Ксен Крас – Звериное начало. Том 1 (страница 53)
– Никто не прошел бы через защиту незамеченным, – заметил Фэ, – Тем более дважды. Утром же никого рядом не было.
– Мне думается, что древесина воспринимала меня ночью и меня днем как двух разных, пусть и родственных, волшебников и потому не желала починяться мне.
– Это невозможно!
– Да, мне тоже поначалу это казалось полнейшей глупостью, однако, как я еще могу объяснить произошедшее? Я не уверен, что это можно назвать тьмой, но и на добряка я, скорее всего, похож в тот момент не был. После Мрачного леса во мне появилось что-то… Иное, глубоко упрятанное ранее. Вспышки злости сопровождают меня теперь без перерыва. Мне становится не по себе, когда я об этом думаю.
– Не сравнить с моими вспышками, верно? – усмехнулся ученик Эйэ, – Во время того спора с Таэлем я был готов применить все знания, которыми обладал, чтобы убить его. А порой мне казалось, что уж сейчас я точно брошусь на Тэ и оторву голову голыми руками. Я на самом деле желал ему смерти. Не в шутку, сестренка, не улыбайся, по-настоящему.
– А Алорэ? С тобой-то, Ал, все в порядке? Кроме летающих вокруг предметов, но это же не страшно?
– Не страшно. Со мной почти в порядке, – легкая полуулыбка на губах лекаря сделала его вид виноватым, – Я немного повздорил с Таэлем и нанес ему раны, когда он подошел ко мне слишком близко, одной только силой мысли. Конечно же, когда я проснулся от его крика, то незамедлительно исправился и помог ему, но… Сами понимаете, это не самый благородный мой поступок, и ведь я отношусь к Тэ более, чем терпимо. Да, в некоторые моменты он мне категорически не нравится, но я вполне могу абстрагироваться от его глупостей и грубых речей. Бывает, что он говорит разумные вещи и мы нередко имеем вполне приятные беседы. Я никогда не желал ему смерти.
– Ты никому не желаешь смерти, – кивнула Рэйара. Лекарь всегда казался миролюбивым и рассудительным, он никогда первым не лез в драку, неизменно примерял спорщиков и держал себя в руках в любой ситуации. С врагами и теми лекарь предпочитал сначала побеседовать и переубедить, а не убивать на месте.
– Почти, – мужчина перестал улыбаться, – Никому из нашего окружения я не хотел бы причинять вреда. Прошлой же ночью я встал, подошел к кровати Эйэ – мы спали с ним в одной комнате – и пытался его то ли убить, то ли забрать его силы, то ли еще что-то. Мы оба не успели понять, что произошло. Эйэ вовремя проснулся и успел отбросить меня, а я, после того как потерял сознание, проснулся таким, как обычно. Ничего не могу вспомнить про вечер, как ни стараюсь.
– Что-то страшное творится! Что это может быть? – перевертыш, если бы не была зла непонятно на что, то разрыдалась бы как маленькая девочка, – Как нам теперь быть? Что нам делать?
Мимо снова прошел здоровяк. Он так отчаянно делал вид, что не замечает полукровку, которая ему нахамила, что Рэйаре даже стало немного стыдно. В конце концов, она, как и помощник капитана, страдала от непонимания, связанного с происхождением, и тоже имела много проблем с поиском пары. Когда окружающие узнавали правду о ее происхождении, то обычно предпочитали бежать прочь. Женщина решила, что обязательно извинится за грубость, но немного попозже. Отвечать взаимностью она не обязана, но вести себя достойно было желательно.
– Скоро закончу, – пробурчал потомок калнсов, повернувшись спиной к перевертышу. Он водрузил под навес очередную партию товара, – еще один заход за мешками, два – за бочками, все на борт и отправляемся.
Он, повернувшись и целенаправленно отводя взгляд от перевертыша, зашагал к трапу. Из складок одежды, волос и даже штанин у него высыпались разнообразные зерна, травы, засохшая грязь и ржавчина. Капитан баржи экономил на мешках, используя те, которые латали уже не один раз. Из-за этого вся палуба по маршруту следования здоровяка успела усеяться крупинками перевозимого зерна. Их крошили и разносили на обуви во все стороны, речных чаек такая еда не привлекала. Бочки, успевшие пережить не один поход, давно не чищенные снаружи и, скорее всего, и изнутри, выглядели еще более неприглядно. Об их потертые и погнутые обручи не составило бы никакого труда процарапать руку или стесать кожу, вонзая в плоть мелкие ошметки.
– Отправляемся в путь, ты же слышала – скоро все будет готово, – Фэйэн, хмурый как небо во время сезона дождей над Мокрой Долиной – отвратительным местом, где отряд не так давно должен был явиться на очередной на суд над свэтами и помочь оправдать их после помешательства шести женщин из небольшого городка – шлепнулся на мешки под настилом. В одном из них заплатка прорвалась пуще прежнего, и тонкая струйка овса посыпалась на дощатый пол. Заклинатель либо в самом деле этого не заметил, либо сделал вид, что так и надо.
– Но куда?
– Почти посередине пути нам надо будет сделать остановку, – Алорэ указал рукой на восток, вдоль русла реки, – Капитан уже предупрежден и лишние монеты за потерю времени ему уплачены. Там живут друзья Эйэ, которые как раз специализируются на подобных недугах. Мы заглянем к ним, чтобы получить помощь. Много времени не потеряем, и если нам все привиделось, и на деле все прекрасно, а наше странное поведение – следствие усталости, пережитого страха и потерь, или чего-то еще, то хуже нам не сделают. Если же нет, то нам смогут помочь излечиться.
– Надеюсь, все образуется, и поскорее, – вздохнул Наэм, – Нам нельзя сильно задерживаться, или Община узнает о том, что у нас какие-то проблемы. Ничего хорошего тогда ждать не стоит. Не хотелось бы получить приказ возвращаться и отдавать себя в руки одобренных Верхушкой целителей.
Община, снова она… Община не нравилась Рэйаре, хоть женщина и работала на ее благо.
Первое знакомство с обществом свэтов произошло вскоре после встречи с Эйэ и остальными. Предводитель отряда, тот, кто спас женщину от расправы, которую желали учинить горожане, и отправил к своим братьям, предложил полукровке помощь и в поиске своего места в мире. Дни сменяли друг друга, отношение к светловолосому вожаку стремительно менялось, Жуж тоже вносил свою лепту и Рэ сама не заметила, как согласилась.