Ксен Крас – Чёрный ферзь. Белый ферзь. В сердце шахматной доски. Книга 1 (страница 8)

Взгляд Его Величествапотупился, он тихо вздохнул, а я всунула чашку подошедшему истязателю и,пользуясь свободными руками, сначала потерла глаза. Видение в виде камеры сгостями не испарилось. Затем я ущипнула себя, но и это не помогло. Быть может, следовалобы удариться о стену, лучше всего головой. Вдруг это поможет вправить мозги наместо или очнуться от кошмарного сна.

– В этот раз я не стануповторять тех же ошибок, – пообещал король, а я закатила глаза. Сюжет стоял, актерыбестолково топтались на месте, и никак не подсказывали мне что же делатьдальше. Пожалуй, мое участие тоже следовало делать более активным. Раз сбежатья пока не могу, то хотя бы подтолкну их пояснениям.

– Я хочу вам помочь, ноне знаю как. Может, вы мне расскажите, что я должна говорить?

– Я бесконечно счастлив отвашей готовности идти нам на встречу! Он был не прав, когда посчитал, что васнеобходимо заточить и пытать, я говорил ему, но… Прекрасная дева, как только выповедаете о месте, в котором спрятали зеркало и поделитесь ценными знаниями о местоположенииили хотя бы планах ваших союзниках и помощниках, я незамедлительно отпущу вас. Недожидаясь ничьих одобрений, – Величество обернулся к Закдиргу, старик, чутьпомешкав, кивнул, – Более того, я понимаю, в отличие от других, вы опасаетесьза собственную сохранность. Я найду вам достойный, просторный дом в указанномвами месте, добропорядочного супруга, если вы того пожелаете и гарантирую, чтоникто не сумеет добраться до вам с целью отмщения.

– Опять зеркало… Я непонимаю, о чем идет речь. Не знаю ничего ни про какие зеркала, не знаю ничегопро союзников, про расположения чего-либо. Вы меня перепутали с кем-то. Илискажите хотя бы что говорить, текст дайте или это, введение в роль. Я срадостью пойду вам на встречу, мне бы очень хотелось вам помочь, но как – я не понимаю.

– Очередная ложь. Однаждыона уже направила вас на погибель, обманула доверие, а теперь хочетпритвориться невинной простотой, – старик не унимался, наша неприязнь былавзаимной. Игры играми, но стукнуть его мне уже хотелось по-настоящему.

– Вы продолжаете юлить,мне жаль… Но я понимаю. Вам кажется, что мы чудовища, особенно из-за Него, но ясмею вас заверить – мы вовсе не так плохи, как вы от чего-то мыслите! Прекраснаядева, могу ли я звать по имени?

Я кивнула.

– Миоринна, ваши верностьи преданность достойны уважения, а ваши помыслы – чисты и бескорыстны, но увы,я вынужден думать в первую очередь о себе, о собственных интересах и интересах моихземель. О людях, которые вверили мне жизни. Лишь по этой причине мы с ваминаходимся на разных сторонах. Хочу верить, что лишь пока.

– Я устала от этого… – аеще я замерзла, стоять перед разодетым в роскошные наряды королем в однойтолько рубашке в прохладном, сыром каменном помещении – не очень приятно. Апосле приступов злости неизменно следует этап огорчения, а в такое время мневсегда холодно.

Я обхватила себе руками,надеясь и немного согреться, и скрыть некоторые проявления промозглости. Грудьстала больше, не понятно каким образом и для чего, но я заметила это лишь когдарешила ее прикрыть. Против этих изменений я, кстати, выступать не стану.

– Безусловно! На вашудолю выпало немало горестей и испытаний. Я провожу вас в ваши покои.

– Камеру, – привычноисправил мужчину его советник.

– Камеру, верно, я уж ипозабыл, что все же дал согласие на заточение. Ох, Миоринна, вы замерзли? – ясдержала едкое замечание про сообразительность пленителя, и не зря.

Мужчина поспешил снятьтеплый черный плащ и накинуть его мне на плечи. Только теперь я рассмотрелавышитые на нем белые звезды и два полумесяца, смотрящие острыми концами вразные стороны. Ласково Величество потянул края, запахивая меня целиком.Удивительно, что при этом он старался не прикасаться ко мне лишний раз, а наего лице была улыбка сострадания, а не насмешка. Стоит сказать, я передумала, оскарлучше дать королю, а не его приспешнику с пузом, этот человек и вовсе отыгрывалдвух разных героев. Впрочем, возможно он не определился какая роль ему большепо душе.

– Я б хотел попросить вас– будьте терпеливы и аккуратны от полудня и до полуночи. В это время вам лучшебы сдерживать негодование, говорить вежливо и учтиво, не проявлять попыток кбегству и соглашаться с тем, чего от вас желают. Насколько это возможно, – посоветовалкороль. Он чуть приобнимал меня поверх плаща, я чувствовала тепло его тела.

Меня разрывало отпротиворечий, хотелось отпрянуть и наорать, расплакаться, снова умолятьпощадить, а с другой – что-то внутри меня просило продолжения безумства. До сихпор меня не тронули, не раздели, скорее наоборот, не избили, и некотороелюбопытство, совсем еще крошечное, не позволяло становиться молчаливым кускоминтерьера. Похоже, сумасшествие заразно.

– Почему именно в этовремя?

– Увы, я не могу ответитьвам на данный вопрос, но все же настаиваю на – вам следует соблюдатьосторожность. Если вы встретите меня в это время, то я могу… Скорее всего ябуду несколько более жестоким. Закдирг, нашей гостье холодно в ее наряде. Принесией теплые одежды!

Взгляд Его Величества небыл липким, противным, не вызывал желания прикрыться, но когда я проследила заним, то меня охватило смущение. Оно отступало пока мне было страшно, а теперьсоизволило словно проснуться. По-прежнему, мне не выдали ничего, кромеединственной рубашки и жутковатых неудобных плетеных, похожих на корзинки,тапок. Да, непривычная одежда закрывала меня почти до колена, но под ней небыло ничего. Психи отобрали белье, не оставили мне даже трусов. При любомдуновении ветра полы рубашки трепыхались, и я представляла насколько пошло должнавыглядеть со стороны. Отвратительно.

– Пленнице, ВашеСиятельство, пленнице, а не гостье, – не забыл вставить слово Закдирг.

– Одно другому не мешает.Одежды, будьте любезны.

– Если вы будетепродолжать, ох… Сейчас, Ваше Сиятельство, я понял приказ.

С нетерпением я ждала,что старик уйдет, а вместе с тем хоть на время перестанет без устали сверлитьвзглядом, мешать общаться с королем. Эх, если бы он соизволил потеряться хотябы на полчаса, пока будет искать для меня наряды, наверняка подготовленные ещедо того как я пришла в себя… Но нет. Пожилой сварливый мужчина оторвал посох отпола и закрутил им в одной руке, а после начал вырисовывать символы в воздухе ивторой конечностью. Светлый камень в навершие палки засветился, во все стороныот него начали разбегаться искры, они закружились вокруг кистей Закдирга.

Завороженно я наблюдалакак надоедливый пожилой человек подступает ближе, как направляет на меня посох,закатывает глаза, шепчет какие-то слова… Мои руки против воли выставилисьвперед и в них появился ворох одежды. Кажется, на первый взгляд, что-то похожеена юбку или платье, какие-то то ли длинные носки, то ли колготки или легинсы, ясразу и не поняла, кофта и что-то еще. Честно, смотрелось оно не очень, вродебы и новое, без дыр или потертостей, белое, черное, темно-серое, без каких-тоизлишеств, украшений, блесток и прочих элементов. «Простенько, но со стилем» неподходило под это, доставшееся мне выглядело чрезмерно просто.

Одежда как одежда, закоторую уже стоило бы поблагодарить, на первый взгляд ничем не выделяющаяся, нопоявившаяся из неоткуда. Я запрокинула голову, тщетно пытаясь разглядеть напотолке тайник, лючок или кого-то, кто сбросил на меня пожитки, но ничегоподобного – только довольно низко расположенные каменные глыбы и пара крюков,торчащих из них. Скорее всего, одежду прицепили к ним.

– Еще Миоринна, я уверен,невероятно голодна. Будь любезен, помоги ей справиться с этим, – снова попросилподданного король. Старик, без возращений и демонстрации неодобрения, завертел посохом,и на стуле, где до этого сидела я, появилось две миски. В одной – маленькимиптичками на небольшом вертеле, хлеб, сыр, вяленное мясо, виноград и неизвестныемне фруктами, а в другой – горячий, дымящийся наваристый суп. В дополнение кэтому на сидении, покачнувшись, встала деревянная кружка с темно-краснымнапитком, обилие запахов не помешало мне почувствовать аромат вина.

В животе страшнозаурчало, рот наполнился слюной, но я не должны была поддаваться. Только что наэтом же стуле со мной хотели сотворить ужасные вещи. А еще, наверное, раз мневидится черти что, то в воду мне подмешали очередную гадость, грибы, травку,или что-то похоже, чтобы у меня были галлюцинации. Кто мешает им подмешать отравув пищу и вино? В тот же суп, например.

– Вам не нравятся данныеблюда? – с горечью поинтересовался Его Величество, – Закдирг весьма упрям исебе на уме, он не понимает, когда его просят сделать что-то без точногоописания и полагается исключительно на свой вкус.

— Это хороший ужин, я емто же самое и не жалуюсь, – пожал плечами хозяин чудо-посоха. Камень прекратилсветиться, искры исчезли, а у меня перед глазами вместо них прыгали черныекруги. Чертовщина, да и только!

– Я не подумал, прощупрощения, прекрасная Миоринна! – Его Высочество провел рукой по лицу, – Ужин впыточной! И о чем я только думал? Закдирг, перенеси все в камеру к деве, а япровожу ее. Пойдемте, Миоринна, позвольте я понесу ваши одеяния, чтобы ничто немешало вам.

Все еще под впечатлением,я только молча отдала свалившиеся на меня платья с остальными атрибутами, ипокорно последовала за пленителем. Уже знакомые Широкий и Длинный возглавилинаше шествие, король что-то говорил про важность воспоминаний и зеркало, я неслушала, наблюдая за летящими передо мной тарелками и кружкой. Старик вытянулвперед посох и, о чем-то недовольно бурча спутникам в кольчугах, шлепал замной. Я понимала, что это невозможно, но и при этом понимала, что именноблагодаря ему моя еда перемещается по воздуху. Магия? Это в самом деле магия?Или чей-то ловкий трюк, чтобы свети меня с ума? Система веревок, лесок, тросов,которые где-то спрятаны? Но кому это надо, так заморачиваться? У меня иврагов-то нет и никогда не было, чтобы устраивать такое!