Ксен Крас – Бремя раздора (страница 65)

– Пожалуй, мы примем ваше предложение, – наконец согласился сир Независимый.

Неужели неприятностям пришел конец и жизнь Тоба прямо сейчас изменится в лучшую сторону?

Рирз

События складывались наилучшим образом, но Рирза не покидало чувство, что он потратил много времени и сил впустую, чтобы облегчить завоевание севера. Бастард провел бесконечные часы в размышлениях о том, как выманить из столицы отца, и предвкушая, как убьет его, хитрого, безжалостного, слишком осторожного Рогора Холдбиста. Он думал, как выманить брата и умертвить его наиболее безболезненным способом – в конце концов, Робсон не причинял незаконнорожденному сыну лорда вреда намеренно… Да, он обманывал, когда называл братом, он лгал, что не покинет его и будет навещать. Быть может, он и писал письма, однако Рирз не получил ни единого. Все семейные распри уже не имели значения, отступать было некуда, и оставался лишь один путь – вперед.

Теперь, стоя в Большом зале, у трона, что вскоре мог стать его по праву, Рирз испытывал не так много радости, как ранее представлял.

В Фиендхолл войско отправилось по суше – путешествие заняло всего пять дней. Несколько осадных орудий тащили лошади, но они не пригодились. Рирз не хотел разрушать столицу без крайней нужды, а Вихт – проливать лишнюю кровь, и они нашли решение. Вайткроу воспользовался своим даром с удовольствием, ему понравилось отличаться от других, как бы он ни пытался это скрыть. Талант южанина оказался как нельзя кстати.

Лорд некоторое время провозился с картиной. Ругаясь на дождь и замерзающие пальцы, он вместе с отрядом отправился посмотреть на столицу и в конечном итоге справился на «отлично».

Ночью все ворота, и в город, и в замок, были открыты, и проникнуть внутрь не составило труда. Стражи, как и на картине Вайткроу, не оказалось, а отряды, что патрулировали город, не ожидали нападения и не успели поднять тревогу. Лишь когда люди Вихта ринулись к замку, зазвонили колокола, предупреждающие о нападении, но было поздно.

Южному правителю удалось обойтись малой кровью – северяне не сдавались, однако Робсон не счел нужным оставить много охраны, рассудив, что Фиендхолл никому не потребуется, пока он отсутствует и ведет армию на помощь Глейгримам.

На очистку Фиендтауна от стражи понадобилась пара часов, а к рассвету выживших защитников Фиендхолла уже распределили по городским темницам, дав возможность обдумать, на чьей стороне они предпочитают выступать.

Несколько десятков слуг рвались защищать своих леди, оставшихся в замке, но все остальные, либо после того, как лицезрели расправу, либо из желания жить и продолжать работать с целыми конечностями, сдались на милость победителей.

С леди Эббианой бастард встретился, как только опасность миновала. Жену Рогора привели в Большой зал.

– Рирз?! – удивлению женщины не было предела. – Я не могу поверить своим глазам! Неужто это и правда ты?

– Да, миледи.

– Я видела гербы южан… Вайткроу, я знала, что они придут мстить за украденную невесту. Я говорила Рогору, говорила, но он не слушал меня и… Но что ты здесь делаешь?

– Месть здесь ни при чем, миледи. Южане не любят мстить, а леди Фейг теперь стала женой Вихта.

– Тогда почему?

– Потому что этот замок должен принадлежать мне.

– Тебе? О чем ты?

– Я был первенцем лорда Рогора Холдбиста.

– Но ты не…

– Незаконнорожденный? Говорите уж прямо, миледи, – я бастард. Да, верно, я всего лишь бастард. И будь мой отец человеком, а не чудовищем, я бы продолжил быть его бастардом и радоваться жизни.

Леди Эббиана подалась к нему. Двое людей Вихта придвинулись ближе, но Рирз махнул им. Не будет же он, в самом деле, защищаться при помощи мечей от безоружной женщины уже преклонных лет?

– Рирз, мне очень жаль. Когда Рогор вернется, я переговорю с ним…

– Рогор мертв. Я знаю, что он пропал несколько циклов назад, после того как покинул Миррорхолл. Зачем он ездил туда?

– Он был у Экрога проездом. Рогор договаривался с королем о союзе Рианы с Ауроном Старскаем.

– Надеюсь, удачно?

– Да. Рирз, тебе не следовало захватывать Фиендхолл, чтобы добиться внимания и проявить себя. Ты мог построить замок в Новых Землях.

– Прекрасная идея. И лет через двадцать я, быть может, получил бы титул. Но я не хочу когда-нибудь, я хочу сейчас.

В детстве леди казалась ему умнее, быть может, она выгодно смотрелась на фоне лорда Холдбиста?

– Я понимаю, ты хочешь обратить взор моего мужа на себя. Тебе не хватает его внимания.

– Миледи, я не желаю внимания. Я желаю править севером.

– Но Рогор…

– Он мертв. И Ротр тоже.

– Ты знаешь и об этом? Разве слухи достигли Новых Земель?

– Я покинул Новые Земли уже очень давно.

– Но где ты был?

– На юге. С Вайткроу.

Леди замолчала. Рирз ждал. Он дал ей шанс перевести разговор в нужное ему русло. Эта женщина – единственная, кроме Герта и его семьи, кто заботился о нем и многое для него делала. На деле только благодаря ей он жил с отцом и получил то, что имел.

– Но ты не сможешь править, Рирз. Ты хороший мальчик, но Робсон, твой брат…

– Вскоре будет казнен.

– Что? – Леди поплохело. Бастард подал ей руку и помог сесть на трон, чтобы она не упала.

– Ты… ты казнишь моего сына? Своего брата? Робсон никогда не причинял тебе зла, он же еще совсем ребенок!

– Не я. Король и регент. Он издал указ, запрещая Династиям выступать на любой из сторон в войне Флеймов и Глейгримов. Наказание за неповиновение – смерть.

– Короли всегда придумывали законы. Регенты постоянно издавали указы, однако ни один из них не соблюдался в полной мере.

– Но Клейс Форест держит слово.

– Я не верю!

– Все указы, что он издавал, выполнялись. Быть может, он и сделал бы поблажку, не будь у него другого претендента на трон – меня.

– Следующим в очереди стоит Ренрог, брат Рогора. Он имеет больше прав, чем ты. У любого из лордов больше прав, Рирз.

– Значит, я убью его, – пожал плечами бастард.

Женщина подняла голову, посмотрела на незаконнорожденного сына Рогора и покачала головой:

– Я не узнаю тебя, Рирз. Не узнаю. Ты изменился с тех пор…

– С тех пор как меня сослали в опасные и наполненные дикарями места, подальше от моих братьев, которым запретили общаться со мной, словно я прокаженный? После того как я был вынужден жить в шатрах и опасаться любого шороха? После того как меня отправили строить величайший замок на материке, чтобы после он принадлежал роду Холдбистов и прославлял их, а я, если повезет, мог бы рассчитывать на титул лорда Малой Ветви где-нибудь на самом севере владений моих братьев или и вовсе у гор Рейджхилл и радоваться, что теперь могу взять в жены леди, а не простолюдинку, и мой быт обеспечивала бы пара десятков слуг? Неужто любой другой человек не изменился бы?

В глазах леди Холдбист он видел страх. Злость одолевала его, и дар просыпался – слишком часто в последнее время он взывал к нему, стараясь подчинить.

Как-то раз он уже вышел из себя и убил лошадь. Благо людей на его пути не встретилось, и он быстро обрел над собой контроль.

Беспокоить Вихта легендой о своей Династии он не желал. Еще меньше он желал, чтобы южанин, узнав, что его друг практикуется, увязался за ним и пострадал. Но был и побочный полезный эффект – теперь Рирз начал чувствовать человеческий страх. Он имел совсем другой, непередаваемый запах.

Леди Эббиана не обижала его в детстве и защищала в более сознательном возрасте. Пугать женщину, которая уже и так пережила смерть двух сыновей и мужа, и причинять ей вред Рирз не хотел. Сражаться с мужчинами, убивать брата, что мешал ему зарабатывать уважение и поддержку лорда Вайткроу, выводить из таверны чужих невест, убивать слуг, что препятствовали… Да, за эти поступки совесть его не мучала. Однако жена Рогора любила Рирза даже после того, как заимела собственных детей, и заботилась о нем по мере сил, а он всегда воспринимал ее как мать.

– Я не хочу причинять вам вреда, миледи. Моя нелюбовь к отцу не распространяется на вас. Я буду счастлив, если вы признаете меня лордом Холдбистом и законным правителем Севера, когда я получу титул. Если Робсон умрет, разумеется.

Нет, успокоение взрослых дам не было его сильной стороной.

Леди расплакалась, и с какой стороны подступить к ней, бастард не знал. Он нечасто общался с девушками, и обычно они находили более увлекательные занятия, чем беседы, и в процессе пока ни одна не разревелась. Дольше всего он говорил с Фейг, Леоной и Виллой – все три гордо именовались Вайткроу и, на счастье сына Рогора, не имели необходимости горько рыдать. Да и эту напасть можно было свалить на Вихта при случае. А с леди Эббианой южный правитель помочь был не в силах.

– Сиена и мой внук… Ты видел их?

– К сожалению, я не успел. Не знаю почему, но во время штурма она покинула свои покои и оказалась в гуще сражения. Вместе с ребенком. Я полагаю, она хотела сбежать. Сейчас лекари Вихта не отходят от нее.

– А мальчик?

Бастард покачал головой.

Разумеется, Сиена никуда не выходила – один из новых приятелей Рирза с юга, как и было заранее оговорено, убил жену законного правителя. От сына, что был главным претендентом на трон севера, также необходимо было избавиться. Убивать ребенка бастард не хотел – он по своему личному опыту успел убедиться, что вина за происходящее лежит лишь на взрослых.