Кристофер Голден – Симфония проклятых (страница 44)

Дуайр колебался. Он сознавал, что даже приподнятая бровь может вывести Таппера из себя, а ему совсем не хотелось здесь драться. Он попытался успокоить дыхание и заставить сердце биться не так быстро, но у него не получилось. Впрочем, он видел, что и Таппер держится с огромным трудом.

— Ты слушаешь корабль? — осторожно спросил ирландец.

Таппер закатил глаза.

— Проклятье! Я не спятил, Дуайр. Иди сюда.

Он вошел в узкое пространство между двумя большими паровыми котлами, Дуайр двинулся за ним, но замер на месте. В проходе, настолько узком, что сюда не попадал свет, гудели котлы. Руки Дуайра словно сами собой сжались в кулаки, горло перехватило. Он с трудом сглотнул и втянул в себя влажный воздух.

— Дуайр! — позвал его из темноты Таппер.

Но ирландец отступил назад и в следующую секунду услышал глухой удар. Дуайр нахмурился и отвлекся от своих страхов. Когда послышался новый удар, он шагнул вперед.

— Таппер?

Механик выскочил из темноты, и Дуайр испуганно отшатнулся. Снова раздался грохот, и по замкнутому пространству прокатилось приглушенное эхо.

— Ты слышал?

Дуайр кивнул.

— Какого дьявола это значит? Что-то не так с котлами?

— Нет, приятель. Котлы тут ни при чем. Вот о чем я пытаюсь тебе сказать.

И Дуайр снова услышал бормотание механика — что-то о существах в воде, которые стучат по корпусу корабля.

— Это снаружи? — с изумлением спросил Дуайр и протиснулся мимо Таппера к котлам.

По коже побежали мурашки, он с трудом подавил панику и продолжил двигаться вперед.

— Проклятье, вот именно, — сказал у него за спиной Таппер. — Что-то стучит в обшивку. Оно хочет залезть внутрь.

Пробравшись между котлами, Дуайр остановился и стал ждать, на секунду подумав, что стук больше не повторится и Таппер ошибся, а грохот возник из-за какой-то неисправности в одном из паровых котлов. Интересно, как они отсюда выберутся, если произойдет взрыв?

Дуайр приложил руки к внутренней поверхности корпуса.

Снова раздался стук, и ирландец отскочил.

— Господи!

— Ну, и что ты думаешь? — спросил Таппер.

Дуайр посмотрел на свои ладони, которые покалывало от контакта с металлом, отступил еще на пару шагов, протиснулся мимо Таппера, быстро прошел между котлами и устремился к лестнице, ведущей наверх.

— Приятель! — позвал Таппер, бросаясь вслед за ним. — Что ты думаешь?

Дуайр не ответил. Он не мог себе представить, кто стучит по корпусу «Антуанетты», но у него возникло ужасное предчувствие, что Таппер прав: какое-то существо хочет залезть внутрь. Дуайру совсем не хотелось оставаться в узких лабиринтах трюма, если эта тварь добьется своего.

42

Энджи сидела в рулевой рубке рядом с Суаресом и смотрела на составленные на палубе сотни металлических контейнеров и бескрайние просторы океана за ними. Она вдруг поймала себя на том, что каждые несколько секунд поворачивает голову направо, где за иллюминаторами рубки раскинулся остров, окруженный разбитыми и затонувшими кораблями. Суарес сохранял полную сосредоточенность и не отводил глаз от экрана радара, на котором постоянно менялось изображение — прибор вел непрерывный поиск приближающихся объектов. Энджи думала, что кубинец спросит, почему она осталась в рубке после ухода Дуайра, но Суарес не обращал на нее внимания. В конце концов Энджи не выдержала молчания.

— Неужели тебе совсем не страшно? — спросила она.

Старый кубинец наклонил голову набок и посмотрел на Энджи.

— Прошу прощения?

— Ты сидишь здесь и не сводишь глаз с радара, сохраняя полное спокойствие. Мы все можем попасть в тюрьму. Возможно, ФБР где-то рядом. Мы не знаем, что случилось с парнями, которые привезли оружие. Складывается впечатление, что у нас серьезные проблемы. Неужели это совсем не тревожит тебя?

Энджи не хотела говорить столько. Она просто пыталась завязать беседу, заставить Суареса расслабиться. Энджи надеялась, что он отойдет от штурвала хотя бы на несколько секунд и тогда она сможет схватить радиомаяк и привести его в действие. Но ее страхи вырвались наружу в этом потоке слов. Суарес приподнял брови.

— Всегда нужно сохранять спокойствие, Анджела.

— Так ты старый мудрец?

— Не такой уж старый, — возразил Суарес.

Возможно, так и было. Седые волосы и постоянная уравновешенность делали его похожим на шестидесятилетнего старика, но глаза оставались блестящими и живыми, а морщины на лице были неглубокими. Может быть, ему еще не исполнилось и пятидесяти?

— Боюсь, сейчас мне не успокоиться, — призналась она.

— Тогда молись, — посоветовал Суарес.

Энджи удивленно приподняла бровь, подумав, что ничего не понимает в мужчинах.

— Ты не слышала о Молитве спокойствия?[11]

Она покачала головой.

— «Господи, дай мне спокойствие, чтобы принять вещи, которые не в моей власти изменить, мужество изменить то, что мне по силам, и мудрость, чтобы отличить одно от другого».

На лице Энджи появилась улыбка.

— Вот видишь, ты мудрый старик.

Суарес рассмеялся.

— Только не переборщи со «стариком».

Но, несмотря на шутливый тон, слова молитвы нашли дорогу к сердцу Энджи. Суарес хотел, чтобы она доверилась высшим силам, поняла и приняла то, что их положение не только совершенно безнадежно, но и полностью вышло из-под ее контроля. Быть может, он именно так относился к происходящему, но Энджи его подход не устраивал. Она предприняла шаги, чтобы изменить обстоятельства, — и будь проклято спокойствие.

— Спасибо, мне теперь не так страшно, — сказала она.

— Был рад помочь.

Суарес кивнул и снова повернулся к экрану радара. Энджи посмотрела на радиомаяк и поняла, что время пришло. Верного и прямодушного Суареса будет трудно отвлечь. Значит, нужны решительные действия. Она с искренним огорчением оглядела рубку, пытаясь найти, чем бы ударить кубинца. Энджи решила, что оглушит его, приведет в действие радиомаяк и отсидится до появления ФБР в каком-нибудь тихом месте. В трюме полно уголков, где можно спрятаться: за резервуарами с балластом, паровыми котлами и двигателями. Есть спасательные шлюпки. Наверняка найдется местечко среди контейнеров на палубе или внутри одного из них.

Возле двери висел металлический огнетушитель. Как только взгляд Энджи остановился на нем, она почувствовала раскаяние и поняла, что не хочет прикасаться к нему. Тем не менее мысли о тюрьме помогли ей преодолеть сомнения, и она поднялась на ноги.

— Еще встретимся, — сказала она. — Спасибо тебе.

Суарес в ответ проворчал нечто неразборчивое, даже не повернув головы в ее сторону.

Энджи направилась к выходу, но не дошла до него нескольких шагов, когда за окном иллюминатора рубки появился Мигель Рио. Он заметил ее, нахмурился, распахнул дверь и вошел.

— Что ты здесь делаешь? Разве ты не должна где-нибудь обжиматься с Дуайром? — резко спросил он.

Энджи охватил гнев, и она с благодарностью подчинилась ему, оказавшись на знакомой территории.

— Да пошел ты. Какая муха укусила тебя сегодня утром? — прорычала она, склонив голову набок и скрестив руки на груди, словно приглашая его вступить в дальнейшую пикировку.

Мигель глубоко вздохнул, покачал головой и заставил себя проглотить злобную реплику.

— Извини, я сорвался.

— Мы все на грани, — сказала Энджи, стараясь придать своему лицу мирное выражение, хотя ей отчаянно хотелось ударить первого помощника капитана.

Как она теперь доберется до радиомаяка? Она ни за что не справится с двумя мужчинами сразу, но другого шанса может не быть.

Напряженность между ними не исчезала, и Энджи подумала, что лучше уйти.

— Пожалуй, мне пора…

Кто-то закричал на палубе, Мигель нахмурился, отвернулся от нее и распахнул дверь. Энджи оглянулась на Суареса, который наконец оторвался от экрана радара. Крик повторился, и Энджи узнала голос.

— Дуайр?