведет!

Только вот Леше на это наплевать. Он берет меня за руку и прижимает ко лбу. Блаженно выдыхает, прикрыв глаза.

– Хорошо-то как. Голова раскалывается в последнее время жутко просто.

– Таблетку? Давай принесу, – дергаюсь, но Леша крепко держит меня за руку, и мне не удается от него сбежать.

– Просто постой немного со мной, Ник.

Закусываю губу и киваю. Если ему так станет легче, то я готова. Готова проглотить комок, подкатывающий к горлу, когда мои подушечки пальцев ощущают под собой гладкость и теплоту кожи Леши.

– Слушай, а мы с тобой не пересекались в аквапарке?

Внутри все летит вниз. Ноги становятся слабыми, но меня по-прежнему удерживают за руку, и это спасает от обморока. Да, мы любили с ним на выходных сгонять в аквапарк до того, как я забеременела. А после бассейна любили полежать в хамаме, и Лешка даже массаж мне делал, а я млела.

Но…неужели он вспомнил ещё что-то кроме того, что я лечила его собаку?

Леша как-то невесело усмехается. И от этой усмешки по спине ползут мурашки.

– А то мне тут снятся сны всякие. И вот думаю, может, это воспоминания?

И что мне делать? Как отвечать?

Сказать правду? Но ведь за правдой последует миллион вопросов от Леши. А я понятия не имею, как нужно на них отвечать…

Соврать? А что будет после того, как он вспомнит?

«Если вспомнит…» – поправляет меня внутренний голос.

– Не понимаю, о чем ты, – дергаю плечом и все же освобождаю руку, – извини, у меня пять минут до следующего приема, и мне нужно ещё тут все прибрать.

Леша внимательно смотрит на меня несколько секунд, и из него вылетает смешок.

– Да уж, я понимаю, что со мной бывает жутко.

Открываю рот, чтобы возразить, но он быстро подхватывает Жужу и выходит, оставляя меня наедине со своими мыслями.

Глава 19

Пораньше освободившись с работы, решаю устроить Кирюшке небольшой сюрприз. Заезжаю в магазин и набираю всякого вкусного. Обычно я стараюсь его ограничивать во вкусняшках, но сегодня хочется нарушить систему и дать ребенку чуточку больше свободы.

Набираю Киру. Ей тоже не помешает как-то развеяться. В нашей компании, конечно, такое себе развлечение, но все лучше, чем одной сидеть дома.

– Слушаю, сестренка, – голос сестры звучит вполне бодро и весело.

– Чего делаешь? – объезжаю машину и слежу за пешеходным, чтобы никто не выскочил под колеса.

До сих пор какое-то ощущение неправильности, что я приняла от Леши машину, которую отремонтировали за его счет, но пока я не могу придумать, как отплатить за его любезность.

Но я не собираюсь все оставлять просто так, без ответа.

– Какие предложения? – Кира становится ещё бодрее, и я не могу сдержать улыбки.

И я правда не знаю, что бы я без неё делала, и мне больно смотреть, как она сейчас страдает из-за разрыва с Аликом. Какое-то недоразумение может разрушить семью. Любящую пару развести.

Хотя… мы с Лешей в свое время тоже не устояли. Рухнули как спичечный домик.

– Эй, систер, ну ты звонишь и молчишь? Тебе не с кем помолчать и подышать в ухо?

Смеюсь.

– Нет же. Звоню пригласить тебя в нашу с Кирюшкой тесную компанию. Я решила сегодня ему устроить вечер вкусняшек и просмотров мультиков. Я понимаю, что тебе с нами…

– Я примчусь. Не хочу дома сидеть сегодня.

Сжимаю руль и напрягаю спину.

– Что случилось, сестренка?

Рваный вздох, который ещё сильнее настораживает.

– Алик случился.

Внутри болезненно сжимается сердце.

– Поделишься?

Кажется, Кира шмыгает носом. А у меня у самой слезы на глазах из-за сестры. Она такая добрая и светлая, она достойна самого лучшего, а вместо этого страдает из-за развода и из-за того, что муж не может никак отпустить её и согласиться на расход.

– Мне кажется, я не смогу больше так, – шепчет сестра.

– Так, – принимаю решение, которое кажется мне сейчас самым верным, – не киснуть. Сейчас приезжай к нам, я потом просто за Кирюшкой сгоняю, а ты подождешь нас дома. Все расскажешь спокойно мне. Поплачешься, если тебе нужно будет.

Кира вздыхает и соглашается.

Тороплюсь добраться до дома раньше сестры. После всего того, что произошло с Лешей, и после того, как на свет появился Кирилл, мне некуда было возвращаться. У меня было мало времени, и мне очень удачно подвернулся домик в черте города. И по финансам я как раз тянула его аренду месяцев на восемь. До того как Кирюшку взяли в сад, я принимала некоторых животных дома и подрабатывала грумером. Обустроила комнатку и назначала клиентам процедуры, пока сын спал. Или Кира часто выручала: утаскивала его на прогулку. Так и выжили…

Дом у нас небольшой, но зато двор очень хорошо обустроен для маленького пацана. Тут есть и горка небольшая, и тропинки, по которым Кирюшка любит гонять машины. И от работы не сильно далеко.

А сейчас я пытаюсь придумать, как накопить на первый взнос за свое собственное жилье. Чтобы не зависеть от хозяйки дома и не бояться остаться без крова.

Как бы я ни торопилась, сестра подъезжает к нашему дому почти одновременно со мной и оглушает звуком автомобильного сигнала. Машу ей через окошко.

– Привет тем, кто решил сегодня нарушить все правила и налопаться вредностей, – довольно потирает ручки и перехватывает один из пакетов.

– Ой, спасибо, – поглядываю на её лицо.

Как я и думала при разговоре по телефону, сестра явно плакала: глаза покрасневшие, носик припух.

Проходим в дом, и я замираю в гостиной.

– Добрый день, а вы, простите, кто? – в моей гостиной на диване, развалившись, сидит незнакомый мне мужчина.

Он оглядывает меня наглым взглядом, под которым я немного теряюсь, но сильнее стискиваю ручки пакета и распрямляю плечи.

Если это грабитель, то я оглушу его этим пакетом, схвачу Киру и мы успеем удрать. А потом вызову полицию.