Ксен Крас – Звериное начало. Том II (страница 40)

Несколько детей словно случайно оказывались с ней на одной улице. Рэ заприметила эту компанию раньше и точно помнила, что в ней насчитывалось на три мальчика и одну девочку больше. Незаметно для ребят принюхавшись, Рэ почуяла, что впереди ее кто-то ждет. Сделав вывод, что это, скорее всего, те самые детишки, от которых можно ожидать чего угодно – первая встреча с юнцами в Загородье вышла не очень приятной – перевертыш нырнула между домами, пробежалась немного вперед, запихнула в сумку недоеденные пирожки, от которых поочередно откусывала, и затаилась. Всего через пару минут в проход вбежало двое мальчишек и рослая девчушка с двумя торчащими в стороны короткими светлыми хвостиками.

– Куда она делась? – поинтересовался младший из ребят.

– Наверное, побежала туда, – девочка указала в сторону, где сидела Рэ. – Выбежала с другой стороны. Я пойду следом, а вы обойдите дома.

– А если она здесь не одна? – ребенок опасливо закрутил головой.

– Одна-одна, я видел, как она зашла, – возразил мальчишке его друг или брат, – Какая-то богачка из верхних, и ничего здесь не знает. Видел сколько она ест? У нее куча денег!

– Некогда болтать, надо ее найти, пока не сбежала, – отрезвила всех девочка.

– Она нас вычислила и боится, – уверено заявил самый трусливый и младший из преследователей.

– Тогда надо ее прогнать подальше, чтобы заплутала. Вечером она испугается еще больше, и мы точно из нее все вытрясем, – рассудила светловолосая. Рэ усмехнулась наглости и выбралась из своего укрытия. Это стоило сделать только ради того, чтобы посмотреть на лица ребятни.

– Не очень-то вы и страшные, чтобы из меня что-то вытряхивать, – полукровка двинулась на детей и те, переглянувшись, начали отступать. Может, почуяли опасность? – Не бойтесь, я не собираюсь вас обижать. Вы понимаете, что преследовать одиноких женщин не хорошо и вы можете кому-то навредить? Вы же не просто так за мной шли? Хотели обокрасть, я правильно поняла? А воровать нехорошо.

– Смотря у кого, – возразила девчушка, – Есть такие у кого не жалко. У кого надо.

Перевертыш была готова возразить, но поняла, что не может подобрать правильных слов, чтобы это не звучало как поучения от Эйэ или верховодов Общины. Ребенок был прав – все зависело исключительно от точки зрения того, кто воровал и того, что из себя представлял обворовываемый.

– Воровать всегда плохо, – наконец, выдавила Рэ. Из нее вышел бы не лучший родитель, моральные принципы и правила поведения для нынешнего мира ей втолковывали в основном свэты, и на большую часть вопросов, почему положено именно так, а не иначе, предпочитали не отвечать. Для них окружающая действительность имела свое собственное строение, они не интересовались происхождением давно сложившихся и кем-то когда-то прописанных правил. У перевертышей же на первом месте всегда стояло выживание и, вместе с тем, четкое понимание, что, откуда, для чего, зачем и как.

Запрет ходить далеко в лес должен был обезопасить молодняк от опасности. Запрет прыгать с обрыва в озеро предостерегал от камней, веток и хищников в воде, которых можно не успеть рассмотреть. Запрет лезть к костру, запрет следить за людьми и охотиться на них без сопровождения взрослых, запрет задирать шакалов и медведей, запрет драться с себе подобными, запрет трогать кого-то из народов или зверья – каждый из них был обоснован. Нельзя есть припасы, так как они распределяются и кому-то может не хватить, что приведет к смерти голодного и тем самым ослабит стаю. Нужно учиться и тренироваться, чтобы стать сильнее и сделать семью мощнее, и после встать на место того, кто заболеет или умрет. У полукровки не возникало вопросов, почему эти правила звучат именно так, но в ином обществе, в городах и больших поселениях, жизнь выглядела иначе, чем виделась раньше, в лесу.

– А умирать с голоду можно? – с вызовом презрительно выплюнул приятель девчушки, а может и брат. Его нос и щеки покрывали едва заметные веснушки, а светлые волосы, намокшие от пота и собравшие на себя, пожалуй, с пару горстей пыли, топорщились иглами вокруг головы.

– У нас есть совесть. Вот у тебя много еды, мы видели, как ты ела сразу три пирожка. У тебя хорошая одежда, и ты можешь купить себе еще пирожков. Ты же можешь? – в ответ девочке Рэ только кивнула, – Если мы заберем у тебя монеты и еду, ничего не случится. Ты не умрешь с голоду. Мы же не хотим тебя обижать, только чтобы ты поделилась тем, что у тебя есть, а у нас – нет.

– Да, мы не трогаем никого из наших, только богачей, вроде тебя, – поддакнул мальчишка. Третий же молчал и продолжал испуганно смотреть на полукровку.

– Я не богачка, дети, вы меня с кем-то перепутали, – женщина усмехнулась. Никогда в жизни она не выглядела как-то по-особенному хорошо, ее одежды не отличались роскошностью, главное было удобство и, пока отряд перемещался по лесу, дешевизна. Рэйара чаще других, и, пожалуй, единственная из отряда, раздирала штаны, протирала рубахи, цеплялась плащом за кусты или попросту теряла то, что ненадолго сняла.

– У тебя есть деньги на еду, красивая одежда и свободное время, – возразила девчонка.

– Это благодаря моей семье, если бы не они…

– У тебя есть семья. Раз они тебе все покупают, то они богатые, как и ты. Ты не выживаешь как мы. Ты ничего не знаешь о жизни, а пытаешься нас учить. Я не хочу жить так, как мать. А Норк не хочет жить как его отец. Но чтобы жить иначе нам надо найти деньги. Если у родителей не будет денег, чтобы помогать нам, то никогда мы из этой дыры и не выберемся. Сколько бы ни старались.

– Да, – кивнул мальчишка, – Мы хотим выбраться и потому будем делать для этого все. У нас есть план. Отдай нам свои деньги и иди, или… Или мы сами возьмем! Твоя семья тебе не поможет.

Рэйара прислушалась к звукам. С другой стороны прохода тоже были дети. От них пахло грязью, потом, деревом и металлом. Не нужно было оборачиваться, чтобы понять – новоприбывшие принесли с собой простое, но эффективное оружие. Мальчишка, старший из тех, кто беседовал с полукровкой, вытащил нож.

Скорее всего, кого-то детишки и могли бы напугать, но перевертыш не боялась их. Тренированные человеческие воители не могли справиться с полукровкой, тем более, когда не знали, кто перед ними и не подготавливались заранее. Свэты поголовно опасались перевертышей, а зэмэски предпочитали прятаться, даже если имели преимущество и нужное оружие. Ребятня, скорее всего, слышала, кто такие зверолюды, их, как и положено, с младых ногтей ненавидели жители города, но противостоять существам не сумела бы и значительная часть взрослых.

У полукровки не было никакого желания расправляться с глупыми и голодными нахалами, а без этого принимать облик полу-зверя было опасно, так как слухи в городах разлетались мгновенно. Дело несколько осложнялось. Можно было бы уповать на свои, внушительные и без перекидываний, силы и неподготовленность детей. Это было куда лучше, чем травмировать несмышленых отпрысков без необходимости. Вот только выбрать, как поступить, Рэ не дали.

Один из детей бросился в сторону перевертыша, замахнувшись деревянной толстой палкой, которую он считал своим главнейшим оружием. Рэ в последний момент отступила, и смельчак пролетел мимо нее, от души ударив воздух. Товарищ неудачника, вооруженный, скорее всего, отцовским добошипом – толстой булавой с крупным прямоугольным наконечником и шипами на нем – попытался огреть Рэ по спине сверху вниз. Женщина увернулась, почувствовав, как шип едва задел ее плечо, но не сумел зацепиться за рубаху, несмотря на кривой и надломанный кончик со множеством зацепок. Третьего удара она уже ожидала и получила от девочки лет шестнадцати, не старше. Голубоватые волосы, приятное глазу лицо и золотистые глаза выдавали в ней кровь вэйшей, что было довольно удивительно. Этот народ не отличался любовью к обитаниям в плохих условиях, среди бедняков их не встречалось, и даже среднеобеспеченные представители любящего роскошь народа были редкостью. Невероятно влюбленные в небо, приспособленные к магии воздуха, обожающие идти вверх и забираться на вершины не только в прямом смысле этого слова, они рвались в элиту, и не останавливались ни перед чем. Вэйши принимали роскошь как должное и не намеривались довольствоваться тем, что имеют. Там, где зэмэски брали нахрапистость, хитростью, количеством и способностью отыскать кучу знакомых, которые помогут, если надо, вэйши предпочитали оставаться упорными одиночками. Говорили, что если у представителя этого народа есть руки и ноги, а голова еще покоится на плечах, то дорогу ему переходить не стоит.

Впрочем, одиночками они назывались скорее сгоряча, так как охотно заводили семьи. Женщинам вэйшей нравились человеческие мужчины, но Рэ никогда не слышала, чтобы кто-то из них опускался до бедняков. Полукровок-вэйшей встречалось немало, семьи зачастую были крепкие, почти никогда не имеющие более одного или двух отпрысков, в которых родители вкладывали душу и все, что у них имелось. Предположить, что беременная вэйша не могла себя обеспечить, или страдала в нищете без мужа с маленьким ребенком было можно, но после, все годы, да еще и с дочерью, она продолжала мучиться и голодать? Этого быть просто не могло.