Ксен Крас – Чёрный ферзь. Белый ферзь. В сердце шахматной доски. Книга 1 (страница 7)

– Ваше Тем…Величество, ясейчас же распоряжусь, чтобы эту девку отправили обратно. Пойдемте, вамнеобходимо передохнуть. Идемте со мной.

– Нет. Нет, я никуда непойду, пока вы не ответите в чем виновата эта прекраснейшая дама и за какиегрехи вы держите ее связанной? Сейчас же развяжите ее! Снимите мерзкие кандалыс ее рук. Миледи, как ваше самочувствие?

Я не понимала ничего и доэтого, со мной играли в нечто непонятное, а актерское мастерство короля заставилоусомниться, а не нахожусь ли я на самом деле в древности, а не среди сумасшедшихлюбителей ролевых игр. Картинка, которая и без того не складывалась, началарассыпаться в пыль.

– Прекрасная дама? –глупо переспросила я, — Это про меня?

– Разумеется! Я прошупрощения, если причинили вам боль. Если я причинил. Может быть, вы желаетеводы? Да развяжите же ей, наконец, руки!

– Мы не должны, ВашеВеличество, это был приказ.

– Теперь я вам отдаюприказ. Не могу же я смотреть на женщину в таком положении…

– Ваше Величество, – истязательгрузно поднялся на ноги, обнял живот, а после любовно принялся укладывать его вштаны, – Мы ж с радостью, но потом нам за такое устроят…

– Верно, вам не стоитэтого делать. Но это могу сделать я. Не шевелитесь, миледи, я освобожу вассейчас же. Мне так жаль, что вам пришлось терпеть…

***

– Ваше Величество, даннаядевица девушка возглавляла сопротивление. Именно она находила людей, которыешли против вашего правления, она побуждала их поднять оружие, чтобы вас убить!– старик повторял этот текст уже в десятый, наверное, раз. Не знаю, насколько богатего словарный запас и как хорошо он умеет аргументировать в остальныхситуациях, но я и то успела понять – если текст не находит отклика, значитчто-то не работает и необходимо внести некоторые изменения.

Впрочем, в тот моменткуда больше меня интересовал сам король. Мужчина, совсем недавно угрожавшийотдать пленницу на потеху своим войнам, если я чего-то там не расскажу, освободилмои конечности, а после и вовсе помог подняться. До смерти хотелось убежать, ябы с радостью это сделала. Вот только, несмотря на то, что гениальной неявлялась и не замечала в себе какие-то дедуктивные способности, хватало разумапонять – побег не получится. А разозлить похитителей подобным уж точно смогу. Аоно мне надо?

Старик у дверей,несколько человек в доспехах рядом с ним, скорее всего несколько психов ждутначала движухи за дверями, а совсем недалеко буравит недобрым взглядом вспотевшийот напряжения истязатель. Кстати, не стоит сбрасывать со счетов и короля, навид он весьма крепкий и быстрый, а насколько он сумасшедший определить сложно…А против них одна я.

К тому же, куда я побегу?Пожалуй, лучшее – подыгрывать, не противиться и понемногу разрабатывать планотступления. Или меня итак отпустят, когда наиграются? Поползновений ксовращению пока не наблюдалось, может, мне хоть раз в жизни повезет, и этибольные люди желают только пощекотать нервы.

Но меня очень смущалинекоторые моменты. Пока Его Величество подавал воду и я отпивала где-то дветрети, неторопливо, мелкими глотками, из деревянной кружки – честно говоря, этобыло не особо приятно, дерево, как по мне, впитывало слишком много гадости исудя по всему толком не дезинфицировалось – и смотрела вокруг. Передышкуправильнее всего использовать, чтобы проанализировать ситуацию.

Место действия непоходило на декорации, скорее на настоящий замок, вот только где в нашем городеили часах в трех-шести от него не стояло хоть что-то похожее? Даже ввосьми-десяти такого не встречалось. Не думаю, что меня могли транспортироватьдольше. Хорошо, пусть будет двенадцать часов – все равно никаких замков.

Инструменты, мебель,факелы, злополучная кружка, крысы, одежды – невероятно реалистично. Множествомелких деталей, вроде ремней, факелов, пряжек на обуви, моих тапчулек, смущали.Разве кто-то бы смог такое сотворить небольшой компанией? Я видела доспехи налюдях рядом со стариком, и хоть не разбиралась в таком, но точно понимала, чтоэто не просто кусок картона, который покрасили серебристой краской и черкнулипару линий. Их кольчуги переливались в свете факелов, дубины и мечи смотрелись натурально,а истязатель если являлся актером, то должен был давным-давно заслужить паруоскаров. Хотя бы в телике мелькать, как минимум.

Если это настоящий замоки вещи из музейной коллекции, то что сделали со мной? Перевезли куда-то? Вдругую область, или скорее, в другую страну? Самолетом или паромом? Хотя нет,откуда рядом с моим городом паром? Для чего это сделали? Зачем тратить столькосредств ради одной меня? Явно же не чтобы изнасиловать и выбросить? Наверное,это должно было меня успокоить, но ничего подобного. От догадок становилосьтолько хуже, ведь непонятно для чего и как мне выбираться. Нет гарантий, чтомне знаком язык этой страны. А может… Нет-нет, это глупость. Невозможная глупаяглупость, которую надо выбросить из головы! Поверить, что я оказалась внесуществующем мире и меня с кем-то перепутали? Или скорее в существующем, нонеизведанном и незнакомом, каком-то… Магическом? Смешно!

Никогда не верила всуществование каких-то миров, может только в детстве. Не хотела в нихоказываться, не мечтала о рыцарях или феях. Инопланетяне и любая иная другаяформа жизни и то казались мне выдумкой, я смеялась над уфологами, терпеть немогла различные фантастические фильмы, особенно когда рассказывалось про захватземли и злых существ с зубами и клешнями. Из-за симпатичных актеров или закомпанию смотрела, конечно, но без удовольствия.

Приятелям я задавала множествовопросов, начиная от того, почему существа выглядят именно так и по какойпричине не появлялись все это время, вплоть до развития у нас технологий, позволяющихотследить любое приближение. Научными познаниями я не обладала, зато противвопросов «почему?» заданного раз сто, никакие аргументы долго не выстаивали. Да,понятное дело, это многих раздражало.

Сейчас вопросы непомогали. В голове не укладывалось, что я смотрю на себя, те части, для которыхне нужно зеркало, и не могу узнать. Трогаю голову, чувствую более густыеволосы, чем раньше, понимаю, что у меня имеется толстенная тяжелая коса, чтодолжно меня удивлять, должно мне мешать, быть непривычным и пугающим, но яотношусь ко всему скорее с некоторым раздражением и словно бы отстраненно. Разумотказывался быстро принимать произошедшие изменения и выдавать хоть что-то вответ. А мне не хотелось заниматься самонасилием. Все же, я склонялась к первоначальномувыводу – меня накачали и я до сих пор под воздействием, а как скоро пройдет иотпустит ли меня вовсе – вопрос. Может, я зря принимаю что-либо из рук психов?

– Что здесь происходит? –тихо спросила я, оторвавшись от кружки. Мне действительно так хотелось пить,что я не сумела удержаться и почти опустошила ее прежде, чем продолжитьговорить.

– Боюсь огорчить вас,прекрасная дева, но вы оказались в плену, так как совершили неосторожность действоватьвесьма опрометчиво в некоторых ситуациях, – ответил мне собеседник-король. Я сновабыстро окинула его взглядом и едва сдержала рвущуюся улыбку – как бы я нисердилась на жуткие игры, мне нравился похититель. Который звался Величеством,а не истязатель или кто-то иной.

Отчаянно захотелосьверить – все это часть его какого-нибудь замысловатого пикапа, и он признается,что давно меня заприметил и решился на такой шаг, желая произвести впечатление.Возможно, я бы даже не сердилась на это. Почти.

– Ваше Величество, онаоказалась в плену потому, что пошла против вашего рода, – снова вмешалсястарик. Он начинал меня раздражать. Настолько, что хотелось прогнать его задвери и запретить говорить. Обычно я уважаю пожилых людей, но этот слишком ужмешал.

– Закдирг, я бы хотел самвести беседы. Прекрасная дева, мне неприятно признавать это, но, к сожалению,уважаемый советник прав. Вы совершили немало ошибок, которые привели вас сюда.Быть может, не все, что вы делали, следует называть ошибочным поведением,однако…

– Никаких ошибок я не совершала.Единственная ошибка – то, что я здесь. Я очень хочу домой. Пожалуйста, – сменившийнадменность и нахальство на мягкость и попытки расположить к себе король ссочувствием покачал головой.

– Я не могу отпустить вассейчас, однако. Однако, даю слово, я поспособствую этому, как только высообщите необходимую информацию – обретете свободу.

— Это следовало быобсудить с Ним, – никак не мог замолчать пожилой мужчина, а хуже всего, чтокрасивейший из похитителей к нему прислушивался и не посылал куда подальше.

В глубине души бурлилазлость, еще недостаточная, чтобы нахамить, но хорошо ощутимая. Истязатель меня не раздражал и не пугал так,как старик.

– Я сам имею праворешать, что мне делать. Тем более, по старшинству право принимать окончательныерешения должно принадлежать мне. Сейчас я говорю с дамой и хотел бы делать этовпредь без ваших ценных замечаний. Если мне потребуется ваш совет, Закдирг, явсенепременно обращусь за помощью и буду рад выслушать каждое ваше слово, непререкаясь.

– Прошу простить меня задерзость, Ваше Сиятельство, – советник, по задумке, наверное должен быть кем-тоиз подданных, но на его лице появилось выражение такого пренебрежения, что японяла сразу – роль подданного ему не заходит, – Но смею взять на себя смелостьнапомнить вам, что случалось в те последние разы, когда вы не могли прийти кобщему решению и мешали друг другу. Завершилось не для вас, а для каждого изжителей.